Под северными небесами. Пока ты не полюбишь меня - Олсен Мила - Страница 5

Признаю, список внушительный, хотя, по-моему, ничего серьезного тут нет.

– Вообще-то, писала Ава, – кротко говорю я, и это правда: я караулила и натужно хихикала, чтобы Ава не решила, что я зануда.

Итан обращает на мой протест не больше внимания, чем на чистоту в доме.

– Я принял нелегкое решение, Луиза, – говорит он и обводит нас взглядом, как король, собирающийся огласить новый указ. – Короче говоря, обойдешься в следующем году без «Аида».

Его слова повисают в воздухе. Я не верю своим ушам.

– Весь следующий год?!

С ума сойти. Он шутит, наверное.

– Так нельзя! – Я в ярости бью кулаками по столу и стараюсь удержаться от слез. – Клуб-то тебя чем не устроил? Ты сам говоришь, что с людьми надо дружить!

– Ты правда думаешь, что у тебя там будут настоящие друзья? Да они придумали этот клуб, просто чтобы самоутверждаться за счет других!

– Ава и Мэдисон нормальные девчонки!

– У тебя и без них есть хорошие подруги. Эмма и Элизабет.

С Эммой и Элизабет мне скучно. Но лучше этого не говорить.

– Ты что, не мог придумать другого наказания?

Итан качает головой.

– А ты думаешь, это все?

У меня глаза лезут на лоб.

– Что еще?

– Никакой путевки в модельный лагерь. На каникулы поедешь с нами.

Я чувствую, что вот-вот упаду в обморок.

– С вами, на кемпинг, в какую-то глушь?! Ты с ума сошел?

Итан, не смущаясь, продолжает:

– Будешь наслаждаться природой и дышать свежим воздухом. Поживешь без соцсетей. Кстати, о соцсетях. Я деактивирую твой аккаунт на полгода. Интернетом можешь пользоваться, только чтобы делать уроки. И до начала следующего учебного года никаких тусовок.

– До начала сле… то есть до сентября?! Сейчас же май!

– Вот именно.

– А выпускной…

– Никаких тусовок, я сказал. И ночевать к подружкам нельзя. Точка.

Я теряю дар речи. Губы дрожат, но нет, я не заплачу. Я и не думала, что Итан зайдет так далеко. Вся жизнь, можно сказать, насмарку!

Эйвери кладет руку мне на плечо.

– Лу, вот увидишь, кемпинг – это весело. Поедем в национальный парк, будем жить в палатках. В Йосемите гигантские секвойи и водопады… лоси – может, и оленей увидишь…

Я отодвигаюсь. В голове теснятся мысли, но прежде чем я успеваю подобрать слова, Итан заговаривает вновь:

– Каждый вечер, после моего возвращения с работы, будем проходить параграф по математике. Надеюсь, к концу каникул ты подтянешься.

– Я буду заниматься на каникулах?

Итан улыбается. Я готова его удавить.

– Ну других развлечений ведь не будет. На кемпинг я тоже возьму твои учебники.

– Ты мне просто мстишь за то, что я сказала про маму с папой, – запинаясь, выговариваю я, и по моей щеке катится слеза.

Я нетерпеливо вытираю ее, встаю и устремляюсь к двери. По пути бросаю взгляд на остальных. Джейден смотрит в стол, Эйвери старается сохранять беззаботное выражение лица, Лиам скатывает самокрутку. Никто за меня не заступился. Итан, видимо, заранее их обработал. Разумеется, ради моего блага!

Предатели.

– Мне жаль, Луиза, – говорит Итан, вставая. – Но за свои поступки надо отвечать. Не стоит красить пюре в синий цвет и изливать душу в интернете. Я правда думаю, что так будет лучше для тебя.

Он хочет положить руку мне на плечо, но я отстраняюсь и гневно качаю головой.

– Нет, так будет лучше для тебя! Иначе ты не сможешь собой гордиться! – выпаливаю я. – Давай я просто уеду из дома! Тогда ты перестанешь переживать, а мне больше не придется тебя терпеть! И вот это реально будет лучшее событие в моей жизни!

Я вылетаю в коридор. Прежде чем захлопнуть дверь, останавливаюсь и слышу, что Лиам и Джей спорят с Итаном.

Никто из них меня не защитил.

Очень жаль, что на самом деле взять и собрать чемодан я не могу.

