Чародейка на подработке (СИ) - Лукойя Олли - Страница 23

Но главное место на этом столе занимала большая, размером со средний круглый аквариум, хрустальная сфера, установленная на отшлифованной гранитной подставке. В хрустальном шаре кое-где были мелкие пузырьки воздуха и микротрещины. Волшебный шар слегка светился слабым бело-голубым светом.

Грэй быстро подвинул к столу два стула рядом, впритык друг к другу. Показал мне жестом на стул. Сам сел на соседний, касаясь меня своим серым плащом. И придвинул тяжелую хрустальную сферу к краю стола. Поближе к нам.

— Я совсем не знаю, как выглядит твоя мама. И где она сейчас. Поэтому ты должна мне помочь. Представь сейчас свою маму очень ярко. Во всех подробностях. Где она может быть сейчас?

И я представила. Так, будто видела ее сейчас прямо перед собой. Мне вообще-то совсем не трудно представлять что-либо в трехмерном изображении. И во сне, и наяву. С воображением у меня всегда все было в порядке.

Грэй напряг пальцы и выставил их, едва ни касаясь стенок хрустальной сферы справа и слева от нее. Хрустальный шар засветился ярче.

Моя мама появилась в хрустальной сфере. Она сидела у стола в нашей квартире. Лицо ее было заплаканным и потерянным. На столе — сердечные капли и стакан воды.

«Уже сообщили!». Мое сердце провалилось куда-то в район коленок.

В руках мама держала смартфон. И перебирала в галерее телефона мои фотографии. Наши с ней фотографии.

Грэй тоже увидел в хрустальной сфере мою маму и кусок нашей квартиры в «кадре».

— Она нас не видит и не слышит. У нее же нет такой хрустальной сферы, — пояснил Алхимик. — Но ты можешь сейчас взять кусок пергамента со стола и что-то быстро написать ей. А я сделаю так, что эта фраза огненными письменами возникнет на стене в ее комнате.

— Да ты что! У мамы инфаркт будет!

— Ну тогда нарисуй свой портрет, что ли. Пошли ей таким образом весть, что жива. А я сделаю так, чтоб твой портрет появился перед твоей мамой в воздухе на какое-то время.

— Грэй, у моей мамы от таких представлений крыша поедет! Она и так вон сердечные капли пьет. А ты на любое устройство можешь передать текст и изображение?

— Ну, да. А на какое надо?

— Тогда у меня есть идея получше. Сейчас! Держи руками пока картинку с мамой.

Я полезла в свою сумку, все еще висевшую у меня на плече, и включила свой смартфон. Перевела камеру на смартфоне так, чтобы сделать селфи.

Обняла Грэя за плечо и придвинула свою улыбающуюся физиономию к его щеке:

— Грэй, посмотри сюда и улыбнись сейчас! Вот так! Готово!

А потом я надиктовала в мессенджере, в котором всегда общаюсь с мамой, такое сообщение, которое мой смартфон сам умеет переводить с голоса в текст:

«Мама, у меня Большое приключение. Уехала с парнем. Он замечательный. У нас все хорошо. Меня какое-то время не будет. Напишу или выйду на связь, когда смогу. Целую. Люблю тебя и обнимаю».

— Передавай! Вот это изображение и этот текст вот сюда, на номер мамы!

Не знаю, что именно Грэй сделал своими пальцами и заклинаниями, но в хрустальной сфере у мамы в смартфоне тренькнуло полученное сообщение. Мама открыла мессенджер. И увидела мою фотку в обнимку с улыбающимся Грэем и эти строчки. Время и дата получения сообщения в мессенджере отмечаются автоматически.

Мама улыбнулась. Выпила залпом стакан холодной воды. Вытерла слезы. И слегка похлопала, пощипала себя по щекам, чтобы вернуть им румянец. А потом уже совсем с другим настроением пошла прихорашиваться в другую комнату.

— Вот так! — отлегло у меня от сердца. — Пусть лучше мама думает, что я — легкомысленная дочь, чем что я — мертвая дочь! У тебя получилось, Грэй!! Ты— молодец! У тебя все получилось!!

На радостях я порывисто кинулась к Грэю на шею. И чмокнула его в щеку. Грэй аж слегка порозовел от удовольствия и улыбнулся. Ямочки снова появились у него на щеках. Он хитро скосил на меня свои смеющиеся глаза:

— Правильно ли я все понял? Ты только что передала своей маме наш совместный портрет и представила ей меня как своего жениха?

