Развод в 43. Когда уходит любовь (СИ) - Багирова Александра - Страница 17

Не могу тут находиться. Тут пахнет Мишей, его внебрачной дочерью и ложью.

- Мам, давай к нам домой. Там и поговорим, - Аленка берет меня под руку, Юленька с другой стороны.

- Да.

Илья садится за руль, мы с девочками устраиваемся на заднем сиденье.

В дороге стоит давящая тишина. Вранье Миши витает в воздухе и продолжает нас отравлять. А я еще терзаюсь гадкими вопросами, на которые вряд ли получу честные ответы.

На крыльце нас встречает свекровь. Она так и не вернулась к себе домой. Я и этому только рада. Ей лучше с нами, так нам всем спокойнее.

- Что случилось? – сразу замечает наши хмурые лица.

- Ба, могу поздравить, у тебя внучка появилась! – заявляет Юля.

- Что этот оболтус учудил? Таки изменял? Дите нагулял?

- Она старше нашей Аленки на два года.

- Надя-гадя? – Стефания Сергеевна руку к губам прикладывает. – Она что ль своего ребенка на Мишу повесить пытается? Тьфу, чур меня! Не вспоминала бы лихо! – сплевывает три раза через плечо.

- Миша ничего не подтвердил. Но как я догадываюсь… она, - иду к дверям дома. – Девочки, вы пока чайник поставьте. Я в ванную быстро.

Дикое желание отмыться. Принять душ и смыть с себя эту ложь. Хотя Миша постарался пропитать нас всех ею.

- Так, а что за девка-то? – слышу за спиной голос свекрови.

- Шостакова Елена. Она у нас работает. Моя типа подруга.

Дальше уже их разговор не слышу, знаю, что девочки все расскажут без меня.

Быстро раздеваюсь и принимаю холодный душ. Надо взбодриться.

Когда прихожу на кухню, девочки и Илья уже сидят за столом. Стефания Сергеевна вертится на кухне.

- У же тоже не так давно узнал, что у меня сестра есть, внебрачная дочь отца, - говорит Илья. – И я как бы знал малую, я считал, что она в семье лучшего друга отца росла, что это его дочь. А оказалось, что отец с женой друга… много лет… И дочь сделали. Так что я все понимаю. Сам через это прошел, - у парня голос тихий, полный боли.

- И что? Ты с ней общаешься? – Юля подпирает подбородок ладонью.

- Не. Друг отца так ее дальше и воспитывает. Он ее все равно своей дочерью считает. Ну и никого из нашей семьи он к девочке не подпустит.

- Вот идиоты мужики. Все синицу в небе пытаются словить, а синица с высоты лишь нагадит, и дальше полетит. Но это до них потом доходит, - вздыхает свекровь. Садится с краю на угловой диванчик.

- Илюш, и ты снова это все с нами проходишь. Старые раны вскрываются, - Аленка кладет голову парню на плечо. – Может, не надо тебе этого всего. Домой поедешь.

- Я тебя не оставлю. Как никто знаю, что сейчас поддержка нужна. И тебе и твоим близким, - обнимает ее, крепче к себе прижимает.

- Правильно, в горе и в радости. Всегда вместе, - одобрительно кивает Стефания Сергеевна.

- Надеюсь, ты с нами надолго, потому должен знать, какой у нас папка. Что нам всем устроил, - Юля поджимает губы.

Вижу, как хочет заплакать, но сдерживается.

- Верочка, так он как снова с Гадей снюхался? Ты что-то хоть знаешь? – свекровь сильно переживает. Бледная.

- Нет. Но я выясню. Придется поговорить. Хотя это вряд ли что-то изменит. Стефания Сергеевна, я по глазам его прочитала все. Она. Я уверена.

- Я так была рада, что она исчезла из его жизни. Это был праздник. И тут спустя столько лет, она выползла! Из какой дыры! Вот что за мерзкая девка!

- Уже не девка, ба. Она получается, старше нашей мамы, - Алена морщит нос.

- Старше, - киваю. – На три года. Она ровесница вашего папы. Его большая школьная любовь. Они с первого класса вместе не расставались, всегда вместе ходили. Все их называли принцесса и трубочист.

Глава 27

- А почему Гадя? – спрашивает Юля.

