Безжалостное спасение - Рамсовер Джилл - Страница 5

Несколько стекол были разбиты, слой грязи не давал разглядеть какие-либо детали внутри, а вдоль крыши опасно болталась часть водосточного желоба. По сравнению с аккуратными магазинчиками по соседству это полуразрушенное место казалось покинутым. Должно быть, отчаяние было заразным, потому что я чувствовала, как оно тяжелым грузом оседает на плечах.

Это еще не конец. Может быть, те, кто внутри, знают, что случилось с приютом.

Даже если он закрыт, где-то должны остаться записи. Наверняка в России документы такой важности хранятся не в одном месте. Я проделала этот путь не для того, чтобы сдаться. Возможно, кто-то внутри подскажет, где находится центральный офис или новый адрес приюта. Стоит хотя бы спросить.

Вокруг было достаточно людей, что сводило к минимуму риск быть убитой посреди белого дня. Набравшись храбрости, я подошла к входной двери, а затем постучала и подождала.

Никакого ответа.

Я была уверена, что видела по крайней мере одного человека, поэтому проверила ручку. Дверь оказалась незаперта. Я нерешительно приоткрыла ее и заглянула внутрь.

– Здесь кто-нибудь есть?

Снова тишина.

Справа от входа открывался вид на небольшую гостиную, и любопытство взяло верх. В пыльной комнате стояла мебель столетней давности, а местами отслоившиеся обои затянула паутина. Потертые полы, возможно, были такими же старыми, как и само здание, но достаточно качественными, чтобы сохраниться за все годы запустения.

Заметив на стене групповой портрет бывших воспитанников, я нерешительно шагнула внутрь. Задумавшись, как давно было сделано это фото, сделала еще два шага вперед, прежде чем мой взгляд скользнул влево, туда, где за мной наблюдали четверо мужчин.

Я ахнула, прижав ладонь к груди.

– Господи, вы меня до смерти напугали… Я… я звала, но никто не ответил, а дверь оказалась не заперта. Надеюсь, я не помешала. – Я вдруг поняла, что несу чушь, и, судя по их недоуменным взглядам, они не поняли ни слова.

Стоило присмотреться к стоявшим передо мной, как неловкость сменилась тревогой. Эти мужчины выглядели злее стаи дворовых псов: покрытые шрамами, с перекошенными ухмылками и татуировками, усеивающими те небольшие участки кожи, что не скрывались под массивной зимней одеждой.

И тут до меня дошло, что я вторглась на чужую территорию.

Очевидно, я прервала какое-то собрание, и незнакомцы явно не относились к тем, кого могла бы тронуть моя жалкая история. По крайней мере, троих из них. Четвертый выглядел совсем иначе. Его сшитое на заказ шерстяное пальто идеально сидело на плечах и доходило до колен, а из-под него проглядывался дорогой костюм. Он был чисто выбрит, и в его глазах, самых поразительных из всех, что я когда-либо видела, мерцало любопытство – бледно-голубые, почти как гортензии, которые Хани выращивала у себя в саду.

Этот человек не казался бандитом. Он был утонченным. Величественным. От него исходило ощущение власти, от которой невозможно отвести взгляд.

Я сосредоточилась именно на нем, надеясь, что вежливость не обманчива, и одарила мужчину своей самой безупречной театральной улыбкой.

– Простите, что помешала. Вы, случайно, не говорите по-английски? Я ни слова не понимаю по-русски.

Один из громил что-то пробурчал, но голубоглазый Адонис[6] оборвал его плавным движением руки. Наши взгляды по-прежнему оставались прикованными друг к другу. Когда уголки его губ приподнялись, а в лазурных глазах засияло веселье, мне показалось, будто сквозь плотную московскую пелену прорвалось солнце и окутало меня своим светом. Щеки обдало жаром, а внизу живота разлилось странное тепло.

– Как такая красота и очарование могут помешать? – Его глубокий голос звучал успокаивающе, несмотря на грубые нотки русского акцента. Он вышел из-за спин остальных и неспешно сократил расстояние между нами. – Чем я могу помочь?

Все мысли тут же вылетели из головы. Его близость словно вытянула весь воздух из комнаты, голова закружилась, а мозг превратился в пустой пузырь.

