Вечные Пески. Том 8 (СИ) - Сухов Лео - Страница 5

Потянувшись к Дикому Шёпоту, я поднял вокруг вождей ещё пять десятков «нашёптышей».

Грудь обожгло пустотой — такой глубокой, что на мгновение перехватило дыхание. Я отдал слишком много сил. Но почти сразу же восполнил их, втянув в себя энергию, висевшую в воздухе. Здесь, в гуще боя, её было столько, что я чувствовал, как меня переполняет. Ну и что мне раньше мешало? Даран же рассказал про жизненную энергию. Так что… Стоило бы догадаться, что и я могу её как-то собирать.

Песчаные воины поднялись из грязи и дождя. Бронированные, как и прежде — кто лучше, кто хуже. Они с рёвом набросились на свиту из высших. Бой вокруг двух вождей закипел с новой силой.

— Вперёд! — рявкнул я, подгоняя перехана.

Глава 174

Мы ворвались в круг каменных шипов, и бой сразу перешёл на новый уровень. Дождь хлестал по лицам, смешиваясь с чёрной кровью демонов и грязью, летевшей из-под копыт.

Вожди были совсем близко: две огромные фигуры, в окружении моих песчаных воинов. Их красные наросты пульсировали, жадно вбирая энергию. У нас, похоже, какое-то негласное соревнование началось, кто больше соберёт. И они пока побеждали, у них опыта было больше. Но это пока, у меня ведь получалось лучше и лучше. Где-то там часть демонов бросилась на стены Мерхана. И там же умирали защитники, заставляя меня скрипеть зубами. Зато жизненная энергия лилась рекой.

Новые песчаные воины, поднятые мной, рубились с остатками свиты. Их было больше, чем прежде — шесть десятков против двух десятков высших — и численный перевес давал о себе знать. Высшие не могли помочь вождям, так как сами пятились под ударами. Однако и мои воины гибли — я чувствовал, как тает их число, как распадаются на песок и ветер те, кого я создал.

Ничего. Я подниму новых. Теперь у меня хватает сил.

Ферт запустил новую Волну Холодного Света, и она ударила по свите вождей. Я видел, как она прошла сквозь высших — их броня трескалась, плоть застывала, движения замедлялись. Один из демонов, самый крупный, с гребнем из чёрных шипов вдоль хребта, рухнул на колени, и его тело начало рассыпаться прямо на глазах. Жаль, через миг он будто подпитку получил, а, вернее всего, так и было — после чего сразу стал подниматься.

Мирим ударил следом. Он предупреждал, что сможет сделать только шесть, против десяти у Ферта. И волны у него были слабее, но всё равно ощутимые для наших врагов. Высшие не умирали от всего этого, зато тратили силы на восстановление, на какое-то время слабея. Отчего замедлялись и становились уязвимы.

Вожди ревели. Я видел, как их красные наросты светятся всё ярче, как они тянут энергию, пытаясь восстановить силы. Они сейчас не могли помочь орде, сами были заняты. Мы добились того, чего хотели. А теперь оставалось выполнить самую важную часть плана. Заключительную часть. Дальше у нас никаких пунктов в плане не было. Но я надеялся, что мы как-нибудь выкрутимся.

Копейщики ударили первыми. Илосцы и приозёрцы, выставив длинные копья, врезались в свиту таранным ударом. Они не лезли на самих вождей — их задачей было связать высших боем, не дать им прийти на помощь своим повелителям. Демоны повелись на отвлекающий манёвр, развернулись к нападающим людям, и закипела схватка.

Копья вонзались в серо-красную плоть, отскакивали от чёрной брони, хрустели и ломались… И тут же в ход шли топоры и мечи. Я видел, как один из высших, здоровенный, с гребнем из шипов, отсёк голову перехану, переломал ударами всадника, ещё падавшего на землю — но тут же получил три копья в спину. Другой, помельче, зато быстрый, метался между нашими бойцами, и его клинки-конечности мелькали так, что за ними сложно было уследить.

Ливень хлестал стеной. Вода заливала глаза, смешивалась с чёрной кровью на земле, превращая почву в вязкое месиво. Но демонам было хуже: они вязли в этой жиже, скользили, теряли равновесие. А мои люди, наоборот, чувствовали себя в благодатной стихии. И даже переханы, пусть и недолюбливали воду, но без проблем несли всадников в бой.

Кочевники рассыпались по краям схватки, выбирая цели. Они стреляли по готовности, выцеливая уязвимые места высших. Кончатся стрелы — пойдут мечами махать. Главное, чтобы свиты были заняты и не мешали убивать вождей.