Глава 31

Глава 31. В шкафу старого чародея

— Да, ты все правильно понял, Грэй! Именно с этим твоим «портретом» моя мама через две недели пойдет в полицию, если мы не сумеем подать ей весть снова. Или если я не смогу вернуться. И тогда именно тебя будут искать стражи моего мира.

— Ух, как страшно! И как же они меня здесь найдут?

— Никак, — огорчилась я. — И меня тоже.

Вдруг на каменной винтовой лестнице за дверью послышалось старческое кряхтение. Потом покашливание — «Кхе-кхе» Гримлока. И его шаркающие шаги.

Мы с Грэем переглянулись круглыми от испуга глазами, как два вора, застигнутые на месте преступления. Да так оно почти и было. Великий маг Гримлок вернулся от короля на час раньше времени!

Наши с Грэем глаза заметались по комнате. Куда бы спрятаться. В замке уже звякнул вставленный ключ.

— Туда! — придушенным шепотом скомандовал Грэй и ткнул пальцем в направлении двустворчатого платяного шкафа придворного мага.

Едва мы успели прикрыть за собой створки шкафа из темного дерева, старый чародей окончательно открыл дверь ключом и вошел в свою комнату.

Между неплотно прикрытыми створками шкафа оставалась узкая полоска. В нее мы с Грэем могли наблюдать, что творится в комнате.

В платяном шкафу пахло запахом старости. Этот запах не вытравить никакими омолаживающими эликсирами.

Мы с Грэем стояли среди навешанных на высокую поперечную перекладину длинных хламид Гримлока, его мантий и плащей, кое-какие одежды придворного мага висели там же на вешалках.

Странная мысль пришла мне в голову. И я быстро осторожно раздвинула длинные одеяния Гримлока в поисках входа в Нарнию. Но в шкафу старого чародея такой вход отсутствовал. Там была только самая обычная деревянная задняя стенка. Видно, это был не волшебный шкаф. А самый что ни на есть обыкновенный.

Раздался звук журчания воды. Гримлок в комнате налил из стеклянного кувшина воды в два стеклянных бокала на столе.

Плямс! И в один стакан с водой старый чародей плюхнул свою вставную челюсть.

— Что это такое?! — тихим придушенным шепотом, полным ужаса, будто впервые увидел выдвижную челюсть «Чужого», спросил в шкафу Грэй. Глаза его округлились.

Я также тихо хихикнула:

— Ты что вставные зубы никогда не видел?

Раздался еще один «Плямс». И в соседний стеклянный бокал с водой Гримлок положил свой вставной глаз.

— Да он разваливается на глазах! — в ужасе прошептал Грэй.

Я хихикнула снова:

— Не удивлюсь, если сейчас он отстегнет свою деревянную ногу! Как пират! И бороду свою седую отклеит!

Но этого Великий придворный маг Гримлок делать не стал. Ноги и борода у него все же были свои.

Вместо этого старый чародей ушел за пределы нашей зоны видимости, ограниченной узкой полоской между дверцами шкафа. И там, за пределами видимой нам зоны, что-то зашуршало. Переодевается! И тапки надел. Зашаркал ими по каменным плитам пола.

А потом заскрипела кровать. Видно, Гримлок, утомленный докладом королю Дагоберу, решил еще немного вздремнуть. Через некоторое время послышался старческий храп.

В узкую щель между створками шкафа проникал свет. В луче солнечного света между мной и Грэем плясали пылинки, изредка посверкивая на свету.

Мы с Алхимиком переглянулись и улыбнулись. На наши лица падали узкие полоски света от этой щели и других трещин в старых деревянных дверцах шкафа.

— А тут … интимная атмосфера для первого поцелуя, — прошептал Грэй и положил руку мне на талию.

Он потянулся ко мне… В этот момент Гримлок на кровати издал особо громкий захлебывающийся всхрап, перевернулся на бок, смачно громко почмокал во сне и снова захрапел на одной ноте.

Я легонько шлепнула Грэя по его ладони на моей талии, сбрасывая ее:

— Ты хочешь целоваться под такую «музыку»? Пора выбираться отсюда!

— Только тихо! — шепнул он мне. — А то еще превратит нас с тобой в двух тараканов!