"Фантастика 2026-151". Компиялция. Книги 1-32 (СИ) - Аверьянов Евгений - Страница 662

— Двух, не больше, и то из щедрости, — фыркнула девушка. — И еще вон тот гласвир в подарок за моральный ущерб.

Мужчина хмурился и сомневался, но в итоге признал свою неправоту и кивнул. Я обернулась к Хмилье, и служанка сама отсчитала два золотых. Подаренный гласвир я отдала горничной — мне самой он был не нужен, как и пыхтящей Млике, явно недовольной таким раскладом. Из лавки торговца мы вышли не в самом хорошем расположении духа. Наша спасительница собиралась уйти, но я догнала её.

— Постойте! Как я могу вас отблагодарить?

— Отблагодарить? — удивилась она и улыбнулась. — Не стоит благодарностей. Это я должна просить у вас прощения за то, что вам пришлось столкнуться с такой несправедливостью на моей родине.

— Настолько заметно, что мы приезжие? — спросила я, и девушка кивнула.

— Откуда вы?

— Гости его величества, мы из Бриоля, — несколько напыщенно откликнулась Малика, но незнакомка не обратила внимания на её тон.

— Далеко отсюда. Особенная редкость зимой встретить гостей с Юга — вы предпочитаете путешествовать летом, наш климат для вас суров.

— У вас несколько холоднее, — подтвердила я.

— Извините за лишнее любопытство, но каково в Бриоле? Мне всегда были интересны другие королевства, но отец не отпускает меня, — девушка вздохнула. Послушание — участь хороших детей. Как жаль, что я для своего отца всегда была проблемной. — Говорят, наш младший принц сватался к строптивой Бриольской принцессе, но получил отказ. Быть может, правители решили всё переиграть, поэтому и отправили делегацию, как я понимаю, вы из неё? Говорят, что время в Бриоле наступило неспокойное.

Слухи расползлись дальше и быстрее, чем я рассчитывала. Это действительно плохо. Успею ли я что-то изменить?

— Слухи преувеличены, — с натянутой улыбкой отозвалась я. — Но не будем о политике. Мы ведь так и не представились друг другу.

— Вы правы, совершенно неучтиво с моей стороны, — кивнула девушка. — Мое имя Айрис Эйфери, дочь маркиза Деароша. Рада знакомству.

— Взаимно, — я сделала книксен. — Купава Даорг, принцесса Бриоля. — Айрис приоткрыла рот, но тут же его захлопнула, посмотрев на меня виновато. — А мою спутницу зовут Малика Церг, дочь герцога Фамира Церга.

— Надеюсь, вы не отличаетесь злопамятностью, — виновато произнесла девушка.

— Память у меня хорошая, — отозвалась я и улыбнулась. — Поэтому я буду помнить вашу доброту. Сегодня на площади случилась неприятная ситуация, которая наверняка оставила бы после себя осадок, если бы не ваше вмешательство.

— Пустяки! Я просто не могу оставаться в стороне, когда происходит несправедливость.

— В этом мы с вами похожи. Быть может, вы скажете свой домашний адрес? Я бы прислала к вам посыльного с цветами в качестве благодарности.

— Третий дом на Еловой улице, — улыбнулась девушка. — Кстати, если вы не против, то в качестве благодарности я бы приняла ваш визит к нам. Завтра матушка устраивает небольшой музыкальный вечер — ожидаются высокие гости. Я будет очень рада вашему присутствию. Познакомлю вас со своими друзьями.

— С удовольствием принимаю ваше приглашение, — я сделала книксен, и девушка склонилась более глубоко, как того требовал этикет. — До встречи.

Распрощавшись с Айрис, мы с Маликой переглянулись. Ярмарка нас больше не интересовала, и я планировала изменить маршрут и отправиться сначала в мастерскую Орниксона, а если там не найдем подходящие гласвиры, то в салон мадам Вистроу.

Мы обогнули площадь и вышли на улицу Роз — обо всем узнала Хмилья, расспросив горожан, и нам оставалось лишь следовать за проворной горничной. Вскоре мы подошли к мастерской, занимавшей два этажа, с необычной лепниной в форме шестеренок и такими же ставнями. В парадных двухстворчатых дверях постоянно толпились посетители, то пропуская входящих, то выходящих. Нам невольно пришлось встать в эту небольшую очередь, чтобы спустя минуту оказаться в мире артефакторного волшебства.

