Красный код (СИ) - Вязовский Алексей - Страница 40

— Это что такое? — сказал он вместо приветствия, кивнув на мою голову. — Вы почему в будёновке, командир? Где фуражка? К новому месту службы прибываете, представляться, а вы как с гражданской войны, чучело чучелом. Непорядок.

— Виноват, товарищ командир, — я вытянулся, лихорадочно сдергивая головной убор.

И это был правильный ответ. Усатый смягчился:

— Садитесь — проворчал он, но уже без запала, махнул рукой. — Гуляев. Павел Александрович. Врио начальника разведотдела дивизии. Врио, — повторил он с нажимом и невесёлой усмешкой. — Временно исполняющий. Понимаете, да?

— Не совсем, товарищ командир.

Гуляев посмотрел на меня, потом на дверь — прикрыта ли, — и понизил голос.

— А того, кто должен был вас принимать, — начальника разведотдела дивизии, — нету больше. Взяли неделю назад. И его, и ещё двоих из отдела. — Он потёр лицо ладонью. — Вскрыли, понимаешь, группу. Троцкистскую. Прямо у нас, в разведке дивизии. Кто б мог подумать… — Он осёкся, будто сказал лишнее, и глянул на меня остро. — Вы это к чему знать должны? К тому, что я только вникаю в дела, а тут ещё вы со своим маскировочным взводом мне на голову. Давайте документы.

Я подал ему предписание, удостоверение, выписку. И — помедлив секунду — большой запечатанный конверт, тот самый, из чемодана Ковалёва. Похоже с личным делом.

Гуляев сломал печать, вытряхнул бумаги, стал читать — быстро, привычно, вслух проборматывая, как читают документ, который надо занести в голову.

— Так… Ковалёв Николай Петрович, тысяча девятьсот десятого года… из крестьян, Тамбовская губерния, отец — батрак, мать — крестьянка, оба умерли… сирота, стало быть. — Он посмотрел на меня сочувственно. — Комсомолец с двадцать шестого, холост… Служба — призван, срочная, потом сверхсрочно остался, направили на командирские курсы… — Он вёл пальцем по строчкам. — Ага, учебная база Разведупра, спецподготовка. Так, что тут у нас… радиодело — есть, подрывное дело, взрывник — есть, маскировка, скрытое передвижение… вождение автотранспорта. Ого, дзюдо у самого Ощепкова в ЦДКА⁈ Ишь ты… — Он поднял на меня глаза, и в них впервые мелькнуло что-то вроде уважения. — Полный набор. Радист, взрывник, шофёр, дзюдоист. Универсал. Такого нам как раз и надо во взвод, обеими руками. — Он отложил бумаги. — Повезло вам, Ковалёв. В другое время я бы вас мурыжил, проверял, притирался. А сейчас — не до того. Люди нужны, взвод сформировали, а он без командира! Так что принимаю без разговоров.

Мне и правда повезло — куда больше, чем он думал. Всё сошлось так, что лучше не придумаешь, — если, конечно, забыть, какой ценой я въехал в эту удачу.

— Теперь по делу. — Гуляев придвинул карту, ткнул пальцем. — Взвод ваш — не тут, он базируется в Тирасполе. Приграничье, Днестр, у самой румынской границы. Квартирует при тамошнем гарнизоне, при Кировском полку. Пойдёте в его распоряжение по строевой части, а по нашей, по разведке, — числитесь за отделом, то есть за мной покуда. Взвод сейчас без командира, там за старшего помкомвзвода, старшина Радулов, тянет как может. Примете хозяйство, вживётесь, дальше — задачи спустим. — Он глянул на меня. — Дело у вас особое, Ковалёв, сами понимаете, не пехота. Что за взвод — вам на базе объяснили, повторять не буду. Но учтите: граница, румыны на том берегу, тихо не будет. Держите ухо востро.

— Есть держать ухо востро.

— Сегодня переночуете здесь, при штабе, в командирском общежитии — дежурный проводит, скажете, я велел. Завтра поедете в Тирасполь, тут недалеко, полуторка ходит. — Он придвинул мне листок. — Деньги получите в бухгалтерии, первый этаж, комната три. Вам причитается: подъёмные за перевод, суточные за дорогу, да оклад за месяц вперёд. Немного, но на первое время хватит, обустроитесь. — Он усмехнулся. — Краскомовское жалованье не купеческое, сами знаете, но с голоду не помрёте. И вот, талоны, — он протянул книжицу, — питание в штабной столовой, тут же, во дворе. Поешьте по-человечески, а то бледный вы какой-то, с дороги, видать, наголодались.

