Правила волшебной кухни 7 (СИ) - Сапфир Олег - Страница 35

— Чо⁈

— По дороге объясню! Время дорого! Бегом-бегом-бегом!

Как я и предполагал изначально, до района Кастелло мы добрались за час до конца аномальной ночи. Где-то на горизонте забрезжил рассвет, небо чуть просветлело, но я по-прежнему верил в успех.

— Всё понял? — спросил я Петровича, когда мы забежали на крыльцо здоровенного дворца, перепрофилированного под бассейн и спа-комплекс.

— Нет, — честно ответил домовой. — Русалки, картины, сватовство… я ничего не понял.

— Отлично! — я похлопал Петровича по плечу. — Значит, сыграешь естественно. Главное запомни, что русалку зовут Виола, — а после постучал в закрытую дверь, соскочил с крыльца и как мог хорошо спрятался.

— Твою жешь мать, Маринарыч. На что ты меня…

— Кто там⁈ — раздался женский голос, а через пару секунд дверь открылась.

— Э-э-э… здрасьте, — проблеял Петрович. — Синьора, я к вам по очень личному делу.

— По личному? — и надо сказать, что голос у русалки действительно был приятный. Низкий, насколько это допустимо для женщины, с эдакой соблазнительной хрипотцой. — Вы кто?

— Меня зовут… э-э-э… Петруччо, — ответил домовой. — Я много слышал о вашей красоте, синьорина Виола, и о вашем изысканном вкусе. И не мог… э-э-э… не мог пройти мимо. Вот! Смотрите, принёс вам подарок.

— Картина? — надменно спросила Виола, но потом вдруг: — Ох! Это же…

— Да-да, синьорина, это именно она. Редкая, старинная, магическая, всё как вы любите. Как только я её увидел, сразу же подумал о вас. Странно, правда?

— Очень странно, — насторожилась русалка. — Что ж. Проходите, я посмотрю. И если картина действительно настоящая, то я её куплю…

— Купите⁈ — Петрович вошёл в роль и театрально ахнул. — Да как можно, синьорина? Я ничего не продаю! Я дарю. От чистого сердца.

— Такие вещи дарят либо дурак, — усмехнулась русалка, подхватывая игру. — Либо влюблённые.

— Либо влюблённые дураки, синьорина Виола. Такие, как ваш покорный слуга…

А бородатый молодец!

— Вот как? Ну заходите, заходите. Так как вас зовут, говорите? Петруччо?

И вот тут самое сложное. В самый последний момент я резким рывком перепрыгнул через перила и успел сунуть ногу в щель прежде, чем дверь закрылась. Затаился. Переждал, пока шаги вдали утихнут, и лишь после зашёл внутрь.

Бассейн был хорош. Ну… точнее само здание. Свежий ремонт, зелень в каждом углу, удобная мебель, все дела. А что самое главное — план пожарной эвакуации прямо рядом со входом. Быстренько изучив планировку, я двинулся к воде, хотя на самом-то деле мог просто пойти на запах хлорки. Вот ведь, а? Морская вода их, видишь ли, не устраивает, а барахтаться с утра до ночи в присадках — самое оно.

А впрочем, я не нечисть. Мне не понять.

Итак! Прокравшись сперва по коридорам, я миновал мужскую раздевалку, комнату с душевыми кабинками, парилку, и наконец добрался до главного зала. Тихонечко приоткрыл дверь, высунулся и сразу же понял, что дело плохо.

Свет был выключен, зато вместо него вокруг бассейна стояли сотни, а может быть даже тысячи свечей. Их блики отражались на чёрной воде, а по стенам играли суетливые, перебивающие друг дружку тени. Ну а по центру бассейна на жёлтом надувном матрасе с подстаканником плавал он. Матео. Бледный, как мел, глаза закрыты, губы синие и… короче говоря, рыбак выглядел очень плохо.

А вокруг него, взявшись за руки, плавали русалки. И если уж я не единожды отвешивал комплименты в адрес сирен, то надо быть последовательным и сказать, что русалки были нереально красивыми. Молодые девушки в самом соку, при формах, ещё и полностью обнажённые. Итого в этом выпуклом округлом хороводе я насчитал… семерых? Хм-м-м… почему-то мне думалось, что их должно быть больше. Но не суть!

Кружась вокруг Матео, русалки повторяли одну и ту же фразу на незнакомом мне языке. Ме-е-едлено, как будто бы в такт плеску воды о бортик бассейна. Девушки синхронно зачитывали какую-то мантру, и их голоса сливались в один странный, гипнотический шёпот. Магия, вот только какая? И как мне её теперь развеять?

