Руса. Архипелаг надежды (СИ) - Гринчевский Игорь Леонидович - Страница 61

* * *

С прошлой главы статы не изменились

Глава 25

«Карфаген должен быть разрушен»[1]

[1] «Карфаген должен быть разрушен» — латинское крылатое выражение, означающее настойчивый призыв к борьбе с врагом или препятствием. В более широком смысле — постоянное возвращение к одному и тому же вопросу, независимо от общей тематики обсуждения. В реальной истории Катон Цензор после поездки в Карфаген в конце 150-х годов (по разным сведениям, состоявшейся в 153 или 152 году до н.э.) заканчивал этим высказыванием все свои речи.

* * *

Мастером стать непросто. Для начала тебе просто должно выпасть везение попасть в ученики к тому, кто уже состоялся в своём деле. Потом нужен талант и упорство, и трудно сказать, какой из этих двух компонентов важнее: первый боги дают не каждому, но его мало, это — едва лишь десятая часть от требуемого, а всё остальное даётся длительным и трудом и настойчивой учебой. Но и этого мало, настоящий мастер всегда старается не только освоить то, что умели до него, но и найти нечто новое, такое, что умеет только он. Хотя бы поначалу, потому что потом кто-то из коллег раскроет секрет и повторит твои достижения, а то и превзойдёт их.

Идти этой дорогой в одиночку трудно, поэтому наиболее успешны не одиночки, а сообщества мастеров, где они общаются, делятся друг с другом частью находок, разгадывают то, чем коллеги не спешат делиться, и конкурируют за самые прибыльные заказы.

Последние несколько веков лучшие механики мира жили и работали на Крите и в Сиракузах. Как и положено, иногда ссорились, а иногда — мирились и объединялись для совместного отстаивания своих прав, нередко вступали в родство, но при случае беззастенчиво крали друг у друга секреты. Случалось, хвастались достижениями друг перед другом.

Вот и сейчас, Александр Астролог[2], собрал у себя пятёрку лучших механиков города. Ещё недавно он смело утверждал бы, что и всей Ойкумены, но последние годы мастера, собранные родом Еркатов, сумели удивить и их.

* * *

[2] Астролог — древнегреческое слово из двух корней, означающих «звезда» и «слово, учение». В это время астрология ещё не была учением про влияние звезд на жизнь людей, а просто — учением о звёздах, фактически, предшественником нынешней астрономии.

* * *

— Извините, дорогие гости, если кому-то поспешность, с которой я всех собирал, нарушила планы, но обещаю, вы не пожалеете! — начал он. — Все помнят покушение на Диомеда Фиванца, случившееся месяц назад?

— Скажешь тоже — покушение! — пробурчал толстяк Фрасимед. — Убийство, вот как это правильно называется!

— Не в названии дело, — неожиданно миролюбиво возразил Александр. Вообще-то он не любил, когда его перебивали или поправляли. Дураков же, готовых поссориться с изготовителем лучших в этой части моря навигационных инструментов находилось не так уж и много. Разве что Фрасимед, делающий лучшие штуцеры и пистолеты, мог себе позволить иногда его задирать. — Важно то, что нападавших было всего двое. Тем не менее, они не только убили стратега, но и почти целиком перебили дюжину его сопровождающих.

— Насколько я слышал, это вышло почти случайно! — снова вмешался оружейник. — Целенаправленно подстрелили только Диомеда и его речистого полусотника, потом нападавшие стреляли только по лошадям, чтобы отсечь погоню.

— Верно! — миролюбие и терпимость, демонстрируемые хозяином дома, просто поражали. — Ещё один убился, неудачно навернувшись с подстреленной лошади, двое погибли от осколков гранаты… Но основные потери случились, когда беглецы покинули землю. Что? Нет, это не вздорные слухи, они на самом деле улетели. Руса Еркат давно хвастается своими воздушными шарами, позволяющими людям летать. Вот на одном таком стрелки и добрались до моря, где их и подобрала эскадра Савлака Мгели. Но ветерок был не очень сильный, а поднимались они не быстро, так и получилось, что в какой-то момент шар пролетел прямо над охранниками Диомеда. Тогда-то те и понесли основные потери.

