"Фантастика 2026-151". Компиялция. Книги 1-32 (СИ) - Аверьянов Евгений - Страница 163

Ехать между тем было совсем не два шага — битых три четверти часа по развязкам и хайвеям крутились, пока не выскочили на эту самую пресловутую Пенсильванию-авеню. Объехали по кругу мимо конного Джорджа Вашингтона (- это кто? — спросила Аня, — первый американский президент, — прошипел ей я, — стыдно такого не знать). А вот и вход в Белый дом, не тот, который полукруглый, это задний двор, там знаменитая лужайка и въезда туда нет, а с другой стороны, где обычные квадратные колонны. На входе конечно обшмонали нас с головы до ног, Анечку специально обученная женщина-латиноамериканка, меня здоровенный негр. Долго смотрели на колесо со скутером, ничего опасного в них не обнаружили, но сумку всё же отобрали, потом, сказали, заберешь, а с собой нельзя.

— Посидите немного, — сказал один из секьюритей, заведя нас в красивую Китайскую комнату, — президент немного занят, когда освободится, вас позовут.

Какие вопросы, конечно-конечно, сидим, ждём.

— А что это тут за посуда? — немедленно поинтересовалась Анюта, кивнув на застекленныю шкафы, которые тут по всему почти периметру располагались.

— Это, Анечка, не посуда, а образцы китайского искусства — их тут жены президентов уже лет сто собирают. Вот это, смотри, — я встал и подошел к одному из шкафов, — ваза династии Мин, 15 или 16 век, видишь, как она на две части делится, верх отдельно, низ отдельно, это такая фишка именно для этого периода…

— Интересно, — протянула Аня, — и сколько это добро стоить может?

— Конкретно эта не знаю, тут оценщик опытный нужен, но вообще-то до десятка миллионов баксов, как говорят, их цена доходить может.

— Бешеные деньги, — сказала Аня, — мне бы хоть один миллион в руках подержать.

— Ну и что ты делать с ним будешь в СССР? — подколол её я и тут же перешел на другую тему, — а это вот слоновая кость походу… точно она, это китайский боевой корабль, джонка называется, шикарная вещь… сколько стоит, даже страшно представить… а это уже династия Цин, она следом за Мин шла — пейзажик такой, по-моему кисти Ванга, их там четыре штуки этих Вангов было, кого-то из них, тоже немеряных денег стоит…

Но тут мои художественные размышления прервал сам Джимми Картер, представьте себе, собственной персоной пришёл, ну не совсем один конечно, за спиной у него охранник маячил, но на почтительном расстоянии, не мешая разговору.

— Привет, Серж, привет, Энни, — сказал он с порога, — что, нравится наша китайская коллекция?

— Здравствуйте, мистер президент, — ответил за двоих я, — нравится это не то слово, я бы даже сказал, что тащусь от неё. Древние мастера знали своё дело и творили на века… в отличие от нынешних.

— Окей, подарю вам что-нибудь на дорожку, — сказал Картер, а затем поменял таки тему разговора, — пойдемте покажу свою резиденцию, она хоть и не такая старинная, как ваш Кремль, но тоже пользуется популярностью у туристов.

— Это центральная часть здания, у неё три этажа, на первом, где мы сейчас находимся, кроме Китайской комнаты есть еще Позолоченная комната, комната карт и библиотека. И зал дипломатических приёмов конечно, но он сейчас на ремонте.

— А почему Позолоченная, а не Золотая? — смело вступила в диалог Аня.

— Потому что там в основном позолоченное серебро собрано…

В быстром темпе посмотрели на всё перечисленное, потом Картер нас наверх повёл.

— На втором этаже все официальные мероприятия проходят, обеды, приёмы, пресс-конференции, тут аж четыре зала для этого предназначены, ну и плюс две столовые, одна парадная, вторая семейная, в этой семейной мы и пообедаем чуть позже. А сейчас давайте уж заодно и третий этаж осмотрим.

— Здесь почти всё это жилые помещения президента, то есть меня — три спальни, столовая, желтый овальный кабинет.

— Овальный это тот самый, который в фильмах показывают? — уточнил я.

— Нет, в фильмах показывают рабочий овальный кабинет (оральный, вспомнил я, как его переименовали после скандала с Моникой Левински), он в правом крыле, — и Джимми махнул рукой в ту сторону.

