"Фантастика 2026-151". Компиялция. Книги 1-32 (СИ) - Аверьянов Евгений - Страница 266

Браун переглянулся со Смитом, а потом продолжил:

— Хорошо, давай ты рассказывай.

Инна вздохнула и вывалила всю историю за две минуты, благо тут и вываливать-то почти нечего было.

— Ладно, иди за своей дочкой, — милостиво разрешил Браун, — но чтоб из номера ни ногой, ты можешь ещё понадобиться.

Инна вышла из комнаты, и тогда Браун уже вплотную занялся мной.

— Значит, тебя зовут Сорокалет и ты из России…

— Из Советского Союза вообще-то, — поправил его я, — или, если вам нужна более подробная детализация, то из РСФСР, а понятие «Россия» у нас лет 70, как отменено.

— Умный, да? — неприязненно отозвался агент, роясь в своих бумажках. — Работаешь на киностудии «Уорнер Бразерз»… кстати, кем ты там числишься?

— Советником по развитию бизнеса, — назвал я свою должность.

— Воротилы кинобизнеса, звёзды Голливуда, денежные мешки и первые лица военно-промышленных корпораций — это сейчас твой круг общения. Я ничего не забыл?

— Ничего, мистер Браун, — не стал упираться я, — всё так и есть.

— С какой целью вы оказались в Лас-Вегасе?

— С той же, с какой и все остальные, — пожал я плечами, — поиграть в азартные игры. Это ведь не запрещено законом?

— Прямо с такой целью и заехали сюда из самого Лос-Анджелеса?

— Не совсем, вообще-то нас позвал на своё ранчо один знакомый, на уикэнд. А в Лас-Вегас мы завернули, проезжая мимо — всё равно ведь ночевать где-то пришлось бы, за световой день до ранчо не добраться. Вот и решили совместить полезное с приятным.

— Что за знакомый, где находится это ранчо?

— Его зовут Чак Норрис, он артист, видели может пару фильмов с его участием…

Тут подал голос из своего угла второй агент, который Смит:

— Я видел, «Одинокий волк Маккуэйд» или как-то так…

— Продолжай, — сказал Браун.

— А ранчо его подальше немного, между Мескитом и Сан-Джорджем где-то, он мне на карте нарисовал, где свернуть, но карта в машине осталась.

— Тэээк, — пробормотал Браун, — ну пойдём на место преступления что ли сходим, покажешь, что там и как было…

И мы все трое гуськом отправились в уже окончательно настоебеневший мне сортир.

ФБРовцы оказались не такими хваткими ребятами, как здешние копы, поэтому с воссозданием картины преступления мы провозились почти час, мне под конец уже выть хотелось. Я всё никак не мог взять в толк, почему они в меня упёрлись рогом, а остальных посетителей казино в упор не рассматривали, и понял это только через час — услышал обрывок фразы второго агента первому и воссоздал фразу полностью. Короче говоря, друзья мои, всё дело оказалось в камерах наблюдения, в промежутке между заходом в сортир продавца Тойот Ника и моим выходом оттуда больше ни одного посетителя сортира камеры не запечатлели, такие дела…

Так что рабочих вариантов объяснения убийства у них было всего — это сделал я, а потом спрятал куда-то пистолет, или это был кто-то третий, просочившийся потом сквозь стену или через канализацию. Нет, был, конечно, ещё и третий путь — Ник сам себя убил, а я потом зачем-то (трудно объяснить, зачем) и куда-то (ещё труднее объяснить, куда) спрятал пистолет, но лично я бы, если б руководил расследованием, его за основу не брал. Так что через час ФБРовцы зашли в тупик, и я отчётливо видел, что выхода они оба не видят.

Мне ещё не совсем понятно было, почему этим рядовым, в общем-то, делом занялось ФБР, и ответов на этот вопрос у меня пока не имелось.

— Значит так, Сорокалет, — наконец смог подытожить итоги этого бестолкового часа агент Браун, — мы тебя пока отпускаем. Утром можешь ехать на своё ранчо, мы выяснили, где это, если что — мы тебя там найдём и продолжим. Свободен, подпиши только это, — и он протянул мне лист с грифом FBI Las-Vegas в верхней части.

