Черновик для Эффы 2 (СИ) - Ильин Владимир Леонидович - Страница 42

— Я вынужден, капитан. Вот у него там, — обернулся я на Ноэля, замершего на входе. — Убивают родню. Скоро убьют отца. Потом узурпатор сядет на трон и будет спрашивать, где оставшиеся в живых. А друзей я сдавать не собираюсь.

— В таком случае, вынужден подчиниться. — Снял тот фуражку и положил на пульт. — Сэр… — Остановился он.

— Приношу извинения, капитан. Так сложилась судьба.

— Я понимаю. Но будет ли позволено мне провести арест здесь, управляя кораблем?.. — Провел он ладонью по седой голове. — Я тут с его постройки. Хотел бы уйти вместе с ним, если будет позволено. — Почувствовалось волнение в его словах. — Нам не хватит энерговооруженности, сэр. Нас собьют.

— Гравищиты же не демонтированы?.. — Замер я.

А без них мы суровы и могучи весьма условно — конечно, какое-то время будут сносить оболочку, добираясь до двигателей…

— В этой модели гравищиты слишком глубоко в оболочке, чтобы их снять. Демонтированы генераторы силовой установки.

— По счастливой случайности, у меня есть как раз такой генератор. — Скрипнул я зубами.

Зовется Тан Савой, мощность — десять-пятнадцать мэтров. Склонен к самоубийству экзотическими методами.

— М-да?.. — Усомнился капитан. — Но монтаж и переключение…

— Ждите.

Через упрямство понесся к себе в каюту, схватил два энерговода — один предназначался, если «Рансат» придется выигрывать в гонке. Ну а второй «на всякий случай».

Случай не подразумевал прорыв блокады дворца!!!

Вернулся, злясь на себя — подошел к пультам, склонился у места штурмана. В боевой обстановке за выдачу импульса на щиты отвечал он.

Штатный таллиумный энерговод давным-давно снят — но место крепления к силовой осталось. В конце концов, Империя достаточно мудра, чтобы требовать пригодность списанных бортов к обратной конверсии. Бывали случаи, и музейные экспонаты бросали в бой…

Капитан смотрел с интересом. Ноэль был бледен и просто молчал.

— Командуйте, капитан.

Тот посмотрел на свою фуражку, надел ее снова, привычно поправляя козырек.

— Энергию на щиты. — Щелкнул он на пульте и вдавил красную кнопку.

Заревела сирена по всему кораблю.

— Есть, энергия на щиты. — Ну а я — привычно отдал часть себя.

Загудело, задрожало мелкой вибрацией — списанный борт просыпался и закутывался в скорлупу щитов.

— Щиты — двадцать процентов… Двадцать пять… Сорок… Семьдесят… Девяносто пять… — Отмечал капитан.

Взял радиостанцию и крутнул частоту.

— Всем! Всем! Всем! Говорит ДШК «Буревестник» военного флота Империи! Во исполнение пункта семнадцать дробь три соглашения о «Дружбе между Империей и Королевством Сават» выполняю операцию по деблокированию дворца Ас-Сават и пресечению преступных действий мятежников! Говорит ДШК «Буревестник» военного флота Империи! Шестой принц Сават на мостике! Подняты гербовые цвета!

— Какие твои гербовые цвета? — Поинтересовался я у замершего на входе Ноэля.

— У м-меня н-нет цветов, — от волнения стал заикаться Ноэль.

— Теперь твои цвета — белый, розовый и синий, — буркнул я.

— Капитан! — Вбежал заспанный старпом. — Что происходит?

— Мы идем в бой.

Глава 14

Международная телефонная связь не предназначена для конфиденциальных разговоров — на всем протяжении кабеля ее внимательно слушают все заинтересованные стороны. Поэтому слова следует выбирать очень внимательно.

После холодного и крайне формального «добрый день» полковник Эффа Сойер молчала уже секунд двадцать.

— Эффа?..

— Не перебивай. — Строго потребовали от меня.

Я так понимаю, цензурных слов там не было.

— Но есть и хорошие новости! — Попытался я вклиниться в поток молчания бодрым голосом.

— Да неужели⁈

— Познакомился с Его Величеством королем Савата. Отличный мужик!