Ну же, Штормовая девочка. Возьми себя в руки.

– Да, эм… спасибо. Я искала приют, что находился здесь раньше.

– Ах да. Верно, он был здесь когда-то.

– Вы, случайно, не знаете, что с ним стало?

– Нет, но уверен, что смогу это выяснить.

Я широко раскрыла глаза, когда он положил ладонь мне на поясницу и мягко направил к выходу.

– И как долго город будет наслаждаться вашим присутствием?

Я что, случайно попала на съемочную площадку диснеевского фильма? Все признаки налицо: совершенно не в своей тарелке растерянная девушка и ослепительно красивый принц, пришедший ей на помощь. Неужели я сознательно игнорировала тот факт, что он водит дружбу с тремя типичными отъявленными головорезами? Похоже, так оно и было.

Я посмотрела на незнакомца, очарованная сиянием его улыбки.

Да. Я полностью игнорировала этих громил. Вполне возможно, они были просто из строительной бригады.

– Пару недель. Я только вчера приехала.

– Какая прекрасная новость. – Он снова улыбнулся.

– Правда? – На моих губах появилась застенчивая улыбка.

– Конечно. Этого времени вполне хватит, чтобы найти нужную вам информацию, а пока я с радостью покажу вам город.

Я замерла.

– Мне так неудобно. Уверена, вы очень заняты.

Он поднял руку и нежно провел большим пальцем по моему подбородку.

– Я никогда не встречал столь очаровательного создания и не прощу себе, если не проведу с вами каждую свободную минуту.

Ничего себе.

Я не могла пошевелиться. Даже моргнуть.

Кто был этот загадочный мужчина? Он казался невероятным – слишком идеальным, чтобы быть реальным, – и все же мое израненное сердце отчаянно тянулось к утешению, которое он предлагал. Помощь местного принесла бы огромное облегчение. Это был шанс либо добиться успеха, либо вернуться домой ни с чем. Кто я такая, чтобы отказываться от такого подарка судьбы?

– И что вы предлагаете? – спросила я, затаив дыхание.

Мы вышли на площадку перед выходом.

– Вон там мой водитель, – мужчина указал через дорогу. – Мы могли бы начать с небольшой поездки, чтобы вы освоились, а потом пообедать. Я знаю прекрасное место в центре, где подают невероятный бефстроганов. Многие утверждают, что он у них самый лучший, но именно этот ни с чем не сравним.

Я посмотрела на черный внедорожник с наглухо затонированными окнами. Да, может, горе и выбило меня из колеи, но рассудок я все же не потеряла.

– Меня учили не садиться в машины к незнакомцам, – сказала я с улыбкой, надеясь не обидеть мужчину. – Может, встретимся где-нибудь?

Он склонил голову.

– Конечно, и это разумно с вашей стороны. Качество, достойное восхищения.

– Паранойя? – поддразнила я.

– Осторожность. Я бы не стал тем, кем являюсь, если бы не развил здоровое чувство самосохранения. Позвольте хотя бы проводить вас до отеля и оставить свой номер. Сможете позвонить, если, скажем так, захотите встретиться за ужином.

Я улыбнулась с облегчением и едва сдерживаемым волнением.

– Пожалуй, от такого предложения невозможно отказаться.

– Превосходно! Однако сначала мне понадобится от вас одна вещь.

Моя улыбка дрогнула.

– Какая?

– Имя. Чтобы мы перестали быть незнакомцами.

Я прикусила нижнюю губу, сдерживая радость.

– Алина. Алина Шелтон.

Он взял мою руку и поднес к губам.

– Алина. Какое прекрасное русское имя. – Он приподнял бровь в знак вопроса.

– Я попала в этот приют младенцем, но вскоре меня усыновили американцы. Им понравилось мое имя, поэтому они его сохранили.

– Уважение к истокам. Они мне уже нравятся.

– Они были замечательными, – мой голос предательски дрогнул.

– Были? – тихо переспросил он.

– Да. Именно поэтому я здесь. Их не стало несколько месяцев назад, и я решила, что пришло время узнать, откуда я родом.

– Сладкий ангел, мне очень жаль.