Корсаков. Тетралогия (СИ) - Кощеев Владимир - Страница 147

Людей вокруг было слишком много – жилые дома кругом, и в каждой квартире по несколько человек. Нападающие подошли к делу ответственно, я не могу нащупать цели, потому что целитель не отличит гражданских от убийц, пока те не выдадут себя сами. Тяжёлое оружие, спецбоеприпасы для уничтожения бронированных машин. Даже каждый раз собирая себя по кускам, рано или поздно я не смогу восстановиться.

Я двигался рывками, вливая в собственное тело магию, чтобы уворачиваться от крупнокалиберных пуль. Обрывки пиджака и рубашки уже скинул, чтобы не мешались. Остановить врага они всё равно не могли.

Справа показался стрелок, и я дотянулся до него даром. Рывок, и боец сам выскакивает из окна третьего этажа. Головой вниз на асфальт. Вопль всё понимавшего человека, но не способного изменить хоть что‑то. Хруст.

Я почувствовал людей в том же помещении, где был он, и усыпил их. Слева вновь появился гранатомёт. Я потянулся к врагу, но в этот момент справа открылось окно, и наружу показался тяжёлый пулемёт. Очередь завизжала, вспарывая асфальт дороги, заставляя меня танцевать на обломках.

Я дёрнул пулемётчика, и тот выдернул пистолет из кобуры сопротивляющимися руками, после чего выстрелил себе в рот. А находящиеся вместе с ним люди упали в магическом сне.

Гранатомётчик выстрелил. Не в меня – в соседний дом. В квартиру по ни в чём не повинным людям. Граната пролетела через улицу, и мне пришлось влить в ноги больше, чтобы перехватить её в прыжке. Снаряд лопнул в пальцах, вместе с моими руками по локоть. Пронзённое во множестве мест тело брякнулось на дорогу, заливая её кровью.

Было больно. Чертовски больно. Настолько, что я бы орал во весь голос, если бы мне не перехватило горло от ощущений оторванных конечностей. Но магия уже латала повреждения, выдаивая резервы с чудовищной скоростью.

На дорогу выкатились броневики с гербами Долгоруковых, из которых высыпалась гвардия правящего рода. Бойцы сразу же бросились к домам, из которых велась стрельба. Я видел, как они врываются в квартиры, кладут жителей на пол.

Как в квартире с гранатомётчиком начинается стрельба на поражение.

Я поднялся на колени, упираясь новыми руками в землю. Меня уже прикрыли телами два бойца в броне. Я оглянулся в сторону Семёна, он уже двигался ко мне.

– Ваше сиятельство, – обратился ко мне он. – Как вы?

Для него это был серьёзный удар. Формально это Семён должен был закрывать меня своим телом. Или вообще пожертвовать собой, чтобы я не тратил силы на его спасение. Но я не позволю умирать своим людям там, где могу их спасти.

Боль не стала меньше, я чувствовал всё, что со мной случилось, но это не значило, что я могу пожертвовать чужой жизнью, чтобы избежать собственного дискомфорта.

– Сообщи домой, – велел я, вставая на ноги.

– Уже, Иван Владимирович, – кивнул Семён.

– Ваше сиятельство, вам нужно проехать с нами, – объявил командир подразделения гвардии. – Великий князь ждёт вас.

Только сейчас я понял, что больше не слышно стрельбы. Целительский взор показал, как фигуры бойцов Долгоруковых двигаются в позах, которые было невозможно читать иначе – они работают с трупами нападавших.

– Мне нужно сообщить главе рода, – ответил я.

– Графине Корсаковой уже звонят, – ответил командир. – Вам требуется помощь?

Я посмотрел на свой голый торс, уже лишившийся следов ранений. Отросшие с чудовищной скоростью руки, на которых даже кожа приобрела тот же оттенок, как и остальные более загорелые части тела.

– Нет, едем. Семён, со мной.

– Так точно, ваше сиятельство.

Мы вместе сели в машину бойцов Долгоруковых, и она сорвалась с места, унося нас в сторону Кремля. За спиной остался догорающий автомобиль, который не смог защитить от действительно серьёзной угрозы.

– Ваня!

