Отягощённый Послезнанием. Дилогия (СИ) - Зеленин Сергей - Страница 235

Этим без всяких вариантов словами потомков – «корячится вышка».

Однако на тёмном как душа самого дьявола небосклоне, появился и первый светлый лучик. «Группа дальней авиационной разведки Генерального штаба ВС СССР», хотя и несколько запоздав со сроками, но всё же предоставила накануне операции «Обоюдное согласие» довольно‑таки качественные аэрофотоснимки территории Ирана. И хотя это заслуга не столько её командира ‑ генерал‑майора Ивана Проскурова, как…

Народного комиссариата земледелия СССР, в который прежде входило «Фотограмметрическое бюро» Московского гидромелиоративного института.

Но всё равно это огромный шаг вперёд!

Следующие «шаги» сделают Военно‑Воздушные Силы СССР настоящим орудием современной войны. А не как в «Реальной истории» ‑ лишь потребителем огромных ресурсов не очень‑то и богатой страны без всякой отдачи. И будут они сделаны уже под руководством маршала авиации Лаврентия Павловича Берия, который вот‑вот займёт сразу две должности – Народного комиссара авиационной промышленности и Командующего Военно‑Воздушными силами (ВВС СССР).

Кроме этого, просто великолепно отработал Наркомат иностранных дел СССР товарища Потёмкина Владимира Петровича. Участвующие в операции «Обоюдное согласие» войска были в должной мере снабжены русско‑персидскими разговорниками, брошюрами по истории Ирана и обычаям этой страны, а штабы – квалифицированными переводчиками.

Ну и неплохо сработали «Управление пропаганды и агитации при ЦК ВКП(б)» и «Информбюро при Верховном Совете СССР», под руководством кандидата в члены Политбюро Александрова Георгия Фёдоровича. Было сверхоперативно напечатано и над иранскими городами и весями сброшено с самолётов свыше двадцати миллионов листовок на фарси, азербайджанском, курдском, армянском и английском, немецком и французских языках ‑ с объяснением необходимости ввода советских войск в Иран.

***

За беседами с товарищами командирами на тему «Как нам обустроить Вооружённые силы и «не просрать» государство оставленное великим Лениным» время полёта до Москвы пролетело не просто быстро…

Стремительно!

И уже поздним вечером 5‑го июня (в четверг этого было), Иосиф Виссарионович оказался в столице. Его попутчики после пересадки на уже поджидающие их «борта», в соответствии с новыми назначения разлетелись по «особым» округам… Ну а он в сопровождении Начальника личной охраны генерал‑майора Косынкина и группы «прикреплённых» поехал на Ближнюю дачу, где вновь обосновался после внеочередных пленумов.

Там он попал «с корабля на бал» ‑ на семейный ужин, посвященный окончанию Василием Сталиным знаменитой «Качи» ‑ лётного авиационного училища, а Артёмом Сергеевым (приёмным сыном) – Ленинградского артиллерийского училища.

С порога на него что‑то налетело и повисло на шее с восторженным визгом:

‑ Папка!

Став обладателем «Послезнания», к собственным детям Сталин стал относиться с едва скрываемым глухим раздражением…

И это ещё слабо сказано.

Про двух родных сыновей он думал так:

«У одного духу не хватило застрелиться, чтоб избежать позора плена. У второго дух есть, конечно… Но совершенно нет мозгов! Даже для того, чтобы с умом воспользоваться отцовским авторитетом ‑ одни самолёты в голове и футбол. В народе говорят: «маленькая собака до старости щенок» и это как раз тот случай. Как был «Васька» в школе – так «Васькой» и закопали, словно сдохшего в придорожной канаве безымянного бродягу».

В отличии от родных, приёмный сын Артём выглядел гораздо более положительно…

И это ещё больше бесило Вождя в отношении «родной крови»:

«Неужели потомки правы – «на детях гениев природа отдыхает»?! Но ведь я ж не гений, ибо ещё Пушкиным сказано было:

«Гений и злодейство – вещи не совместные»».

На дочь Светлану же, за её бурную биографии и беспардонную ложь в мемуарах, он вообще не мог смотреть без зубовного скрежета и спазм в желудке.