- Это не я придумала. Так ее еще со школы прозвали, - свекровь делает глоток чая. Морщится, словно выпила что-то очень горькое. – Девочка она была очень ладная, две косички, большие глаза, и смотрела так невинно. Всегда одета с иголочки, нежный голосок, любимица учителей. И вот с этой невинностью она умело подставляла всех. Очень быстро она настроила весь класс против себя, и только мой оболтус души в ней не чаял. Постоянно защищал ее, мол они все не так поняли. Они завидуют. А Надежда-то ангел воплоти. И вроде смышленым Мишка рос, но что касалось его Гади, тут он был твердолобым. Как и большая часть учителей. Они тоже считали, что девочку незаслуженно обижают. Сколько драк было, сколько порванной одежды, даже раз руку ему сломали, а он продолжал тупо ее защищать. Учился ваш папа, как вы знаете, в хорошем лицее. Я специально пошла работать туда на кухню, чтобы иметь возможность его туда пристроить. Так хотела ему дать все лучшее. Он чуть ли ни единственный был в кругу мажоров. Но все склоки не из-за его материального положения были, а только из-за Гади. За годы школы она мне как кость поперек горла встала, - Стефания Сергеевна болезненно кривится, горло массирует, словно там действительно так и осталась гадя-кость.

- Папа всегда рассказывал, что его не принимали, потому что он был обычным пацаном в кругу мажоров, - Алена морщит лоб. – И про Гадю мы никогда не слышали.

- Он не любил вспоминать. Я была уверена, что он ее вычеркнул из жизни навсегда, - у меня в груди жжет от боли.

Одно дело, если бы Миша просто влюбился и решил развестись. Совсем другое, что он все эти годы носил в сердце любовь к другой.

Он врал, рассказывая мне о любви. Врал в поцелуях, прикосновениях, близости. Я всегда была лишь заменой.

А я ему жизнь, свое сердце отдала. Не равноценно. Подло. Низко.

- Конечно, не любил, - свекровь горько усмехается. – Тогда ему четко показали его место. Но обо всем по порядку. Они закончили школу. Миша так и волочился за ней. Хоть она держала дистанцию в плане близости. И парнем своим не называла. После школы, и я уж думала, ну все, теперь по разным углам разбегутся. Так, где там, Миша своими силами поступил. Учился, старался, а Гадю папаша запихнул, куда она пальчиком указала. Как вы догадались, учиться она решила в том же вузе, что и Миша. Там стала повторяться школьная история, Гадя взялась за старое. Быстро настроила коллектив против себя. А преподаватели, наоборот, прыгали вокруг нее. Многие не так за ее большие глазки, как за возможности ее папаши, который стал главным спонсором вуза.

- Да, - подтверждаю слова свекрови. – Я появилась в вузе на три года позже. И сразу узнала, что есть такая принцесса, которая всем гадит, и от нее надо держаться как можно дальше. Вуз кишел разговорами о ее деяниях. И конечно же, упоминали и ее верного трубочиста. Ваш папа тогда продолжал размахивать кулаками за любой косой взгляд на нее.

- А ты в него влюбилась сразу? – спрашивает Юля.

- Нет. Я на него даже не смотрела. Зачем? Он был занят. Мы и знакомы-то не были. Меня интересовала учеба. Я уже тогда рисовала эскизы и мечтала их воплотить в изделиях. Парни за мной ухаживали, я даже иногда на свидания ходила. Но все они были скучные. А про вашего папу и Гадю сплетни ходили по всему вузу, тут хочешь не хочешь услышишь.

- Ох, тогда они уже встречались. Гадя даже у нас ночевала. И умудрялась ссорить меня с сыном на ровном месте. И так у нее это филигранно выходило, будто и совсем не при чем, - поджимает губы свекровь. – А Миша ничего вокруг не видел. Всегда ее оправдывал.

- А я все же умудрилась случайно ей перейти дорогу, - пожимаю плечами. – Я хоть и тратила много времени на учебу, но и не забывала про развлечения с друзьями. У нас была классная, веселая компания. Вот они-то и подбили меня участвовать в новогоднем конкурсе красоты. Я ни на что не надеялась. Но внезапно победила.

- Я помню твои фото! Ты была реально как фея! Такая красивая! – восклицает Юленька.

- Да, маме точно не было равных, - соглашается Аленка.

- Но Гадя же была уверена в своей победе. И тут я стала ее личным врагом. Теперь силу ее козней я ощутила на себе. Даже некоторые преподаватели стали ко мне иначе относиться. А вот ваш папа неожиданно встал на мои сторону. Он сдерживал свою девушку.