Я есть Закон! Том 2 (СИ) - Опсокополос Алексис - Страница 45

— Вот.

— Посмотрим, поглядим, — заботливо пробормотала женщина, принимая бумаги. — Да вы расслабьтесь, деточка, на вас прямо лица нет. Всё хорошо, никто вас здесь не укусит.

Она принялась неторопливо листать документы, шурша страницами.

— Так-с… И на какую специальность вы планируете поступать?

Света почему-то растерянно посмотрела на меня, словно искала подсказки, а затем тихо выдавила:

— Я? А, да. На робототехнику.

Проректор плавно сняла очки и замерла.

— Да-а-а? Девочка и на робототехнику?

Света робко кивнула.

— Необычно, весьма необычно… — женщина вернулась к чтению. — Но вы ведь знаете, что это наша самая популярная специальность? К нам со всей области едут, да что там области — из Москвы абитуриенты даже подают заявки. Конкурс сумасшедший. Знаете, сколько человек на место?

— Ну, я в пабликах смотрела… — подала голос племянница.

— Ох уж эти ваши паблики, — по-доброму отмахнулась проректор. — Много, деточка, прямо совсем много. Именно поэтому на робототехнику и ещё пару ключевых направлений мы ввели ДВИ.

Я слегка подался вперёд и спросил:

— Простите, а ДВИ — это что?

— Дополнительные вступительные испытания, — охотно пояснила она. — В частности, на робототехнику у нас сдают профильную математику. Милая, у тебя с математикой-то как?

— Нормально… — неуверенно пробормотала Света.

— «Нормально» — для этого факультета слишком мало. Так, сколько у нас там в сумме за три экзамена по ЕГЭ?

— Двести пятьдесят.

— Неплохо, неплохо. Прямо скажем — по нижнему краю, но на бюджет вы проходите. Но! — женщина строго подняла пухлый указательный палец. — Это только при условии, что ты сдашь наше внутреннее испытание. При всём моём уважении к системе среднего образования, школа на должном уровне этот предмет сейчас не даёт.

Света от волнения окончательно потеряла дар речи. Ситуация требовала моего профессионального вмешательства.

— И как нам оперативно улучшить знания по этому предмету? — поинтересовался я.

Внутренне я прекрасно понимал комичность этого вопроса. На математике базировалась вся логика Вселенной. Абсолютно все законы мироздания строились на строгих математических последовательностях, и как Верховный Трибунал я, разумеется, был знаком с ними в совершенстве. Я знал эту науку на таком уровне, какой обитателям этой захудалой планетки не мог присниться и в самых смелых фантастических снах. Но в этом и крылась главная проблема: я физически не мог обучить не то что Свету, но даже саму госпожу проректора. Разница между нашими уровнями понимания материи была непостижимо огромной.

Женщина снисходительно улыбнулась мне, как ребёнку, задавшему очевидный вопрос, и сказала:

— Заниматься, молодой человек. Конечно же, усердно заниматься!

— Я занимаюсь… По интернету, — робко вставила Света, пытаясь защитить свою самостоятельность.

— Ох уж эти ваши интернеты, — со вздохом отмахнулась проректор, качнув монументальной причёской. — Нахватаетесь там верхушек, а на экзамене потом сидите с пустыми глазами. Нужен хороший репетитор, грамотный специалист, который знает всю специфику именно наших требований.

— Собственно поэтому, — заметил я, — нам вас и порекомендовали.

— И правильно сделали, — без тени ложной скромности кивнула хозяйка кабинета. — Порекомендовали, потому что за оставшиеся два месяца я из тебя, деточка, профессора, конечно, не сделаю, но математику ты у меня гарантированно сдашь на отлично.

Света буквально засветилась от счастья.

— Я веду закрытую группу, — продолжила проректор, плавно постукивая ручкой по столу. — Всего четыре человека. Занимаемся три раза в неделю, у меня дома. Разбираем только то, что реально будет в билетах.

Я прагматично перешёл к самой осязаемой части земного сотрудничества:

— И сколько это будет стоить?

— Сорок тысяч, — озвучила женщина. — В месяц.

Света мгновенно «погасла». Вся её радость испарилась, разбившись о суровые законы местной экономики. Для неё это была огромная, неподъёмная сумма.

— Но… — растерянно пробормотала она, виновато глядя на меня.

Я решительно перехватил инициативу, не дав ей озвучить пораженческие мысли. Финансовые ресурсы, накопленные мной за последнее время, вполне позволяли инвестировать в когнитивный рост подопечной.

— Хорошо, — спокойно сказал я. — Когда можно приступать?

Проректор удовлетворённо улыбнулась. Моя готовность платить без лишних торгов и долгих раздумий явно укрепила наш статус в её глазах.

— Я скину вам точное расписание. У меня только одно железное условие: не пропускать занятия и не опаздывать. И тогда станете вы робототехником, дорогая. Никуда не денетесь.

Едва мы вышли на залитое солнцем крыльцо университета, Света буквально запрыгала от радости. Её давняя мечта, которую она ещё утром считала абсолютно неосуществимой, обретала плоть и кровь прямо на глазах.

Но внезапно радостный порыв угас. Племянница резко остановилась, посмотрела на меня со всей серьёзностью, на какую была способна, и сказала:

— Дядя Илья. У меня нет восьмидесяти тысяч.

— Неважно, — ответил я. — Они есть у меня.

— Но это ваши деньги, — Света упрямо мотнула головой. — Я не могу их взять.

— Почему? Насколько мне известно, мы официально считаемся родственниками. В рамках земных традиций это нормальная практика.

— Но это слишком большая сумма! Я… я смогу их отдать. Потом. Как-нибудь.

— А я и не прошу, чтобы ты их отдавала.

— Тогда я их тем более взять не могу! — отрезала она. — Ладно, попробую подготовиться сама. Математика — это же не какая-нибудь ядерная физика. Справлюсь.

Я достал смартфон, чтобы вызвать такси, и укоризненно посмотрел на неё. На самом деле, ядерная физика этой планеты тоже не представляла для меня особой сложности, но спорить о масштабах наук я не стал.

— Исключено, — сказал я. — Ты должна учиться у лучших. Преподаватель ясно дала понять, что школьная программа не обеспечивает нужного уровня.

— Это да… — вздохнула Света, но тут же ухватилась за новую мысль. — Но давайте тогда я буду вам как-нибудь помогать? Ну, чтобы честно отработать эти деньги?

Предложение меня искренне удивило. Впрочем, оно идеально вписывалось в местную концепцию взаимовыгодного сотрудничества. Порядок во Вселенной всегда требовал строгого баланса.

— Ты и так мне помогаешь. По хозяйству.

Света невесело усмехнулась.

— Ага, помогаю. Регулярно травлю вас покупными пельменями.

Договорить мы не успели. К тротуару с тихим шуршанием шин подкатил автомобиль с шашечками, вынуждая нас прервать эту экономическую дискуссию.

Несколько минут мы ехали в полном молчании. Городской пейзаж за окном плавно сменялся, а в салоне густо пахло дешёвым автомобильным парфюмом с претензией на аромат «новой машины». Первой тишину нарушила Света.

— А давайте я вам по работе помогать буду? — сказала она.

Предложение застало меня врасплох.

— О! — неожиданно подал голос водитель, дородный усатый мужик в кепке. — Помогать взрослым — это правильное понятие! Молодёжь нынче ленивая пошла, а девчонка — молодец, к труду тянется.

— Но… как помогать? — засомневался я, предпочтя проигнорировать непрошеного эксперта за рулём.

В памяти тут же всплыли бесконечные жалобы Манькова на отсутствие толкового секретаря. Олег Борисович регулярно сокрушался, что фирма тонет в мелкой рутине, а приличного человека на ресепшен днём с огнём не сыскать. Но, по моему глубокому убеждению, Света на эту роль подходила слабо. Если она начнёт встречать наших солидных, а зачастую ещё и крайне нервных клиентов, они могли превратно истолковать ситуацию и заподозрить компанию в незаконном использовании детского труда.

— У нас всё-таки юридическая компания, — напомнил я племяннице.

— Ну и что⁈ — снова бесцеремонно вмешался таксист, лихо закладывая вираж на перекрёстке. — Лишняя пара рук в любом деле на вес золота! Документы там по стопкам перебрать, кофе налить, на звонок ответить, пока вы по судам бегаете.