Жнец Теней (ЛП) - Нони Линетт - Страница 33

К горлу подступила желчь. На глазах у Вири мальчик поскользнулся на мокрой земле и упал на колени, случайно потянув за собой остальных троих в своем ряду. Жнец оказался рядом за секунду, грубо поднял их и прорычал что-то прямо в испуганные лица — монстр из кошмаров, сошедший на землю. Их ужас был настолько осязаемым, что Вири поклялась бы, что чувствует его даже со своего места в укрытии. Ей хотелось броситься на помощь, но ни один охотник не справился бы с семью жнецами сразу, особенно если среди них есть Рив, невосприимчивый к филлиуму и владеющий магией.

Нет, единственным вариантом было оставаться в тени и следить за ними. Как только она узнает место, она вернется в Гильдию Охотников, признается в колоссальной ошибке — освобождении Рива — и умолит Миру и Дарика отправить отряд охотников и стражников Nox, чтобы уничтожить тварей. Но пока…

Её мысли прервались, когда из теней появились две новые фигуры, чьи клинки блеснули в свете молнии. Четверо жнецов, не державших веревки, мгновенно выкрикнули приказы — Вири не слышала слов из-за шума дождя и грома, но инстинктивно поняла, что велено бежать с детьми, — а затем бросились навстречу атакующим.

Рассматривая темную одежду пришельцев, Вири гадала, не городская ли это стража, но сквозь потоки ливня не было видно формы Nox, лишь капюшоны черных плащей. И погода, и темнота скрывали любые опознавательные знаки. Кем бы они ни были, они были глупцами, решив, что смогут вдвоем одолеть семерых монстров. Но тут к ним присоединилась еще одна фигура, доведя число нападавших до трех против семи. Шансы стали лучше, но всё еще выглядели ничтожно.

Риск был огромен, но Вири не могла упустить возможность. Отбросив страх, она выскочила из укрытия, сжимая филлиум в одной руке и кинжал в другой. Сапоги чавкали по лужам, пока она неслась к месту схватки.

Оглушительный раскат грома сопровождал её приближение. Теперь она слышала крики сопротивляющихся детей, смешивающиеся со звоном стали, когда новички столкнулись с усиленными элликсеном противниками. Невероятно, но они не просто держались — они отвечали удар на удар, их движения были настолько быстрыми, что напоминали размытые пятна.

Следующая вспышка молнии позволила Вири рассмотреть их лучше, открыв причину, по которой они не проигрывали, — и заставила её в шоке остановиться посреди переулка.

Потому что это тоже были жнецы.

И не просто жнецы. Когда ветер сорвал с них капюшоны, стало слишком легко узнать Рива, Сейдж и Ардина.

Они не похищали детей — они сражались с похитителями.

У Вири не было времени осмыслить увиденное: один из жнецов, который до этого тянул веревку с детьми, бросил её и бросился на неё. Она действовала на инстинктах: пригнулась, когда мимо пролетел кулак, и отпрыгнула назад, когда он полоснул кинжалом по её животу. У неё не было с собой ни порошка Уинтера, ни других алхимических приспособлений, только оружие и смекалка — но этого оказалось достаточно. Когда жнец атаковал снова, она не стала уклоняться, а рванулась вперед и в последний момент сделала резкий пивот. Она лишь шикнула, когда его клинок разрезал плащ и оцарапал предплечье — рассчитанная жертва, позволившая ей схватить его за руку и вывести из равновесия. Скользкая, мокрая земля сделала остальное: его ноги поехали, давая ей шанс защелкнуть филлиум на его запястье, мгновенно нейтрализовав врага. Мощный удар ногой в торс — и жнец свалился к стене переулка, издав стон, когда попытался, но не смог подняться.

Убедившись, что он обезврежен, пока золотой шнур касается его кожи, Вири развернулась навстречу новому противнику. В голове неприятно кольнуло: у неё был только один филлиум, а жнецов оставалось шестеро. Нет — пятеро, поправила она себя, глядя, как Рив расправляется с одним и тут же разворачивается, чтобы встретить двоих других. Дождь потоками стекал по его атлетичной фигуре. На мгновение Вири замерла, глядя, как он сражается в эпицентре шторма: меч в одной руке, кинжал в другой, темные волосы прилипли к голове, а глаза вспыхивали в такт молниям над головой. Он был самим воплощением смерти — парировал и атаковал с невозможной скоростью, неумолимый в своем натиске. Вири никогда не видела ничего более красивого, завораживающего… и смертоносного.

С усилием она отвела взгляд, вспоминая, где находится и какая угроза всё ещё существует. Сейдж и Ардин отбивались от своих противников, но оставалась еще одна — женщина, которая до этого пыталась в одиночку утащить всех двенадцать детей. Сейчас она бросила их и с поднятым кинжалом кинулась прямо на Вири.

Скорость женщины пугала, как и сила её удара, когда Вири приняла клинок на свой. Каждая кость в теле отозвалась болью от столкновения. Она оттолкнула противницу изо всех сил, получив достаточно пространства, чтобы выхватить второй кинжал и нанести выпад. Но жница лишь изогнулась в поясе и снова полоснула своим клинком, вынудив Вири отпрыгнуть, чтобы не оказаться распоротой.

— Не такая уж ты сильная без своего блестящего шнурочка, а? — осклабилась жница, в её глазах читалась темная злоба. — Посмотрим, сколько ты продержишься без него.

Она снова бросилась в атаку — или попыталась. Но не успела сделать и шага, как ахнула и споткнулась, с недоверием глядя вниз на черный клинок, пробивший её грудь со спины.

Жнецы исцеляются быстро, особенно когда полны элликсена, но никакая магия в мире не спасет от смертельного удара. Женщина была бессильна против меча, пронзившего её сердце; свет жизни стремительно угас в её глазах, и она рухнула на землю. За её спиной стоял Рив, охваченный яростью, его оружие было залито кровью, а грозный, тяжелый взгляд был прикован к Вири.

— Какого черта ты здесь делаешь?! — перекрывая шум проливного дождя, рявкнул он, делая решительный шаг вперед. Только тогда Вири осознала, что лязг стали стих: все семеро жнецов были повержены.

— Я? — крикнула она в ответ, тяжело дыша и смахивая мокрые пряди с глаз. Возможность кричать, чтобы быть услышанной, приносила почти катарсическое облегчение. — Это ты что здесь делаешь? Почему ты сражаешься со своими?!

— Ты должна была быть без сознания! — в тон ей ответил он, не скрывая гнева. — И я сказал тебе: я всё объясню, когда вернусь!

Костяшки пальцев Вири побелели от того, как сильно она сжала кинжалы; её гнев был ничуть не слабее его ярости.

— Конечно, ведь до сих пор ты так блестяще всё объяснял! Ты правда думал, что я буду сидеть и хлопать глазами с твоей «нянькой», пока ты не соизволишь вернуться?

Его глаза сузились.

— Если бы ты просто подождала…

— РИВ! — пронзительный крик Сейдж перекрыл раскаты грома, в её голосе звенело предупреждение.

Рив резко расширил глаза — он увидел то же, что и Сейдж. Он мгновенно сорвался с места, прыгнув в сторону Вири, как раз когда из теней возникли восемь новых жнецов. Один из них с невозможной скоростью метнул зловещий красный кинжал…

Прямо в сердце Вири.

13

Рив успел повалить Вири как раз вовремя, сбив её с ног и навалившись всей своей массой с такой силой, что у неё вышибло весь дух. Но прежде чем она успела оттолкнуть его, его болезненный стон заставил её замереть.

— Рив? — прохрипела она и ахнула, увидев красный кинжал, торчащий у него в боку — тот самый, что предназначался ей. — Ты ранен!

— Поднимай задницу, иначе мы оба трупы, — прорычал он, вставая на ноги и выдергивая клинок из своего тела с тошнотворным чавкающим звуком.

Желудок Вири скрутило от этого звука, а затем — от вида крови, хлынувшей из его раны. Но возобновившийся лязг стали подтвердил, что Рив не преувеличивал: Сейдж и Ардин сдерживали жнецов, но врагов было слишком много. Рив уже бросился вперед, и Вири, не раздумывая, метнулась следом, машинально встав к нему спиной. На них тут же набросились четверо жнецов, нанося быстрые и яростные удары, пока трое других атаковали Сейдж и Ардина. Куда делся восьмой, Вири не видела: хаос битвы и ярость шторма не давали сосредоточиться ни на чем, кроме желания выжить.