Поэтому сперва, он её чуть ли не оттолкнул.

Отступив на шаг, та широко открыв глаза:

‑  Папка… А ты что такой?

Ругая себя на чём свет стоит, Сталин обнял дочь, поцеловал и извинился:

‑ Извини, хозяюшка! Устал твой «секретаришко» от забот хлопотных, да перелётов дальних… Как собака, устал!

Естественно, та его извинила: ребёнок же… Точнее словами потомков – «тинейджер».

С Яковом ‑ старшим сыном от первой жены Вождь не общался с тех пор, как тот после ссоры с ним пытался якобы застрелиться…

Он его просто‑напросто презирал:

«Шантажист недоделанный!».

Закончив в 1936‑м году  «Московский институт инженеров железнодорожного транспорта», тот поступил и до недавнего времени учился в Ленинградской артиллерийской академии. Но учился неважно, что дало повод отцу дать приказ отчислить своего отпрыска и в соответствии с уже имеющимся дипломом, направить работать в Наркомат путей сообщения СССР. Железнодорожники во время войны имеют бронь, поэтому на фронт Яков не попадёт…

Желание отца спасти сына?

Нет!

Вполне понятное желание руководителя великой страны спасти своё имя от позора, исходящего от такого сына.

Закончив лётное училище, Василий получил направление в 16‑й истребительный авиационный полк 57‑й авиационной бригады ВВС, входящий в состав ПВО Московского военного округа. Так как лётчики‑истребители такого «профиля» над контролируемой противником территорий не летают и не рискуют попасть в плен после сбития, Сталин решил в этом авиаполку младшего сына и оставить…

Вот только сам 16‑й истребительный авиаполк ‑ перевести куда подальше от столичных соблазнов и московских актрисок. Например, в Закавказский военный округ где он будет входить в состав ПВО Баку. И опять же такое решение связано не с желанием спасти жизнь своего непутёвого отпрыска, а моральный образ того. В противном случае, он просто запретил бы тому быть лётчиком. При существующих в ВВС порядках, риск разбиться в мирное время немногим уступает риску погибнуть в бою в военное время.

Артем же получил назначение в знаменитую «Пролетарку» командиром артиллерийского взвода. В «Реальной истории» он попал в плен в одно время с Яковом, но бежал, воевал в партизанском отряде, после ранения был вывезен на «Большую землю»…

Закончил войну с пятью боевыми орденами, командиром артиллерийской бригады в звании полковник.

В судьбу приёмного сына Сталин решил не вмешиваться. Напрямую, конечно. А вот как на его «планиде» отразится вмешательство Вождя в естественный ход «Реальной истории»…

Это вопрос!

Кроме Василия, Артёма, Светланы и разумеется ‑ самого Сталина, за столом сидела ещё его супруга Валентина Васильевна Истомина ‑ которая по привычке то и дело срывалась с места, обслуживая «господ офицеров» с лейтенантскими кубарями в петлицах. Последние, были уже «слегка навеселе» и это приводило Хозяина Ближней дачи в состояние холодной ярости.

Поэтому едва усевшись за стол, он поспешил испортить тем аппетит:

‑ Если вы собрались жениться и немедля приступить к увеличению численности населения страны, то должен вас несколько разочаровать, товарищи лейтенанты. Мной, как Верховным главнокомандующим ‑ уже издан приказ запрещающий вступать в брак выпускникам военных училищ в течении двух лет. Нарушителей ждёт немедленное увольнение из Вооружённых сил с понижением в звании.

Светлана прыснула в кулачок, Валентина Васильевна посмотрела осуждающе – мол, что ты несёшь при детях… «Товарищи лейтенанты» недоумённо переглянулись и всего лишь.

Это кстати вовсе не забойная сталинская прихоть, а едва ли не единодушное требование товарищей командиров с ромбами и звёздами в петлицах94, большинство из которых уже давно пребывали в браке и многое – не в первый раз. В «Реальной истории» такие – воистину радикальные решения поставят в укор маршалу Тимашенко… В «Текущей реальности» же, Сталин взял весь огонь на себя.