Стрелы вонзались в щели между пластинами брони, в глазницы, в сочленения конечностей. Раненые высшие ревели от боли, на время отвлекаясь от копейщиков. И этого хватало, чтобы наши бойцы наносили новые удары.

Позади, у каменных шипов, ребята из обоза уже разворачивали телеги. Они ставили их вплотную к шипам, создавая подобие стены. Гнуров распрягали и уводили за телеги. Мы понимали, что вся орда сейчас кинется сюда, помогать вождям. Да и высшие, что должны были участвовать в штурме, попытаются вернуться. И вот тогда все эти заслоны очень пригодятся.

Ферт и Мирим ударили снова. Две Волны Холодного Света одна за другой прокатились по полю, и я увидел, как высшие, сражавшиеся с копейщиками, зашатались. Это позволило бойцам моего отряда навалиться в полную силу. На каждого высшего приходилось по две-три триосмии. Но это же высшие. Их убить — ещё постараться надо.

Ашкур закрутил вихрь. Воронка поднялась от земли, втягивая в себя воду, песок и грязь, и закрутилась вокруг внешнего круга из каменных шипов. Теперь любой низший, желающий прорваться к нам, попадал в этот вихрь, и его отбрасывало обратно, ещё и не без повреждений. Неизвестно было, сколько Ашкур этот вихрь продержит, но я очень надеялся, что времени нам хватит.

Я отпустил купол. Чёрный песок, который я держал всё это время, начал падать на землю, смешиваясь с дождём и грязью. На то, чтобы держать его, уходили силы, а они мне были нужны сейчас для другого. Я зашептал и сотворил новых песчаных воинов — сразу пять десятков. Они поднялись вокруг меня и ехавшего рядом Ситраниса, их чёрные топоры тускло заблестели в зеленоватом свете нашёптанных стрел. Броня, которую я пытался им создать, получилась снова не у всех, однако я не стал тратить время на доработку.

Мы с Ситранисом и нашёптанными воинами атаковали вождей. Это была наша главная задача. Я ударил по одному, Ситранис — под другому. Копья мы об них сломали, и тут же пришлось спешиваться. Неудобно с перехана мечом и топором махать.

Пять десятков нашёптанных бойцов рванули к вождям. Чёрные топоры застучали по броне, высекая яркие искры. Тот вождь, что был крупнее, взмахнул рукой, и трое моих воинов разлетелись песком. Но на их место тут же встали новые. Я продолжал шептать, собирая энергию жизни, разлитую в воздухе, и вливая её в новых бойцов.

В какой-то момент я перестал обращать внимание на то, что происходит вокруг. Крики, звон оружия, рёв демонов — всё это отступило на задний план. Был только я, мой топор, полтора десятка песчаных воинов и один из вождей — моя цель, которую надо убить во что бы то ни стало.

Первый удар я нанёс по ноге того, что был крупнее. Топор врубился в сочленение брони, пробил серо-красную плоть. Вождь взревел и попытался достать меня когтистой лапой, но отскочил, чтобы через мгновение снова броситься в атаку. Песчаные воины наседали, не давая демону сосредоточиться на мне.

Второй вождь был занят Ситранисом и теми песчаными воинами, которых я направил с ним. Помочь своему собрату он ничем не мог. Да и не стал бы, скорее всего. Вожди предпочитают в случае серьёзной опасности сами спасаться.

Я ударил снова. И снова. И снова. Ливень хлестал по лицу. Зелёный свет стрел вспыхивал и гас.

На помощь вождям бросился высший. Он оторвался от копейщиков, сбив двоих одним ударом, метнулся к Ситранису. Регой вскинул щит, готовясь принять удар, но на пути высшего встали мои песчаные воины. Десяток фигур с чёрными топорами заслонили регоя, а высший врезался в них, как таран в стену. Двоих он смёл сразу, но остальные вцепились в него, рубя по ногам, по бокам, по рукам. Демон взревел, отбиваясь, и на какое-то время увяз.

Подоспели копейщики, Ситранис переключился обратно на вождя. Я тоже на своего наседал. Полтора десятка «нашёптышей» рубили его вместе со мной. Чёрные топоры настойчиво стучали по броне, изредка добираясь до плоти. Вождь был огромен, он же был высшим демоном, а они обычно рослые, как великаны. Рубить его, в общем, было неудобно. Приходилось подскакивать, бить, отскакивать, спасаясь от рук, которые заканчивались костяными когтями. А он размахивал ими, как мельница, не давая приблизиться. Один из моих воинов рассыпался песком от удара, второй — следом, но третий уже вогнал топор в сочленение брони на ноге.