Чародей смерти (ЛП) - Клиш Винсент - Страница 5

Висо̀чник оказался исключением.

Первое известное убийство он совершил семь лет назад. В нижнебаварском городке Фихтах в придорожной канаве нашли тело молодой женщины. Причина смерти — мощный удар в висок. После этого преступник, словно желая удостовериться в окончательности результата, пронзил тело несколькими ударами длинного клинка.

Потом он исчез.

Больше года о нём не было слышно. Пока в другом конце страны, в Трире, в земле Рейнланд-Пфальц, не обнаружили новую жертву.

Способ убийства на этот раз оказался иным. Молодую женщину не закололи. Ей связали руки и утопили.

И всё же следователи не сомневались: действовал тот же человек. На виске второй жертвы обнаружилась та же характерная рана. Правда, в отличие от первой женщины, умерла она не от удара. Эксперты установили, что и в первом, и во втором случае использовался молоток одного и того же фабричного образца — весьма вероятно, один и тот же.

Дальше убийца действовал уже без долгих пауз.

За последующие годы он лишил жизни ещё шестнадцать женщин — в самых разных частях Германии. Иногда между преступлениями проходило несколько дней, иногда — месяцы. Со своими жертвами он поступал всякий раз по-разному, словно пробуя новые варианты жестокости.

Но один элемент оставался неизменным.

Удар по виску.

Так в полицейских кругах и возникло его прозвище.

— Юлиус, я хочу познакомить вас с одним человеком, — сказала руководитель отдела Кастелла, когда Керн вошёл в её кабинет.

Кастелла была невысокой и хрупкой женщиной с безупречно подобранным костюмом и почти незаметным макияжем. Впечатление она производила скорее строгое, чем располагающее. Однако люди, имевшие дело с ней по службе, знали: под этой внешней сдержанностью скрывается ум холодный и весьма решительный. За годы службы она поднялась до руководящего поста в LKA Берлина — достижение, которое редко бывает случайностью.

К тому же Кастелла была замужем за итальянским бизнесменом. И, по наблюдениям подчинённых, в нужный момент умела проявлять темперамент, достойный южной крови.

Керну в своё время пришлось приложить немало усилий, чтобы добиться её уважения. Теперь же их отношения можно было назвать вполне доброжелательными.

— Это Ева Фукс. Она аналитик по преступлениям из LKA Баварии. Как только стало известно о случившемся, она прилетела в Берлин первым же рейсом.

Коллега из Южной Германии оказалась женщиной привлекательной. Чуть моложе Керна, спортивная и одетая с безупречным вкусом. Она сидела на одном из скрипучих стульев для посетителей, закинув ногу на ногу, и повернулась к Керну с улыбкой, способной мгновенно обезоружить собеседника.

— Grüß Gott, — сказала она и протянула руку, даже не вставая.

— Старший комиссар Фукс занимается этим делом с самого первого убийства, — продолжила Кастелла. — Она помогала коллегам в Рейнланд-Пфальце, Саксонии и Сааре. И знает все материалы по делу.

Керн пожал протянутую руку. Рукопожатие оказалось крепким — без излишнего усердия, но уверенное. Это ему понравилось. С людьми, не сомневающимися в себе, работать проще.

— Я хочу, чтобы вы возглавили расследование, Юлиус, — сказала Кастелла. — Фрау Фукс будет помогать вам как консультант.

— У меня когда-то всё начиналось точно так же, — заметил Керн, обращаясь к новой коллеге. — Я тоже приехал в Берлин всего лишь помочь в поисках серийного убийцы. Из Бранденбурга. А потом меня тут и оставили. Надеюсь, вам понравится Берлин.

Фукс рассмеялась.

— Дорожное движение здесь, по крайней мере, приятнее, чем в Мюнхене. Но боюсь, моё начальство меня всё равно не отпустит.

— В это я легко верю. В смысле — что не отпустят. А вот насчёт движения у меня есть сомнения, — сказал Керн и улыбнулся.

— Вы никогда не были в Мюнхене, верно? — ответила Фукс и улыбнулась в ответ.

— Господа, — мягко вмешалась Кастелла, — вернёмся к делу. Мы должны исходить из того, что преступник задержится в Берлине ненадолго. Если он вообще ещё здесь. Предлагаю вам удалиться и наметить стратегию.