Это была подписка о неразглашении, в случае её нарушения меня могли поместить под стражу на срок до двух месяцев. Подмахнул, мне не жалко, и отдал Брауну, а затем покинул, наконец, помещение игрового зала на 18 этаже комплекса Луксор. В номере меня ждала сумрачная и напряжённая Инна.

— Как Алла? — спросил я с порога.

— Всё в порядке, спит, — ответила она.

— А это что такое? — зацепился я взглядом за узел на столе, это была скатерть, завязанная четырьмя концами сверху, на вид очень увесистый свёрток получился.

— Это деньги, Серёжа, деньги, — успокоила меня Инна.

— И сколько тут денег? — почему-то задал я такой дурацкий вопрос вместо того, чтобы спросить, откуда они, чёрт их дери, тут образовались.

— Сто тысяч с копейками… если ты хочешь узнать, откуда они взялись, то слушай…

И она вывалила мне подробности — Алла почти сразу заснула, меня всё не было и не было, тогда Инна назло всем решила пойти и сыграть ещё на игровых автоматах, это единственная азартная игра, которую она здесь еще не испробовала. Это было ближе, чем игровой зал на 18 этаже, все нижние пять этажей были заточены под автоматы.

— И ты там сорвала джэк-пот, — логично предположил я.

— Точно, — подтвердила она, — на пятой или шестой попытке, а я меняла автоматы после первой же неудачи, и вот он, джэк-пот, получи и распишись.

— И что, вот эти вот деньги сразу и вывалились в лоток?

— Ну что ты, там же одни жетончики — зазвенел звонок, завыла сирена, меня завели в комнату начальника, поздравили и выдали вот это бабло в скатерти.

— Хотя бы в этом повезло, — вздохнул я.

— Да, а у тебя-то как прошло, расскажи? — спохватилась Инна.

— Отпустили на все четыре стороны, — ответил я, — у меня ни орудия преступления, ни мотива. Только записи с камер…

— И что там на камерах такого было?

— А никто не заходил и не выходил из того сортира, кроме меня с Ником, вот что…

— Убийство в запертой комнате, — сразу сообразила Инна, — и ещё мне не очень понятно, почему ФБР вмешалось? Может Ник таки их сотрудник, и мои подозрения с самого начала были верными?

— Да, это походу самая правдоподобная версия, — согласился я. — Ну а теперь давай спать что ли, завтра нам ещё километров триста по пустыне накрутить предстоит.

Секс этой ночью у нас был самым горячим и длительным за последние два года…

Ходи и бойся (февраль 1986 года, Сан-Квентин)

Проситься перевестись в другое место я, конечно, не стал — во-первых, всё равно ведь не обоснуешь, а во-вторых, такую слабину с первых шагов давать, это себя не уважать. Так что ответил я наркоше Тому примерно так:

— Спасибо за совет, дружище, но я пока погожу. Кстати, раз уж ты Том, то напарника твоего должны звать не Гарри, а Джерри…

— Это почему? — наморщил лоб тот.

— Ну как почему — будут у вас приключения Тома и Джерри в федеральной тюрьме Сан-Квентин.

Тут они оба заржали, и Гарри толкнул меня кулаком в спину:

— А ты весёлый парень, давай дальше жги в том же духе, а то у нас тут тоска сплошная.

Большой же Бонни лежал тем временем без движения, но по дрожанию его век я понял, что он давно уже оклемался и просто придуривается. А тут и на обед позвали… да, здесь еду не приносят в каждую клетушку, все собираются в большой столовой, которых по две штуки на каждый блок, нам вот надо было во вторую по счёту идти, которая в крайнем правом углу тюрьмы находится. И там даже есть пара зарешёченных окон, в которые видно залив, Алькатрас и город Сан-Франциско, ну это если погода хорошая.

Бонни, когда прозвенел обеденный звонок, резво вскочил со своей койки и вышел в коридор вместе с нами, ни слова не говоря. Как будто и не было ничего в последние полчаса. В столовке на меня многие обратили внимание — новички, я так понял, здесь не очень часто появляются. Многие здоровались за руку, называя свои имена (которые я тут же забывал), пара человек попыталось подколоть меня несмешными шутками. Место мне определили за тем же столом, где сидела вся наша камера, здесь столы на четыре персоны рассчитаны были. Еду надо было брать в длинной очереди с раздатка, почти что как в советским общепите, так что всё здесь мне было понятно и прозрачно, и душа моя наполнилась благостью и миросозерцанием.