Глава 2

Я сижу на земле, скрестив ноги, и смотрю на тлеющие в гриле угли. Сухая хвоя колет ляжки, то и дело приходится смахивать с себя муравьев. Зашибись каникулы.

Мы пробыли на кемпинге меньше трех часов, а я уже чувствую себя тупицей. Сначала я сломала опорную стойку от палатки, когда ее ставила, потом случайно порвала острым концом обломка спальник Итана. После этого он велел мне сидеть и ничего не трогать.

Но, честное слово, я старалась быть полезной. Вчера я обещала Эйвери, что не буду падать духом. Вдруг каникулы окажутся лучше, чем я думала.

Машина и палатка стоят в кругу валунов и огромных секвой. Промежутки заросли диким боярышником, так что от соседей по кемпингу мы надежно отделены.

Пока мы ехали от информационного центра до лагеря, я заметила искристый горный ручей. Рядом стояла табличка «Осторожно, медведи». Никто, естественно, заранее мне не сказал, что тут водятся медведи. То ли братья не хотели меня пугать, то ли решили, что это очевидно. Так или иначе, завтра первым делом пойду и куплю отпугивающий спрей, просто на всякий случай. Мне становится не по себе при мысли о том, что к нам заявится медведь. Я всматриваюсь в заросли, но вижу только очертания чужих палаток. Никого крупнее бурундука.

Когда за спиной раздается шорох, я испуганно оборачиваюсь, но это всего лишь Лиам – он ставит раскладной стол возле вкопанной в землю скамейки для пикников. Немногочисленные лучи солнца пробиваются сквозь густые кроны и сияющими полосами ложатся на землю. Лес полон зловещих теней. Через час стемнеет, а до тех пор нужно поставить палатку и приготовить ужин. Я охотно помогла бы Лиаму, но Итан велел мне не лезть.

От скуки я беру палочку и начинаю ворошить угли.

– Лу, перестань! – кричит Итан. – Все же потухнет!

Даже сидя в палатке, он не сводит с меня глаз.

Я корчу рожу в ответ. Он обращается со мной как с ребенком. Назло ему я начинаю еще энергичнее перемешивать угли. В лицо валит едкий дым, глаза слезятся. Лиам смеется, и я, нахмурившись, бросаю палочку. Ава и Мэдисон сейчас тусят с красивыми ребятами в модельном лагере, а я торчу тут с братьями. В лучшем случае встречу небритых выживальщиков, увешанных всяким туристическим барахлом: «Эй, детка, спрей от медведей не интересует?»

Спасибо, Итан. С того ужасного вечера мы почти не разговаривали. Только по необходимости. Я хотела попросить хотя бы частичную амнистию, но помешала гордость.

Как ни странно, извиниться перед мистером Смитом оказалось проще всего, тем более что его не уволили и моя шуточка не имела никаких серьезных последствий.

Убедившись в этом, я попросила Лиама поговорить с Итаном. Но для Итана мнение Лиама не имеет особого веса, поэтому я пристала к Джейдену. Итан уважает Джейдена, однако на сей раз притворился глухим. А позавчера Эйвери попытался на свой лад меня утешить.

Теперь я стараюсь извлечь из ситуации максимум. Ради Эйвери, Лиама и Джейдена.

Помогаю Лиаму разложить стол. А потом иду к машине и достаю из рюкзака полиэтиленовую скатерть.

– Лу! – кричит Итан.

Не обращая на него внимания, лезу в багажник за посудой.

Итан ведет себя так, будто все в полном порядке. Ну естественно, он своего добился, так что, с его точки зрения, все просто отлично! Он сломал мне жизнь, но это его ни капельки не волнует. В своем последнем посте я написала, что на некоторое время выхожу из соцсетей. Я не стала объяснять почему. Признаться, что меня наказал родной брат, слишком унизительно. Вместо этого я выложила в блоге наш маршрут. Итан, разумеется, снова разозлился. Не знаю, зачем я это сделала, просто мне показалось, что так надо. Если не буду появляться в Сети, пусть люди хотя бы знают, где я. Иначе я как будто перестану существовать.

– Луиза! – опять зовет Итан, уже с раздражением.

Притворяюсь, что поглощена делом.

– Принеси фонари! Здесь быстро темнеет!

Я вспоминаю обещание, которое дала Эйвери.

– А где они?

– Откуда я знаю? Ты должна была их упаковать. Я специально оставил их в твоей комнате.