Керн и Фукс кивнули.

— А потом, мой дорогой Юлиус, — добавила Кастелла, — мы с вами отдельно обсудим дорожные перекрёстки и ветровые стёкла.

О происшествии утром она, разумеется, уже знала. И то, как Керн вёл себя во время телефонного разговора, её вполне позабавило. Хотя по её лицу это редко можно было заметить, чувство юмора у Кастеллы имелось.

— Жду с нетерпением, — сказал Керн. Затем повернулся к Фукс: — Вы питаетесь исключительно Leberkäs-Semmel или допускаете иногда настоящую берлинскую карривурст?

Фукс провела рукой по длинному хвосту волос и снова рассмеялась.

— Честно говоря, я об этом думаю всё утро.

Напротив главного здания LKA располагалось заведение под названием «Bärbel's Gourmet-Tempel». На самом деле это была старая берлинская закусочная — из тех, где меню написано от руки, а орфография живёт собственной жизнью. Керн любил заглядывать сюда, когда унылые стены кабинета и холодный неоновый свет начинали действовать на нервы.

Именно сюда он и привёл Еву Фукс.

— Что будете? — спросил он.

— То же, что и вы.

Керн заказал две карривурст с картофелем фри. Когда они подошли к высокому столику, Фукс уже стирала салфеткой пятна кетчупа, оставленные предыдущим посетителем.

— Итак, что мы о нём знаем? — начал Керн.

— Меньше, чем хотелось бы. После первого убийства мы решили, что он местный. Фихтах — всего девять тысяч жителей. Мы проверили окружение жертвы, всех ранее судимых… словом, провели весь набор мероприятий. Ничего. Даже устроили массовый ДНК-тест.

Керн поднял брови.

— У нас есть его ДНК?

— Ну… коллеги нашли на теле несколько волос. Но принадлежат ли они убийце, мы узнаем только…

— …когда поймаем его. Понятно.

— На остальных телах никаких следов ДНК больше не нашли. Он явно сделал выводы.

В этот момент над закусочной разнёсся мощный голос.

— Два Curry Pommes на выдачу! — возвестила Бэрбель, дородная хозяйка заведения. — Кто заказывал? Осторожно — горячо и жирно!

Ева Фукс улыбнулась так, словно получила подарок.

— Добро пожаловать в столицу, — заметил Керн.

Он принёс два картонных подноса.

— И что дальше? — спросил он после первого куска.

— Мы составили профиль. Он левша — раны всегда на правом виске. По углам ударов пытались вычислить рост. Но данные слишком разные. Большинство жертв, похоже, сидели. Впрочем, можно предположить: от метра семидесяти до метра восьмидесяти.

Керн достал блокнот.

— Нужна ручка? — спросила Фукс.

— Если есть. Моя осталась в судебной медицине.

Фукс сделала серьёзное лицо.

— Бедняга. С ней что-нибудь случилось?

Они оба улыбнулись.

Она протянула ему ручку.

— Мы также изучили профиль жертв. Все женщины образованные. И привлекательные. Отсюда предположение: он сам хорошо выглядит и достаточно умен.

— Возраст?

— Сейчас примерно сорок. Это следует из возраста жертв в разные годы. И ещё у нас есть несколько фотороботов.

Фукс достала из сумки копии.

Керн внимательно их изучил.

— На каждом — другой человек.

— Были свидетели, которые видели жертв с неизвестным мужчиной. Но был ли это наш человек — вопрос.

Керн заметил, с каким аппетитом Фукс ест карривурст.

— Похоже, вы действительно проголодались.

— Честно? Да. И если вы никому не скажете: в Баварии карривурст хуже.

— Ну хоть что-то пруссаки умеют, — сказал Керн.

— Вы берлинец?

— Нет. Я из-под Ганновера. Но живу здесь со времён учёбы в полицейской академии. С перерывами.

— Потсдам, — сказала Фукс. — Я знаю. Вы ведь поймали Чистильщика.(отсылка к предыдущему роману автора)

Керн удивился.

— Вы хорошо подготовились.

Тот случай три года назад и привёл его в Берлин. Тогда загадочный серийный убийца — пресса прозвала его Чистильщик — оставлял тела своих жертв на идеально вымытых местах преступлений. Полиция столицы долго не могла выйти на его след.