Дарья кинулась ко мне сразу же, как только я переступил порог кабинета великого князя. На лице наследницы престола было столько отчаянного волнения, что я не удержался от улыбки и обнял её, прижимая к себе.

Сверкать голым торсом в коридорах Кремля мне, конечно, никто бы не дал, гвардейцы ещё в машине выдали куртку из своих запасов. Но Дарья мгновенно её расстегнула и стала ощупывать торс под ней, выискивая дырки от пуль и любые следы травм. В её глазах стояли слёзы, которые пока не прорвались, но уже были готовы вырваться из запруды.

– Ты в порядке? Цел? – шептала она, не веря собственным глазам и рукам.

Я не собирался прерывать её, мне было слишком приятно чувствовать её прикосновения на своей коже. После пережитого боя это было настолько приятно, что приходилось сдерживаться от того, чтобы не наброситься прямо сейчас.

– Он целитель, – вставил, поднимаясь из своего кресла, Виктор Павлович. – Отращивать руки – его профессиональный долг. Рад видеть, что ты жив, граф.

Я кивнул поверх головы будущей государыни.

– Спасибо, ваше императорское высочество.

– Давай по простому наедине, называй великим князем.

Я кивнул, всё ещё удерживая вздрагивающую Дарью в объятиях.

Я чувствовал, что до неё дошло, в какой мы ситуации. Я фактически полуголый, она щекой прижалась к моей груди. Я по изменившемуся дыханию ощущал, как страх за меня у неё сменился сначала смущением, а потом осознанием, насколько приятны такие объятия.

Похоже, не только мне придётся сегодня себя сдерживать.

– Дарья, – с лёгким укором в голосе произнёс Виктор Павлович. – Ну не при мне хотя бы. Дождись, когда мы закончим разговор.

Будущая государыня с явным сопротивлением отстранилась от меня. Она взглянула на своего двоюродного дядю и, кивнув, села в одно из свободных кресел. Великий князь указал мне место напротив, и опустился сам.

В его руке появился планшет, и куратор жандармерии заговорил:

– Пока тебя сюда везли, удалось кое‑что выяснить, – начал он. – Вряд ли ты слышал, граф, о китайской группировке международных боевиков «Хэйшэ Лянь». Несмотря на то, что всем вокруг известно, что они базируются в Поднебесной, люди у них по всему миру, и они не только узкоглазые. Грязная работа, полная автономность ячеек, контакты по всей планете. Это не банда из подворотни, это частная военная компания, которая действует профессионально и жёстко. Число сорвавшихся у «Хэйше Лянь» операций можно пересчитать по пальцам одной руки. И сегодня они получили ещё один провал.

Я не стал уточнять, как именно жандармерия вышла на группировку. Это было ясно и так – где‑то членов организации засветили, и теперь лица, отпечатки или ещё какие‑то улики совпали с базой. Но это ведь только начало.

– Ты положил двенадцать человек, – продолжил Виктор Павлович. – Наши люди взяли ещё семнадцать живьём. Они сейчас молчат, но скоро заговорят. Будь уверен, у нас имеются способы развязать языки всем. Официально мы можем обратиться в Бэйдзин за помощью, но они пришлют пару бумажек в ответ, и на этом всё кончится. Формально «Хэйше Лянь» вообще не существует в Китае. На деле – там столько кланов на него завязано, что нас даже на выстрел не подпустят. Слишком много крови и грязных секретов.

Я кивнул. Даша тоже слушала очень внимательно, и мне нравилось, как быстро она переключилась из девицы, которая смущалась от прикосновения щекой к мужской груди, на наследницу престола.

– Кое‑что уже прояснилось по организации, – продолжил информировать великий князь. – Координация осуществлялась через приложение «Фантом» от французов из «Рошфор Систем». Главное, что в приложении полная анонимность, и раскрутить, кто стоит за аккаунтами невозможно без официального одобрения со стороны Парижа. Нам его, разумеется, никто не даст. Осуждать своего виконта король не позволит.

На экране планшета появилось новое уведомление, и великий князь быстро пробежал его глазами. Кивнув, он отложил в сторону устройство, не погасив дисплей. Дарья тут же взяла аппарат и прочла сама. Судя по тому, как одобрительно взглянул на неё Виктор Павлович, ему действительно нравилось, что племянница учится.