Демон в теле Наследника (СИ) - Восточный Сергей - Страница 58

— Нет! Нет, нет, нет, пожалуйста… Там же алькантара… — в отчаянии всплеснул руками Смольников.

Зарубский, красный от ярости, выхватил телефон, дрожащими пальцами начал набирать номер и куда-то звонить. — Не берёт… — произнёс он, убирая телефон.

— Сука…сука, сука! Чтоб вам! Я же там все документы оставил! — тихо произнёс инспектор, глядя как толпа разрывает сумку на части и раскидывает какие-то бумаги по округе.

Я склонил голову набок, демонстративно сочувственно:

— Сложный у вас сегодня рабочий день, господа инспектора.

— Мы подадим на вас в суд! — зло прошипел Зарубский. — Вы обязаны обеспечить безопасность должностных лиц при исполнении! Вы… вы…

— Мне кажется вы перенервничали. — перебил его Савельев. — Может быть лёгкая прогулка на улице вам не повредит?

Инспектор сглотнул.

— Ладно, вы наблюдайте, а мы пошли. — немного понаблюдав за совершающимся на актом вандализма ответил я. — Иванов, не препятствуй нашим гостям. Пусть смотрят. Проникаются.

Когда мы выходили до меня донёсся восторженный крик одного из бойцов:

— Смотрите, кажется он решил насрать в салон, вот это да!

Следом раздался очередной, наполненный болью стон Смольникова.

Глава 21

Еще проблемы и неожиданный союзник

Мы вышли из помещения КПП и побрели по территории завода. Холодный ветер доносил с той стороны крики толпы уничтожающей автомобиль.

Савельев шёл рядом, угрюмый, сосредоточенный.

Я бросил взгляд через плечо, затем повернулся к начальнику охраны и озвучил пришедшую вдруг мне в голову мысль:

— Слушай… а как наши рабочие проходят? Пикетчики им не мешают?

Только сейчас понял, что за суетой и постоянными проверками даже не задумался об этом. Я уже несколько дней ночую прямо на заводе — в небольшой гостевой комнате на втором этаже административного корпуса, что бы в случае чего всегда быть на месте — поэтому и не видел, как люди приходят и уходят.

Савельев хмыкнул коротко, почти зло:

— Мешают. Ещё как.

Мы остановились на секунду, чтобы пропустить проезжающий по территории автопогрузчик.

— Но мы организовали сопровождение. Собираем смену рабочих. Выходит человек пятьдесят-шестьдесят. К ним присоединяется смена вооружённой охраны. Шагаем плотным строем. Тогда эти у ворот не такие смелые. Слишком много здоровых мужиков против них — сразу сдуваются.

— А уходят как?

— Точно так же. — кивнул он. — Иначе вы видели что будет.

— Молодцы… — я выдохнул я.

Всё же хорошо когда некоторые вопросы люди решают сами, не нагружая тебя.

— Иванову мы можем премию выписать? И всей смене, кто держал КПП сегодня.

— Сделаем. — кивнул Савельев.

Уснул я легко.

Впервые за последнее время засыпал хоть с чем-то похожим на спокойствие. Неудача пожарных, а так же хоть какой-то прогресс в решении вопроса с «зелёными» грел душу. Но стоило сознанию хоть немного провалиться в сон, как дверь в комнату чуть не вылетела с петель.

На пороге стоял Савельев. За его спинами ещё шесть человек охраны, все с автоматическим оружием наизготове.

— Ваше высочество. — голос его был напряжённый, почти срывающийся. — Вам не дозвониться!

Я рывком поднялся с постели.

— Что случилось?

— Диверсанта поймали.

Сон окончательно исчез.

— Кого?

— Диверсанта. Вредителя.

— Где? — спросил я, натягивая футболку и запрыгивая в джинсы.

— В цехе №8. Кузьмин… Пойдёмте, по дороге всё расскажу.

Мы вылетели в коридор. Савельев шагал быстро, почти бегом.