— Наголодался, товарищ командир, — искренне сказал я. — Спасибо.

— То-то. — Гуляев уже снова уткнулся в свои папки, разговор был окончен. — Идите, оформляйтесь. Завтра — в Тирасполь. И фуражку, Ковалёв, фуражку справьте первым делом! Чтоб не позорили мне отдел будёновкой.

— Есть справить фуражку, — я поднялся, козырнул и вышел.

Глава 27

Едва я прикрыл за собой дверь двенадцатой комнаты, как в углу зрения мягко звякнуло:

Задание «Личина» — этап 1 из… [данные скрыты] пройден успешно.

Легализация в штабе дивизии состоялась. Личность командира Ковалёва Н. П. принята без проверки.

Разблокирована военная ветка развития. Доступно освоение одного навыка (начальный уровень):

— «Минно-взрывное дело» (подрыв, минирование, разминирование, работа со взрывчаткой)

— «Самооборона без оружия» (рукопашный бой, обезоруживание)

— «Огневая подготовка» (стрелковое оружие, точность, скорость)

Первый этап пройден. Я выдохнул с облегчением: главный экзамен позади, Гуляев проглотил, документы принял, проверять не стал. И тут же — награда, воинская ветка, три соблазнительных строчки. Я задумался на секунду. Что взять? Командиру диверсионного взвода нужно все. Но начать стоит с самбо. Это база, с ней дальше легче пойдет и стрелковка и работа со взводом. Как примерно проходят тренировки — я представлял. Ходил на занятия по дзюдо в универе. Больших высот не достиг, дополз до синего пояса, но общее представление имел.

«Самооборона без оружия».

Система звякнула.

Освоено: «Самооборона без оружия», ур. 1.

В голове удобно улеглось новое знание — различные виды бросков, подножек, подсечек, захваты и способы освободиться от оных. Пока азы, но уже не пустое место.

Дальше всё завертелось быстро и буднично. Дежурный отвёл меня в командирское общежитие при штабе — узкая комната на несколько коек, тумбочки, казённое одеяло; я бросил чемодан, огляделся, отметил, где что.

Был и оружейный сейф, куда я со спокойной душой сдал револьвер. ТТ спрятал на себе, под гимнастеркой. А ну как обыщут вещи? Может не весь план по скрытым троцкистам выполнен в дивизии…

Потом — бухгалтерия, комната три на первом этаже. Немолодая женщина в нарукавниках долго сверяла мои бумаги, что-то писала, щёлкала счётами, давала расписываться в ведомостях — я расписался «Ковалёв», с завитушкой. И выдала деньги.

Подъёмные за перевод, суточные за дорогу, оклад за месяц вперёд — набежало прилично, командирское жалованье в тридцать пятом было не бог весть каким, но и не грошовым. На руки я получил около пятисот рублей — вместе с тем, что оставалось от воровской пачки, выходило под семь сотен. Впервые за всё время у меня были нормальные советские деньги, не золото под полой, а понятное жалованье честного командира Ковалёва. Я усмехнулся про себя: кто бы мог подумать…

Оформившись, я по привычке дёрнулся проверить почту — и наткнулся на пустоту. Ящик был пуст. Ни весточки от куратора, ни ответа на репорты, которые я слал ещё из Москвы, — про сны, про странности, про всё. Аркадий Петрович молчал уже вторую неделю игрового времени, наглухо. И эта тишина, чем дальше, тем сильнее меня царапала. Я привык, что там, за пределами вирт-капсулы кто-то есть, что мои отчёты кто-то читает, что я не совсем один в этом кошмаре. Забыли про меня? Или там, снаружи, что-то стряслось? Или это часть игры — оставить тестера вариться одного? Я не знал, и незнание тревожило.

Ладно, не сейчас. Я одёрнул себя, вызвал общие статы — просто чтобы свериться, с чем я теперь играю.

Иван («Алекс»). Личина: командир Ковалёв Н. П. Уровень 4.

Интеллект — 5. Сила — 5. Скорость — 4. Здоровье — 8 из 9 (восстанавливается: сон, еда, покой).

Риск — 3 из 5 (снижен: смена личности, легализация, отрыв от места розыска).