— Сами виноваты! — пробурчал похожий на сатира Андроник Часовщик. — Единственный выживший из охранников показал, что огонь по шару открыли именно они. Тоже мне, умники нашлись! Кто ж из пистолетов и дробовиков палит с расстояния в половину стадии? А штуцеры перезарядить они не успели. Вот и получили, на что напрашивались.

— Всё так! — добродушно улыбнулся Александр. — Но меня больше заинтересовало другое. Как именно они так быстро надули воздушный шар? Охранник и двое свидетелей из племени сикулов рассказали, что после начала стрельбы из-за рощи послышался странный гул, а потом, буквально за считанные минуты надулся огромный шар.

— Думаешь, это сделал какой-то механизм? — осторожно предположил Арсений Оптик.

— Нет! Не думаю! — Александр улыбался так широко, что гости начали опасаться, не треснут ли у него губы. — Уверен! Ещё месяц назад я обратился к заместителю Диомеда, и выяснил, что на месте отлёта они нашли следы волочения чего-то тяжёлого. Посланные следопыты выследили тех самых сикулов-свидетелей, пытавшихся уволочь механизм из бронзы и стали.

— Вот ворьё! — не сдержал чувств Фрасимед. — И как они ещё сандалии на ходу не снимают?

— Механизм был повреждён, поэтому мне пришлось повозиться, разбираясь с тем, как его починить. Но сейчас я вам расскажу и покажу…

— Похоже, это — эолипил Филона Александрийца, — предположил Часовщик. — Надо же, я считал его забавной игрушкой и только. Долго проработать не способен, стоит дорого, по силе уступает обычному мужчине…

— Он и был бы игрушкой, если бы не Руса Еркат! — убеждённо заявил Астролог. — У этого человека необычный взгляд на вещи, вот и тут он не просто разглядел способ быстро надувать свои воздушные шары, но и придумал, как применить его для мести за покушение на него и его деда.

Гости промолчали, неловко переглянувшись. С одной стороны, карфагенян тут не было, одни только эллины и полукровки. Но с другой — опасно одобрительно высказываться про врага нынешних властей.

— А из-за чего ты нас так срочно собрал-то? — попробовал сменить тему Оптик.

— А иначе вы не смогли бы пощупать его своими руками! Мне приказали завтра вернуть трофей, а уже послезавтра он отправится в Карфаген.

* * *

Когда гости разошлись, жена тихо сказала мастеру:

— Знаешь, муж мой, люди говорят, что зря Фиванец обидел Русу, тот оказался мстительным.

Александр неопределенно хмыкнул в ответ.

— И ещё они говорят, что теперь Сиракузам недолго оставаться под Карфагеном.

На этот раз хмыканье было, скорее, утвердительным. Такой вывод напрашивался сам собой, после Мессены и Регия пунийцы потеряли ещё два полиса.

— А я думаю, что это к лучшему. Руса ценит толковых механиков, так что при нём мы не пропадём! — продолжала она. — Но лучше бы сделать так, чтобы Руса Еркат знал про тебя уже сейчас.

— Это как?

— Помнишь, приезжал человек от него, уговаривал пойти в их Школу механики? Он объяснил, как отправить голубя ему в Мессену, если ты передумаешь.

— Я не передумал! — прорычал Александр.

— Нет, конечно! Но уже через пару часов человек Русы может узнать, что нужный ему механизм послезавтра поплывёт отсюда в Карфаген. А в Мессене есть радио… И Руса узнает об этом не позднее сегодняшнего вечера. Как думаешь, будет он благодарен?

— Раз механизм бросили, значит, не так уж он и важен… — пробормотал Астролог. — Но, с другой стороны, все говорят, что Руса Еркат, сын Ломоносов добро помнит. Ты права, женщина, нужно отправить весточку с голубем.

* * *

— Вот так и получилось, что вернулся не только шар, но и «скоронадувалка»! — весело объяснял я Македонскому. — Библиофил перехватил корабль благодаря весточке, посланной твоим тёзкой, вернул устройство сюда, и теперь мы можем делать по пять-шесть полётов в день.