Мы вломились в город, как бык на чужую грядку капусты — под девиз «нам туда очень надо». Вокруг орали на несколько голосов и требовали немедленно убираться в сторону — но подходящей оглобли в руках, чтобы отогнать быка, у них не было.

Кто-то больно кололся с земли — щиты в один момент просели до шестидесяти процентов. Оружие у нас отсутствовало, поэтому мы просто сели на них сверху. То, что осталось от сплющенной щитами артиллерии, больше огрызаться было неспособно.

В воздухе мельтешил мелкий гнус в виде полицейских бортов — отчего-то вооруженных — но их покусывания «Буревестник» не замечал. Разве что единожды ДШК с неожиданной для него грацией дернулся к особо наглому, приблизившемуся слишком быстро — и его разорвало расфокусом гравищитов. Больше к нам никто не лез.

По радио угрозы сменились предложениями денег, титулов, земли и полного прощения — только бы мы куда-нибудь свалили. План заговорщиков явно предусматривал стремительный натиск, захват дворца и короля и подписание отречения в нужную им сторону — слишком мало сил задействовано. Измену совершили гарнизон города, столичная полиция и часть дворцовой охраны — другая часть, оставшаяся верной, все еще вела бой, когда мы подошли, но их додавливали.

Возможно, где-то в воздух по тревоге поднимались верные войска, взлетали боевые гравилеты — но если король будет мертв, объявив наследника — что им делать по прибытию?.. Кричать «да здравствует король!», получив от нового короля заверения, что они будут вознаграждены и обласканы — или срывать страну в гражданскую войну?.. Династия не сменилась, а первый принц будет на троне или там второй — какая им разница?..

Вот если верные войска прибудут, и старый король будет жив — тогда всех заговорщиков развешают по столбам. Короче говоря, время их крайне поджимало. А тут — мы.

Присутствие мини-крепости в их планах никто предусмотреть не мог — и все шло прахом.

Капитан Асгальт держал «Буревестник» над дворцом, монотонно повторяя пункт некогда заключенного «Соглашения о дружбе» — эрзац-документа, заключенного вместо нормального мирного договора. Между Саватом и Империей все еще существовали территориальные претензии — пусть даже земли эти находятся не на континенте и еще лет двести будут фонить радиацией. Но на картах двух государств они закрашивались по-разному — и ни один правитель не делал шаг вперед. «Соглашение о дружбе», при этом, позволяло выстраивать отношения без обсуждения территорий — нам даже визы не нужно было оформлять, а правители последние пять лет поздравляли друг друга со значимыми датами. Посольство Савата, к слову, на тезоименитстве Императора присутствовало всегда.

Я тоже нашел себе рацию и развлекался как умел — угрожал высадкой десанта, координировал движение несуществующих крейсеров, которые вот-вот прибудут, и заставлял Ноэля выступать с обращениями к нации. Но Ноэль упрямо обращался к каким-то геям и обещал им усугубить их статус, если они немедленно не сложат оружие. Прибежали две девчонки — узнать, что происходит. Дал им задание раздобыть гимн Савата и выучить — скоро понадобится. Интернет не работал, поэтому слова вызвался подсказать Ноэль, но хватило его только на два куплета и припев. Позорище.

То ли завидев махину ДШК «Буревестника» над головой, то ли получив результаты радиоперехвата, но заговорщики начали рассасываться с дворцовой территории. Постепенно смолкли и выстрелы, а по радио вышел на связь визирь дворцовой охраны, убедительно попросивший отозвать батальон десанта во избежание случайного дружественного огня. Просьба была выполнена моментально, потому что никакого десанта не было в природе. Имперские штурмовики, два крейсера и линкор тоже сменили курс обратно в порт приписки.

— Благодарю вас, генерал-лейтенант Савой. Вас желает посетить Его Величество король Сават. — Торжественно произнес он, с небольшой паузой добавив неформально, что не всех сволочей еще добили, а заговорщикам стала известна система тайных ходов.

Короче говоря, короля уместно подержать в безопасном месте, пока тайная стража с тепловизорами не пробежится по всем темным углам и не сделает контрольные выстрелы. Потому как единственный шанс для мерзавцев — любой ценой убить короля.