— Александр Николаевич, картина следующая. — докладывал Савельев. В голосе его ещё сквозили следы испуга. — Цех №8, который формально должен быть закрыт по решению пожарной инспекции, но мы продолжали работать. Кузьмин после смены задержался, решил пройтись по помещению. Обнаружил рабочего, который что-то делал с электрощитом, тем здоровым, который на 380 вольт. Притаился, решил проследить за ним. Увидел как то размещает в щитке какие-то канистры. В последствии оказалось что это был бензин и нитрат аммония. Похоже с вискозного производства взял. — Савельев шумно вздохнул. — Кузьмин подошёл, окликнул его. Тот отреагировал неадекватно. Бросился в драку. Хорошо охрана заметила суету по камерам, успели на помощь.

— Что за рабочий?

— По документам Пётр Сергеевич Попов. Устроился к нам недели три назад. Работал хорошо, без нареканий.

Мы вошли в цех. В широком проходе стоял взъерошенный Кузьмин с разбитой губой, повреждённая рука поджата к груди. Рядом с ним двое бойцов «Борея».

Перед ними задержанный. Худой, смуглый, на лице ухмылка до ушей. Глаза насмешливые, взгляд спокойный. Не боится. Не похож на преступника, пойманного на месте преступления.

Уверенный в себе. Слишком уверенный.

Руки ему уже заломили за спину, стянули браслетами. Но выглядел он так, будто его задержание — простая неприятная формальность.

— Валерий Александрович, как вы? — я подошёл ближе.

— Да нормально… — Кузьмин выдавил кривую улыбку. — Рука только… но жить буду.

Я посмотрел на диверсанта:

— Что он делал конкретно?

— Лил бензин на силовой щиток, сука. — Кузьмин сплюнул кровь. — Кабель закоротил, автомат из строя вывел, что бы тот не сработал. Утром, когда подают электропитание, рвануло бы хорошо.

— Вы каким чудом его нашли то? Зачем после работы остались? — я махнул головой в сторону диверсанта.

— А я частенько остаюсь. Осматриваю в день по цеху. Стараюсь в течение месяца хотя бы один раз каждый лично проверить. Старая привычка. — пожал плечами Кузьмин, словно оправдываясь.

— Нам повезло, — хмыкнул Савельев. — Пожар «случайно» именно в цехе, который должен быть закрыт. Идеальная картинка для следствия. С учётом, что утром тут полным-полно народу, без жертв бы не обошлось, вообще сказка. Тут на лицо нарушение требований пожарной безопасности, не выполнение предписаний повлекшее гибель людей…

Я кивнул.

Это был чёткий план.

Пожар, особенно крупный, не скрыть и самим не потушить. И как заметил Савельев — какое «совпадение», пожар именно в том цеху, который не должен был работать, потому как закрыт пожарной инспекцией за «нарушения». Особенно «удачно» будет если кто-нибудь в этом пожаре погибнет. Это однозначно уголовное дело и конец для предприятия. И в суде уже ничего не доказать. Ну а если вспомнить что въезд в завод блокирован протестующими, то возможно что пожарные бы вообще не доехали. Пол завода могло сгореть.

Можно сказать что Кузьмин сейчас спас все наши шкуры.

Наткнувшись на взгляд Савельева я понял что тот тоже всё понял.

Диверсант вдруг выпрямился, откашлялся, нагло вскинул подбородок:

— Требую немедленно меня отпустить! — сказал он чётко, уверенно. — Это незаконное лишение свободы. Вы не имеете права меня задерживать.

Я ухмыльнулся:

— Без причины? Серьёзно? Тебя взяли с поличным на месте преступления!

— Я работник предприятия. Проверял оборудование. Имею право находиться в цехе. У мня пропуск в кармане можете проверить. Остальное пока не доказано. Презумпция невиновности. — диверсант смотрел мне прямо в глаза. По его губам не переставала гулять усмешка.

— Сейчас ночь. Рабочий день закончен.

— У меня есть отметка о разрешении работы в ночную смену.

— Которой сегодня нет. — заметил Савельев.

Рабочий равнодушно пожал плечами:

— Ошибся. Перепутал график.

— Интересное совпадение. — Савельев наклонился. — А это у тебя что такое, а? Диктофон в кармане у тебя откуда? А камера?

Савельев дёрнул пуговицу с робы диверсанта, продемонстрировав перекреплённую к ней микросхему с оборванным проводом.

Я внимательно наблюдал за поведением шпиона. В глазах задержанного на секунду что-то промелькнуло…нет, не страх и не испуг. Скорее досада. Похоже он ждал что мы применим к нему силу, будем угрожать, а камера это запишет. Резервный план, на случай его задержания.