Простить нельзя уйти - Борн Амелия - Страница 2

Из него я не могла вычленить ничего особо толкового кроме глупой надежды на то, что Кирилл просто придумал розыгрыш.

А если нет?

Если он действительно специально притащил в нашу «Гавань» свою любовницу, чтобы вынудить меня выбрать «свободную жизнь»?

«Простить нельзя уйти». Где поставить запятую? Да и нужна ли она в принципе, когда все более, чем понятно?

Я решила, что да… Для начала мы посмотрим, кому из нас больше понравится свободная жизнь.

Ну а дальше, Кирилл, будет видно, что мне с тобой делать.

*

Часа два я просидела в кресле. В комнате горел свет - Кирилл так и не выключил его, уходя в душ. Я смотрела на люстру и думала о том, сколько ватт в этих лампочках. Светодиодные, экономные. Мы покупали их вместе в прошлом году, еще смеялись, что теперь меньше платить будем.

Забавно. Я пыталась думать о чем угодно, лишь бы только не погружаться мыслями в то, что озвучил Кир.

Из душа доносился шум воды, потом все стихло. Калинин завозился на кухне - я слышала, как закипел чайник, как открылась и закрылась дверца холодильника. Потом в гостиной зашумел телевизор, зазвучали голоса комментаторов. Футбол. Обычный вечер пятницы.

А я все сидела и смотрела на лампочки.

Мысли в голове перемешивались в какой-то чудовищный винегрет. Я пыталась разложить их по полочкам, но каждая новая попытка проваливалась. То я злилась, то впадала в ступор, то вдруг ловила себя на дурацкой надежде: а вдруг это был сон? Вдруг я задремала в архиве и сейчас проснусь?

Но я не спала. Свет горел, муж смотрел футбол в соседней комнате после того, как предложил мне найти себе любовника. Ведь у него шлюха в наличии уже имелась.

Наконец я встала. Ноги затекли, пришлось постоять, пережидая, пока противные иголочки перестанут бегать под кожей. Подошла к двери гостиной, остановилась на пороге.

Кирилл сидел в кресле, вытянув ноги и положив их на журнальный столик. В трусах и майке, с бокалом пива в руке и чашкой чая перед собой. Всегда именно так выпивал, чтобы не захмелеть.

На экране футболисты в зеленом бегали за мячом. Все как всегда. Ровно так же он сидел, должно быть сотню раз, до этого вечера.

- Калинин… - позвала я его тихо.

Он повернул голову, глянул на меня без особого интереса.

- А, ты еще не спишь? - удивился муж. - Чего хотела?

- Поговорить.

- О чем? - Он поморщился, но звук на телевизоре все же убавил. - Если опять про то, что ты там видела, Лиз, я же все объяснил. Чего еще ты хочешь услышать?

Я сделала несколько шагов в его сторону, опустилась в кресло напротив. Руки сложила на коленях, чтобы не дрожали.

- Объясни еще раз. Только подробно. Я хочу понять, что ты предлагаешь. Как ты это видишь.

Он оживился. Даже ноги со столика убрал, поставил бокал на пол, подался вперед. В глазах загорелся тот самый азарт, который я заметила еще в спальне.

- О, ну наконец-то! - довольно выдохнул он. - А то сидишь, молчишь, я уж думал, ты в истерику ударишься. А ты молодец, Лизка! Взрослеешь.

Я промолчала. Внутри все сжалось в тугой комок, но я заставила себя сидеть спокойно.

- Слушай, - начал Кирилл, - я тебе честно скажу. Эта девушка, ну которую ты видела… ее Эмма зовут. Она так, проходной эпизод. Ничего серьезного. Но понимаешь, - он вздохнул, словно собирался открыть мне великую истину, - я вообще не хочу быть только с ней. И только с тобой, если честно, тоже не хочу. Мне разнообразие нравится. Понимаешь?

- Понимаю, - ответила я тихо. И повторила, словно пробуя слово на вкус: - Разнообразия.

- Да! - обрадовался он. - И я подумал: а почему я должен себе отказывать, если ты тоже можешь не отказывать себе? Мы же современные люди, Лиз. Равноправие. Ты можешь выбрать себе кого хочешь. Хочешь - на одну ночь, хочешь - на подольше. Я не буду против. Ни ревности, ни скандалов. А я… ну, буду тоже иногда встречаться с кем-то. Год так поживем, а там видно будет.