— Так, — оглядевшись повнимательней, я заметил кое-что ещё.– Интерр-р-ресно.

Помимо свечей, вокруг бассейна на равном удалении друг от друга стояли небольшие треноги из чёрного металла — как будто подстановочные официантские столики, только гораздо меньше и ниже. На каждую треногу был помещён хрустальный шарик, внутри которого пульсировал слабый бледный свет и…

Знакомые вещицы! Очень-очень знакомые, работы одного известного мне мастера. А именно — Артёма Эдуардовича Сазонова…

Глава 17

Бассейн. Русалки. Артефакты. Казалось бы, выхода нет… но!

Пускай я и не артефактор, но всё-таки жил со своей семьёй, и потому успел нахвататься. Где-то по верхам, а где-то очень даже углублённо. Так вот! Такие треноги с хрустальными шариками брат начал изготавливать несколько лет назад, и прожужжал на их счёт уши что мне, что родителям.

«Поле доминирования» или как-то так. Суть в том, что эти артефакты, направленные против человека, могли подчинить его своей воле. Причём не на время, как некоторые алхимические эликсиры брата, а навсегда. То есть Матео прямо сейчас, у меня на глазах, превращался в послушного раба русалок. Считай, что в живого зомби. И ритуал, судя по свечению внутри шариков, уже подходит к концу.

Но самое-то главное в следующем — спасибо Артёму и его болтливому языку за то, что я знаю, как их перенастроить. Артефакты потому и не запустили в массовое производство под брендом «Сазоновы», что настройка слишком филиграна, сложна, и малейшая погрешность может привести к обратному эффекту.

И что же получается? Дорвавшись до свободы, брат начал торговать собственными наработками, причём торговать очень неразборчиво. Как эти его шары могли попасть в руки к русалкам — не имею ни малейшего понятия.

Но обо всём это я подумаю потом, ну а потом пора действовать!

Русалки были целиком и полностью сосредоточены на Матео. Их мантра становилась всё громче, глаза закатывались, а на лицах растягивалась улыбка религиозного экстаза. Барышни сейчас явно не видят и не слышат ничего вокруг себя, так что можно не бояться.

Выскользнув из раздевалки, я упал на пол и пополз по мокрой плитке в направлении первого артефакта. Пополз, дополз, а потом осторожно коснулся треноги. Буквально чу-у-у-уть-чуть поправил её, изменив угол шарика на несколько градусов и пополз дальше, ко второму. За ним к третьему, к четвёртому, и так далее.

В итоге к моменту кульминации обряда я сделал полный круг вокруг бассейна и наглухо сбил настройки этого грёбаного «поля доминирования». И оставалось теперь только ждать.

Русалки тем временем уже перешли на крик. Артефактные шарики засветились нестерпимо ярко, а тело Матео оторвалось от матраса и начало медленно взлетать вверх. Зависнув под потолком, рыбак резко выгнулся и понеслись спецэффекты — разноцветные вспышки, искры, хлопки, свист. Непонятно откуда взявшийся ветер ворвался в зал бассейна и почти разом задул все свечи. Русалки взяли самую высокую ноту, шары разгорались всё ярче и ярче, — так что мне пришлось зажмуриться, — а затем…

Бах! И всё стихло.

А когда я вновь открыл глаза, до увидел Матео. Не понимая примерно ничего, рыбак сидел на матрасе, чесал в затылке и не без интереса разглядывал грудь ближайшей русалки.

— Э-э-э, — протянул он, оглядываясь по сторонам. — Синьорины… миленькие… вы чего?

— Ждём твоих указаний, хозяин, — хором ответили русалки. Голоса у них были покорные и как будто бы механические, а значит… значит сработало. Цепочка артефактов сбилась и обратило заклинание против заклинателя.

— Каких указаний? Девоньки, — Матео заёрзал, явно чувствуя себя очень неловко. — Девоньки, миленькие, вы бы прикрылись хоть…

— Хозяин хочет, чтобы мы оделись?

— Какой хозяин-то, а? Ну что вы такое несёте?

— Мы полностью в вашей власти, синьор Матео.

— Вы… Вы сдурели тут все, что ли⁈ — он треволнений, рыбак чуть было не перевернул матрас. — Я вас, блин, боюсь! Какого хрена тут вообще происходит⁈