Огромный двухэтажный холл встретил нас желтоватым светом и обилием летающих магических артефактов. Прямо по центру стоял прилавок, за которым трудились три миловидные девушки в коричневых стилизованных под местный антураж платьев, и обслуживали покупателей, упаковывая приобретенные товары в коробочки. По обе стороны от входа на второй этаж вели деревянные лестницы с резными перилами. Заинтересовавшихся товарами консультировали молодые люди — на вид не старше студентов, а наверху я заметила мужчину лет пятидесяти с часами в руках — он разговаривал с какой-то пожилой дамой. Видимо, это и был сам мистер Орниксон, создатель артефактов.

— Говорят, артефакты он уже давно не создает, — раздался шепот слева — две женщины обсуждали мастера, смотря снизу вверх, — у них есть целый штат молодых и неопытных артефакторов, поэтому даже не знаю, чему доверять — прославленному имени или все-таки своему здравому смыслу? Мало ли, что там его работники намагичат…

Как по мне, каждый предметы на полках был произведением искусства. Я видела много разных прекрасных артефактов, и мне было с чем сравнивать, поэтому я искренне наслаждалась, прохаживаясь мимо полок. И в отдел с гласвирами мы тоже зашли, Малика даже приобрела себе один — из розового стекла, которое немного увеличило глаза смотрящего, если закрыть гласвиром лицо. Но мне ни один не приглянулся, именно поэтому, после того как Малике упаковали товар, мы отправились на выход. Но уже перед тем как покинуть помещение, меня предчувствие повело в сторону.

Я завернула за один из стеллажей и прошла до самого конца. Здесь были представлены предметы старины, не принадлежащие руке мастера Орниксона или одному из его сотрудников — антикварный уголок, такие были во многих лавочках артефакторов. Подобные вещи артефакторы скупали ради деталей или изучения механизма и вот, если механизмы были изучены и при этом артефакт оставался целым, выставляли заново на продажу. Стоимость при этом варьировалась в зависимости от старины и назначения артефакта, а еще — заряда. Некоторые артефакты были неперезаряжаемыми, например, как кольцо моей мамы, спасшее меня на озере.

Я протянула руку и начала перебирать артефакты, пока не зацепилась за один. Быстро пробежавшись взглядом по табличке перед ним, прочитала:

«Целебный медальон. Возраст — более двух тысяч лет. Ныне непригоден».

Целебный и непригоден? Я нахмурилась и пригляделась к медальону, раскрыв его — механизм поддался легко, видимо, о медальоне все-таки заботились, и на внутренней стороне я увидела символ, от которого по телу пошли мурашки.

Это знак дракона.

Это артефакт из той эпохи, когда он действительно помогал сильнейшим существам, которые (по общедоступной информации) ушли из этого мира. Потому и артефакт для других непригоден — скорее всего, я так думаю. Но даже если он был бесполезен, его все еще можно подарить Максимилиану — возможно, он его узнает, ведь артефакт древний и наверняка пополнит его коллекцию.

Или это глупости? Я засомневалась. Не привыкла дарить подарки. До этого как-то не приходилось — только младшему брату или в качестве возвращения услуги, и то редкость. А тут еще и постороннему мужчине…

Ладно, не постороннему, а все еще неоглашенному жениху, с которым мы так и неудосужились расторгнуть помолвку. Так, может, это мой прощальный подарок? Почему-то очень хотелось сделать что-то для Максимилиана, хоть как-то отблагодарить его за бесконечную доброту — он ведь не раз меня спасал. В портальной арке и при похищении контрабандистом. А еще он рассказал нам о магии уходящего времени. И в самую мою первую отработку в академии пришел на помощь, пусть и преследовал свои цели. Он всегда был рядом в трудную минуту, поэтому честно будет оставить что-то ему в напоминание о неугомонной бриольской принцессе.

Вздохнула и сжала в руках медальон. Но не воспримет ли он это превратно? Не подумает ли, что теперь я собираюсь бегать влюбленной дурочкой за его величеством? Между нами слишком много недопонимания, слишком много накопленных обид. Его обижало моё упрямство, меня — его отношение к женщинам в целом и ко мне в частности.