Меченый. Затишье перед бурей (СИ) - Савинков Андрей Николаевич - Страница 29

— А в Москве конечной станцией на данный момент планируется Ленинградский вокзал? Он же тупиковый?

— Да, товарищ генеральный секретарь, однако на данном этапе так проще.

— Я, конечно, не специалист, но кажется мне, что сделать сразу по уму лучше, чем потом переделывать, — я поморщился, глядя на «московскую часть» макета. Даже в таком масштабе было видно, сколько места в центре города занимают железные дороги. Только в районе трёх вокзалов — на самом деле четырёх, там ещё императорский был, но это уже детали — фактически целый железнодорожный «остров» площадью в два квадратных километра. И главное — ведь можно было бы всё это дело по уму организовать, но для этого нужно сносить всё до основания. Сносить не хотелось, да и просто с организационной точки зрения это превратилось бы в настоящий ад. — И опять же, кажется мне, что вешать на имеющуюся инфраструктуру высокоскоростные перевозки — будет немного слишком. Не думали закопать всю эту тряхомудию под землю? Пробить сквозной тоннель с севера на юг, сделать подземный вокзал ВСМ, с которого можно будет пересесть на другие поезда наверху?

— Рассматривали такой вариант, товарищ генеральный секретарь. Идея в общем-то не новая, по разным концепциям развития столицы ещё в 1930-х годах предполагалось тут всё под землю убрать, основные пути и платформы в смысле, — Конарев пожал плечами, — только дорого это. Не укладываемся с учётом тоннелей в расчётные бюджеты. Ещё на этапе первичных эскизов нам эту идею зарубили.

— Нда… — Конечно, засунуть вообще все пути под землю вряд ли получится. Это дорого и долго. Опять же в Москве в эти годы всё ещё успешно функционировали промышленные предприятия, по этим рельсам возились грузы, в том числе негабарит, так что далеко не всё можно опустить в тоннель чисто технически. С другой стороны, каждая такая железнодорожная ветка ведь не просто место занимает, она делит городское пространство, подобно забору, людям приходится придумывать пути, чтобы перебираться на ту сторону. Плюс шум, плюс просто безопасность. — Нужно будет поставить вопрос об этом перед товарищами. У нас 21 век на носу, нужно и думать начинать по-новому, чтобы… А ладно, не важно. Чем ещё порадуете?

У нас как раз вовсю шло обсуждение нового генплана развития Москвы. Прошлый, от 1971 года с формированием столичного округа, стал фактически не актуальным, но его продлили до 1995 года, чтобы иметь время на разработку нового. Ну и вот появилась у меня мысль включить туда ещё и мысли о «закапывании» инфраструктуры под землю. Не только железных, но и автомобильных дорог. А то там вроде как Третье транспортное кольцо уже вовсю начали обсуждать в разрезе увеличения темпов автомобилизации. Почему бы не оформить эту артерию как большой тоннель, например? А место наверху отдать пешеходам, чтобы пешеходы не чувствовали себя в своём же городе вторым сортом. Уж точно тут я сносить бульвары ради расширения проезжей части никому не позволю: хочешь ездить на своей машине — стой в пробке, а общественный транспорт будет по выделенкам кататься.

Глобально же планы у железнодорожников были более чем масштабные. На первом этапе до 1996 года предполагалось запустить ВСМ линию Москва — Ленинград. На втором этапе — Москва — Горький — Казань и Москва — Харьков, возможно Москва — Минск. Это до 2001 года. На третьем — Москва — Воронеж — Ростов — Краснодар — Сочи, Киев — Харьков, Киев — Одесса, Минск — Вильнюс. Одновременно несколько десятков второстепенных направлений предполагалось модернизировать до средней путевой скорости 110 км, что опять же тянуло за собой необходимость масштабной модернизации и электрификации дальних объездов, чтобы не тормозить грузовой трафик.

Короче говоря, планов было настолько много, что даже оторопь какая-то брала. Конечно, на картинках всё это выглядело очень красиво и благостно, вот только я прекрасно знал, как у нас проекты такого масштаба любят растягивать «вправо». Ну вот сто процентов же повылезает там миллион подводных камней, даже если никаких новых глобальных кризисов не случится. А с другой стороны, сделать такой шаг в будущее было просто заманчиво само по себе. Реализовать в начале 1990-х тот проект, который в моей истории сподобились воплотить в жизнь только через 25 лет, — это ли не показатель скорости развития страны.

Глава 8−2

Планы на будущее

08 декабря 1991 года; Москва, СССР

ВЕСТНИК ЦИФРОВИЗЦИИ: Старые стандарты и новые подходы

Еще несколько лет назад сама постановка вопроса о государственных стандартах в области программирования многим могла показаться излишне бюрократической. Компьютерная отрасль развивалась столь стремительно, что государство попросту не успевало вырабатывать единые подходы к подготовке кадров и созданию программного обеспечения. Однако сегодня, когда Советский Союз ежегодно выпускает сотни тысяч специалистов компьютерных специальностей, необходимость наведения порядка в этой сфере стала очевидной.

Как стало известно нашему корреспонденту, Комитет по цифровизации СССР поручил профильным научным учреждениям и отраслевым институтам приступить к разработке единых государственных стандартов программирования. В перспективе именно они должны стать базовыми нормативными документами, регламентирующими работу всего советского сектора, связанного с созданием программного обеспечения.

Долгое время данному вопросу на государственном уровне не уделялось должного внимания. Объемы подготовки программистов и специалистов по вычислительной технике росли стремительными темпами, однако единая научно-методическая база под этот процесс фактически отсутствовала. В результате в отрасли сложился настоящий разброд: различные вузы преподавали разные подходы, предприятия использовали несовместимые методики разработки, а количество языков программирования и внутренних стандартов множилось едва ли не ежемесячно.

Как признают сами специалисты, ситуация дошла до того, что один коллектив зачастую не мог полноценно работать с программным кодом, написанным другим коллективом. Программы приходилось фактически разбирать заново, а иногда — переписывать целиком.

Теперь подход меняется кардинально. Комцифры поставил задачу сформировать советские ГОСТы на ограниченный набор языков программирования, которые в дальнейшем получат унифицированные библиотеки, типовые инструменты разработки и стандартизированные методы решения распространенных задач.

Сколько именно языков войдет в «государственный набор», пока не решено. Этот вопрос еще обсуждается экспертами. Однако уже сейчас ясно, что основой новой системы станут Си, Паскаль, Ассемблер и Фортран. Вероятно, сохранятся и отдельные специализированные языки для решения узких научных, оборонных и инженерных задач.

«Стандартизировать сам процесс написания программ не так сложно, как может показаться, — отметил в беседе с нашим корреспондентом один из специалистов Института вычислительных систем. — Главная проблема в другом: отрасль развивается буквально на глазах. То, что сегодня считается современным решением, через полгода может превратиться в архаику. Поэтому самое трудное — научиться оперативно пересматривать стандарты, своевременно вносить изменения и актуализировать требования».

По словам специалистов, в ближайшие годы стране, вероятно, придется переходить на цифровые учебники, электронные справочники и централизованные базы документации. Иначе постоянный выпуск новых исправленных и дополненных бумажных изданий может обернуться колоссальными расходами.

Сегодня советская цифровая отрасль фактически сталкивается с новым для себя вызовом: необходимостью одновременно вводить жесткие стандарты и при этом регулярно их менять. Единство порядка и постоянного обновления — задача, с которой отечественная промышленность и экономика прежде не сталкивались. И теперь стране только предстоит научиться жить и плодотворно работать в этой новой реальности.