Он говорил и говорил, распаляясь все больше. Я смотрела на его губы, на то, как они двигаются, и не верила, что этот человек - мой муж. Тот, кто обещал любить до гроба. Тот, кто говорил, что я единственная. Его словно бы подменили в одночасье.

- …и главное - честно, без вранья. Ты мне говоришь: я сегодня с тем-то, я говорю: я сегодня с той-то. И все счастливы. Ну? Что скажешь?

Он уставился на меня с таким ожиданием, будто предложил съездить в отпуск на море.

- А если я не хочу? - спросила глухо. - Если я не хочу ни с кем другим? Если я хочу только тебя?

Знаю, звучало жалко. Но вот так вот просто взять и погнать мужа прочь как-то не выходило. И да - я все еще надеялась, что у нас здесь просто эпизод из «Смехопанорамы».

Кирилл поморщился, отмахнулся:

- Ну Лиз, не будь занудой. Ты просто не пробовала. Уверен - тебе понравится. Ты у меня красивая, мужики на тебя смотрят, я знаю. Просто попробуй.

Внутри меня что-то перевернулось. Обида? Злость? Или та самая холодная пустота, которая поселилась там пару часов назад?

- А если я скажу «нет»? Если я против?

Он вздохнул, посмотрел на меня с легким раздражением.

- Ну, тогда я не знаю. Тогда, наверное, нам придется развестись. Потому что я так жить не могу. Мне нужно разнообразие, понимаешь? А ты меня душишь.

Я посмотрела на него и окончательно поняла: он не шутит. Калинин действительно все решил. Он уже живет в какой-то другой реальности, где я - лишь деталь, которая должна подстроиться под его запросы.

- Эмма, значит, - сказала я зачем-то. - Проходной эпизод.

- Абсолютно, - кивнул Кирилл. - Если ты согласишься на мой план, я с ней даже встречаться не буду, если не хочешь. Найду кого-то еще, чтоб тебе не мешала. Или ты найди себе кого-то первая, а я подожду. Мне не принципиально.

Он был так спокоен, так уверен в своей правоте. И в том, что я соглашусь.

- Я подумаю, - повторила я.

- Думай, - разрешил он. - Только недолго, а? Я уже настроился на новую жизнь.

Он снова взял пульт, прибавил звук. Футбольные страсти заполнили комнату.

Я же посидела так немного, затем встала и пошла в спальню. Села на кровать, обхватила себя руками.

«Проходной эпизод». Эмма. Какая разница, как ее зовут? Важно другое: он не просто изменил. Он хочет узаконить это. Сделать меня своей сообщницей.

«Простить нельзя уйти».

Я смотрела в стену и чувствовала, как внутри просыпается кто-то новый. Та самая другая Лиза, о которой я еще ничего не знала. Она не плакала. Она не кричала. Просто ждала.

Ждала моего решения, которое, кажется, уже было принято.

Но для начала мне нужно составить четкий план на тему того, как сделать так, чтобы муж пожалел обо всем в самом обозримом будущем.

***

Я проснулась от того, что за окном птицы разорались так, будто мы были в лесу. Глаза открывать не хотелось. Я лежала и слушала, как Кирилл сопит рядом. Ровно, спокойно. Предложил жене найти любовника и спит без задних ног.

Я осторожно повернула голову, посмотрела на него. Обычное лицо, чуть припухшее во время сна. Ресницы длинные, на зависть любой девчонке. Я раньше любила на него смотреть, когда он спал. Думала: вот он, мой родной человек. А сейчас при взгляде на мужа чувствовала только пустоту. И еще - странное любопытство.

Кто ты вообще такой, Кирилл Калинин? Почему я тебя не знала до вчерашнего дня?

Он завозился, открыл глаза, пару раз моргнул.

- Ты чего не спишь? - спросил хрипло.

- Уже утро, - ответила я спокойно. - Вставай, у меня разговор есть.

Он сел на кровати, потер лицо ладонями, зевнул.

- Опять? Лиз, ну сколько можно? Вчера же все обсудили.

- Обсудили, - согласилась я. - И решение принято.

Он сразу встрепенулся, глаза заблестели.

- Да? И какое?

Я смотрела на него и видела, как он ждет. Ждет, что я соглашусь на его гениальный план и внутри меня что-то злорадно прошептало: выдержи мхатовскую паузу. Не радуй парня раньше времени. А когда «обрадуешь», знай - все равно последнее слово за тобой.