Ненавистная жена. Вызов для попаданки (СИ) - Кривенко Анна - Страница 22

Где-то изнутри поднялось порицание, внутренний голос попытался меня остановить: «Прекрати. Ты же знаешь, что это неправильно. Ты горько пожалеешь…». Но этот голос утонул в водовороте эмоций, которые порвали меня на части.

Это был Ромео. Не Рома, а именно Ромео, но в этот момент я позволила себе закрыть глаза на это и забыть о реальности. Забыть о его изменах, о боли, о том, как он меня отталкивал. И меня, и Джульетту в прошлом. Сейчас я чувствовала только его руки, его губы, его желание. Все это стало моим…

Наверное, всему виной нереализованные мечты, ненормальная влюблённость, накопившиеся разочарования… Я ничего не могла с собой поделать.

«А о проблемах Ромео, — мелькнуло в голове искушающее, — я подумаю потом»…

Не знаю, сколько времени мы так целовались. Его руки скользили по моему телу, то осторожно, будто боясь спугнуть, то жадно, а потом вдруг сжали мою грудь. Это было одновременно ошеломляюще и пугающе. Я чувствовала, как меня накрывает волной чуждого раньше влечения, и мыслей в голове не стало совсем.

Но вдруг что-то неподалёку с плеском упало в воду. Этот звук, резкий и неуместный, разом привёл меня в чувство. Возможно, корзина с моющими средствами стояла слишком близко к краю бассейна, или еще что-то подобное, но мне хватило, чтобы отрезвиться. Я напряглась, а потом, в панике, будто спасая свою жизнь, начала отталкивать Ромео.

На удивление он тут же отстранился. Его дыхание было частым и тяжелым, взгляд оставался жадным и нетерпеливым, но в нём не было недовольства. Ещё секунда, и муж заметил выражение моего лица. Наверное, я выглядела ошеломленной и испуганной, но в Ромео что-то мигом изменилось.

Он остыл. В одно мгновение.

Я боялась опустить глаза, чтобы сквозь воду не увидеть физическое доказательство его возбуждения. Мне было элементарно страшно, потому что… я не верила ему. Не верила ни на йоту. Он воспользуется мной, а потом тут же побежит к своей пассии.

Но Ромео внезапно удивил меня ещё больше. Он отвёл взгляд, отвернулся и нырнул в воду, скользнув прочь, будто давая мне возможность уйти.

— Что? — прошептала я, едва ли понимая, что только что произошло.

Он оставил меня. Просто так.

Некоторое время я стояла, не двигаясь, не зная, как реагировать. Но потом очнулась и, стремглав развернувшись, выбралась из бассейна, рванув в соседнюю комнату.

Оказавшись за ширмой, я дрожащими руками нащупала полотенце и начала вытираться, пытаясь восстановить дыхание. Я чувствовала себя разбитой, растерянной, обманутой самой собой. Однако никакой одежды — ни новой, ни старой — не обнаружила.

Что??? Значит, Лукреция устроила всё это специально? Неужели она догадалась, что мы с Ромео не вместе? Но как? Мне кажется, если бы она знала, уже бы голову мне оторвала!

Я замоталась в полотенце, продолжая лихорадочно обдумывать ситуацию. Обвела взглядом комнату — ничего похожего на любую другую одежду не наблюдалось.

— Чёрт! — прошептала я, чувствуя, как паника захлёстывает меня с новой силой.

Я успела сделать лишь несколько шагов к выходу, как дверь из купальни с лёгким скрипом открылась. Вышёл Ромео.

Совершенно голый.

Вода стекала с его мокрых волос, спускалась по мускулистой груди, сильным плечам. Весь его вид говорил о спокойной уверенности, которая привлекала и пугала одновременно.

Я замерла, как дура пялюсь на его наготу и не отрывая взгляда…

Глава 22

Недоверие

Ромео с лёгкой усмешкой подошёл к полке, снял полотенце и, как ни в чём не бывало, обмотал его вокруг бёдер. Я замерла в тени ширмы, чувствуя, как пылает лицо. Нет, ну правда, зачем он это делает с таким вызывающим видом? Позволяя мне, как последней дурочке, любоваться его крепкой спиной и, чёрт бы их побрал, подтянутыми ягодицами! Стиснула зубы и вцепилась в край ширмы, пытаясь отдышаться.