— Может и его тоже покажете? — невинно поинтересовался я, — интересно же, где президент такой великой страны свои решения принимает, — а потом набрался наглости и добавил, — и ситуационную комнату заодно, это вообще верх наших мечтаний был бы…

Джимми хмыкнул, посмотрел зачем-то на охранника, потом ответил:

— А почему бы и нет? Только экраны конечно все погасим, и карты уберём… пошли…

Глава 4

И мы по длинному коридору, застланному коврами, прошли в правое крыло Белого дома.

— Ну вот он, смотри, — сказал Джимми, открыв дверь в свой овальный кабинетик, — это вот мой стол, — и он уселся на свое место, — это герб Соединенных Штатов, — и он показал на пол, где на паркете был выложен этот герб, — а на тех диванчиках члены кабинета сидят, когда мы разные вопросы обсуждаем.

— Действительно, как в кино, — пробормотал я, присаживаясь на корточки, чтобы подробнее разглядеть герб Штатов, — а ничего, что по нему ботинками ходят?

— Тут к этому спокойно относятся, — спокойно сказал Картер, закуривая сигару, а потом добавил, — а в каких фильмах ты это видел?

Я стал лихорадочно вспоминать, что уже снято, а что ещё только будет:

— А то вы сами не знаете, — начал я, чтобы выиграть время, — «Пошли их к черту, Гарри», «Розовая пантера», «За закрытыми дверьми»…

— В Советском Союзе смотрят такие наши фильмы?

— Ну вы же сами понимаете, мистер президент, кинематографическая тусовка смотрит гораздо больше, чем остальные люди… а так-то да, многие ваши фильмы популярны у нас…

Во, что я ему сейчас задвину, подумал я…

— По 10–15 фильмов в год у вас покупаем, а вот встречного движения увы, не наблюдается — наши фильмы в американском прокате начисто отсутствуют.

— Ладно, давай на эту тему попозже подискутируем, — оборвал меня он, — а сейчас пойдем в ситуационную комнату. Или ты передумал?

— Не дождетесь! — довольно нагло ответил я, — я же наверняка первым русским буду, который туда попадет, это ж в истории навечно останется.

Джимми хмыкнул, а потом сначала звякнул куда-то по ретро-телефону, который на его столе стоял, а потом открыл боковую дверь и сказал «Уэлком». Спустились по винтовой лестнице на пару этажей, если не на три, освещалось всё это дело довольно скудно, какими-то чуть не 40-ваттными лампочками. У меня неожиданно вырвалось:

— Как в бункере Сталина…

— Ты был в бункере Сталина? — с интересом спросил Картер, — где это такой?

— В Куйбышеве — когда в конце 41 года захват Москвы Гитлером стал реальной угрозой, для Сталина в нескольких городах нашей страны сделали резервные Ставки, одна из них в Куйбышеве была… обычный дом на берегу Волги, а у него в подвале выкопали это дело глубиной метров так на 40–50, для защиты от бомб. Винтовая железная лестница, а внизу с десяток комнаток плюс средства связи конечно.

— Интересно, — задумчиво произнес Картер, — но мы уже пришли.

И он открыл очередную дверь, на этот раз с хитрым электронным замком.

— Заходи, будь как дома…

Внутри было довольно обширное помещение с многочисленными телеэкранами по бокам, но они, как и было обещано, все были погашены. Посередине стоял большой стол, закрытый листами бумаги А1, видимо под ними карта какая-то лежала. В дальнем конце комнаты стоял на вытяжку офицер в военно-морской форме.

— Класс, — восхищенно сказал я, — это отсюда Кеннеди руководил во время Карибского кризиса?

— Откуда же ещё, отсюда конечно, — просто ответил Картер, — познакомься кстати — лейтенант-коммандер Коллинз, он присматривает за порядком и за аппаратурой.

— Очень приятно, — сказал я, — моя супруга Энни.

Аня сделала книксен.

— А так называемый «красный телефон» тоже здесь находится? — задал я еще один наглый вопрос.

— Ты про «горячую линию» что ли? — спросил Картер. — Да, эта аппаратура тоже здесь… да, ты же был вместе с Горбачевым, когда он мне звонил по ней из Пекина, значит знаешь, что это никакой не телефон. Мистер Коллинз, покажите гостям устройство «горячая линия», — обратился он к офицеру. Тот коротко пролаял «йес, сёёё» и провел нас с Аней в соседнюю комнатушку… ничего интересного я там для себя не увидел, ну железная коробка с красными надписями, наружу торчит только хвостик ленты телетайпа. Вернулся назад и услышал новый вопрос: