Добыча лорда Эндрю Грегори (СИ) - Ром Полина - Страница 40

— Около шести лет, миледи Сандра. Первые три года горничной была, а потом миледи увидела, как я искусно оборки плою, и стала учить меня причёски делать.

— То есть сперва ты была горничной миледи и только потом попала в камеристки. Что ж, это хорошо.

— Не совсем так, миледи. Первый год я горничной была, но до тонкой работы меня не допускали. Полы мыла, уборку делала, камины чистила. А потом подружилась со старой Мари, что до меня госпоже служила, и она начала меня кое-чему учить. А когда зимой померла она от простуды — вот тогда миледи на меня внимание и обратила.

— Так даже лучше, Линда. Значит, ты знаешь и умеешь достаточно много. У меня есть к тебе предложение. Но запомни одну вещь… — я сделала паузу и внимательно посмотрела ей в глаза, — если я узнаю, что какие-то мои дела и слова обсуждаются хоть на кухне, хоть в любом другом месте, — отправлю тебя мыть посуду навсегда. Второго шанса у тебя точно не будет.

— Миледи! Ваша милость! Да я… — она молитвенно сложила руки на груди, и на глаза у неё навернулись слёзы. — Да я… Всё что угодно!

— Надеюсь, ты хорошо поняла то, что я сказала. Мне нужна помощница по управлению замком. Как ты помнишь, моя мать, миледи Блаунт, очень мало чему меня учила. Сейчас ещё и сэр Дилан переехал в город, а муж вернётся только осенью. Ты достаточно много общалась с прежней старшей камеристкой и знаешь, о чём заботилась миледи Блаунт, за чем следила в замке и какие распоряжения давала. Если я увижу, что ты стараешься, — должность моей помощницы останется за тобой даже тогда, когда вернётся милорд Грегори.

Бетти, конечно, мало знала о том, как именно управляли замком и какие дела были у миледи Блаунт, но вот о том, как живут, спят и едят слуги всех уровней, она знала прекрасно. И при этом охотно делилась со мной информацией, не считая её чем-то важным. Я была бы рада назначить Бетти своей помощницей, но, к сожалению, она была простовата, не умела считать и не обладала нужными сведениями. А вот Линда…

Линда — другое дело! За столько лет она научилась разбираться во многих вещах, о которых простодушная Бетти даже никогда не задумывалась. И сейчас своим решением назначить её старшей камеристкой и помощницей я возвращала Линде былое благополучие: отдельную комнату и право на услуги горничной и прачки, хороший стол, где блюда подаются лишь немного проще, чем для господ. Я избавляла её от тяжёлой работы на кухне, возвращала место привилегированной прислуги и давала весьма ощутимую власть. Надеюсь, мой выбор был правильным.

Надо сказать, мне самой это решение не слишком-то нравилось, но и особого выбора у меня не было. Легко найти того, кто постирает бельё или помоет полы. Зато оказалось очень сложно найти того, кто хоть немного понимает, как именно управлялся замок. Если бы не Бетти, я могла бы сделать серьёзную ошибку и приблизить к себе Миранду.

Да, Миранда была старшей камеристкой миледи и гораздо лучше Линды разбиралась во всём, но вот её натура… Слишком уж много злобы было в этой женщине, и слишком много желания пользоваться собственной властью. Бетти, которая напрямую с Мирандой практически никогда не сталкивалась, рассказывала о том, как щедро та раздавала оплеухи ни за что ни про что, просто по настроению. Поэтому я и остановила свой выбор на Линде. Она и Бетти будут первыми членами моей сборной команды. А, ну и ещё — Рыж.

Это маленький нахальный задохлик смотрелся жалким и несчастным буквально первые два-три дня после попадания в замок. Как только он понял, что его полюбили, что его будут кормить тёплым молоком по первому требованию, развлекать играми и восхищаться им, он обнаглел почти мгновенно.

За месяц с момента прибытия он немного подрос и, как мне кажется, даже начал понимать человеческую речь. Не то чтобы он обращал внимание на чьё-либо недовольство. Нет, такие мелочи его совершенно не волновали. Но буквально сегодня был очень забавный эпизод, после которого я и убедилась окончательно, что он просто прикидывается бестолковым и невинным которебёнком, а в глубине души Рыж — большой стервец.

Во-первых, он научился выбираться из сундука самостоятельно, и по этому поводу последние три ночи у меня были бессонные, так как он забирался по балдахину и где-то около полуночи падал прямо на спящую меня.

Во-вторых, этот рыжий террорист без конца загонял под кровать или под комод сшитые из клочков сукна и набитые шелухой и опилками игрушки, а после этого с воплем прыгал на подол платья ко мне или к Бетти, заставляя нас ползать на коленях и выгребать его собственные богатства из плохо доступных мест.

Третий же эпизод произошёл прямо сегодня утром, и именно он навёл меня на мысль, что Рыж понимает гораздо больше, чем кажется. Когда ему поставили блюдце с тёплым молоком, он нехотя съел меньше половины и, бросив еду, отправился заниматься любимым делом: прыгать на бахрому от скатерти и стараться стащить всё, что стоит на столе, вместе с этой самой скатертью. Я посмотрела на почти полное блюдце молока и сказала Бетти:

— Пожалуй, мы его перекармливаем. В следующий раз принеси, пожалуйста, вполовину меньше.

Бетти только и успела согласно кивнуть, как Рыж остановился, так и не дойдя до стола, вернулся к миске и начал быстро лакать, косясь в мою сторону и как бы говоря: «Ты хочешь отобрать еду у бедного несчастного котика?!»

Да, я догадалась, что этот рыжий бандит не так прост, как кажется, но прощала ему всё за потрясающее умение нежно и бархатно мурчать, усыпая у меня на коленях.

Глава 43

Пожалуй, идея взять помощницей Линду оказалась не так уж и плоха. Благодаря ей мой рабочий день приобрёл определённую структуру, и, кажется, я стала успевать гораздо больше.

Именно с помощью Линды, которая прекрасно знала, кто и за что в замке отвечает, я достаточно быстро разобралась со своим хозяйством окончательно, и теперь на каждый день у меня был чёткий план дел. Я узнала, кто отвечает за огород и скотный двор, заменила по её совету старшего конюха, который больше пил, чем работал, и приказала птичнице сваливать куриный помёт отдельно от того, что тащат из свинарника и коровника. Просто помнила из прошлой жизни, что именно птичий — самое ценное удобрение. Именно его и будем вывозить на свой огород.

Да, мне приходилось вести записи, чтобы не забывать, чего, где и сколько прибыло или убыло в хозяйстве, но пока я делала их больше для себя — чтобы завести полезную привычку.

Я ежедневно записывала прибыль в виде яиц, молока и сливок, которые поступали с замкового скотного двора, а также — убыль. В этот список попадало зерно, израсходованное для птиц и животных, и продукты, взятые из погреба и кладовых.

Звучит несколько муторно, но всю последнюю неделю я была занята тем, что переписывала имущество замка. Ревизия была явно необходима. Заодно и лучше узнала собственный замок и где какие мастерские расположены. А было их при замке не так и мало. Но пока там всё шло само собой, и лезть в их дела я не стала. Зимой будет время — разберусь и посчитаю, насколько они выгодны, а пока и без сапожника и ткачих голова кругом.

Ревизия — дело хлопотное и нудное, потому я вела сразу два списка: один — по содержимому комнат, а второй — по виду товара. Потом, случись что, легче разыскать будет нужную вещь.

Выглядело это следующим образом: я в сопровождении Линды, Бетти и лакея поочерёдно посещала каждую комнату и переписывала всё, что там есть. Мебель и ковры, шторы и скатерти, прочие предметы роскоши и так далее. В гардеробных переписывала хранящуюся там одежду, в кладовках — перемеряла все ткани.

В замке обнаружилась целая комната с плотно укупоренными горшками и коробками без надписей, в которых я долго и упорно разбиралась с помощью всё той же Линды: там хранились сухие травы.

Сложнее всего оказалось в кладовых и погребах, где сберегались продукты. Там мне приходилось водить с собой двух лакеев, чтобы они поднимали и взвешивали мешки, корзины и ящики. Первое время я сильно путалась в непривычных мерах веса и объёма, но постепенно привыкла.