— Это снова мать постаралась? — неожиданно спокойно спросил Ромео.

Я вздрогнула и, проклиная свою реакцию, раздражённо ответила:

— Естественно. Если бы я знала, что ты здесь, то не пришла бы.

Я была уверена, что сейчас он начнёт язвить, обязательно скажет что-то колкое, но вместо этого… воцарилась тишина. Молчание мужа показалось куда более опасным, чем его привычные реплики, но я тут же услышала, как он дёрнул дверную ручку.

— Заперто, — буркнул Ромео. — Ну, значит, точно мать. Ты бы снаружи нас не заперла…

Он произнёс это так буднично, будто подозревать меня в интригах и намеренных «голых» провокациях — это совершенно нормально. Почувствовала злость.

А дальше Ромео и вовсе удивил:

— Ну что ж… есть хочешь?

Я опешила. Откуда этот тон? Спокойный, почти дружеский. Будто мы сидим на кухне и обсуждаем, кто пойдёт за чаем. Я нахмурилась, вспоминая все его прошлые выходки. Что это? Очередная игра? Попытка сбить меня с толку?

— А здесь есть еда? — как можно более небрежно бросила я, выходя из-за ширмы. Не очень длинное полотенце было единственной преградой между мной и им. Честное слово, это было ужасно неловко, но я заставила себя держать голову выше.

Ромео даже не взглянул на меня — вернее, мазнул взглядом мимоходом, словно мои голые ноги и плечи уже были менее интересны, чем все увиденное им ранее, и махнул рукой в сторону двери, которую я до этого не заметила. Подойдя к ней, он распахнул створку и шагнул вовнутрь. Я последовала за ним, не скрывая своей настороженности.

Комната оказалась небольшой, но уютной. В центре стоял деревянный стол, а на нём в изобилии — закуски. Вазочки с фруктами, сладости, что-то жареное и даже мидии в раковинах. Честно говоря, зрелище неожиданное, учитывая обстоятельства.

Ромео первым сел на столешницу и лениво потянулся к мидиям. Я выбрала стул с противоположной стороны и опустилась на него. Есть совершенно не хотелось. Но сидеть без дела тоже было глупо, поэтому я взяла с края стола хрустящее печенье и начала ломать его на кусочки, будто в этом был какой-то смысл.

Не знаю, сколько времени мы просидели в молчании. Я почти начала успокаиваться. Странное дело — это молчание не было таким уж тягостным. Но вот Ромео отложил очередную раковину в сторону, вытер руки о салфетку и вдруг пристально посмотрел мне в глаза.

— Расскажи мне о себе, — произнёс он неожиданно.

Я замерла с куском хвороста в руках. Пальцы сжали его до хруста.

— Что?

— Расскажи мне о себе, — повторил он, не сводя с меня взгляда.

Этот вопрос насторожил сильнее всего. Я уставилась на него, пытаясь найти подвох.

— Зачем тебе? — спросила я холодно. — Мы с тобой, кажется, не в тех отношениях, чтобы общаться просто так.

— Правда? — Его голос звучал спокойно, но в глазах проскользнуло что-то похожее на насмешку. — Мы с тобой муж и жена. Разве муж и жена не должны общаться?

— Ха! — я хмыкнула, качая головой. — Муж и жена? Это в каком месте? И с каких это пор? Может, с тех самых пор, как ты отказался целовать меня на свадьбе? Или с того момента, как насмехался надо мной в разговоре с другом?

Я не скрывала яда в голосе. Хотела задеть его посильнее, сделать больно точно так же, как когда-то делал он. И у меня получилось. Лицо Ромео помрачнело, взгляд потемнел.

— Ну да, — тихо сказал он, откидываясь назад и перекидывая ногу на ногу. — Кто прошлое помянёт…

Замолчал. Меня только что укорили в том, что я справедливо обижена? Придурок…

Пауза затянулась. Я отвернулась, чтобы не встречаться с ним взглядом. Но Ромео не отставал:

— А может, я хочу начать знакомство именно сейчас!

Я посмотрела на него с презрением.

— Поздновато хочешь, — процедила я. — Это выглядит слишком лицемерным, чтобы быть правдой.

Ромео похолодел. Его лицо стало непроницаемым, и я заметила, что мои слова задели его куда сильнее, чем он пытался показать. На секунду в его глазах мелькнуло что-то вроде огорчения. Или мне показалось?