Руса. Архипелаг надежды (СИ) - Гринчевский Игорь Леонидович - Страница 10

Я кивнул, подтверждая, что понимаю.

— А я и подумал, что если сразу с дыркой прокатывать! — вступило в беседу наше «молодое дарование». — Крупную дырку[5] ровно просверлить проще, верно? Ну вот мы здесь и попробовали.

— И что? Получилось? — заинтересовался я. Не из вежливости, разумеется. И не ради гаек. Это же был прямой путь к изготовлению бесшовных труб.

— Не-е-ет! — огорчённо помотал он головой. — Дырка ещё после первых проходов переставала быть круглой. И вообще, потихоньку зарастала как бы. Приходилось регулярно рассверливать[6]…

— Не скромничай, Рустам! — хлопнул его по плечу наставник. — Обычное сверло там не годилось, оно ведь в основном остриём работает, по центру. А в этом случае там — пустота, снимать лишний материал только по краям надо. Сверло постоянно в сторону уводило. Вот он и придумал такой инструмент, который только краями снимает[7]. При этом у него рабочую часть этого инструмента не только сзади толкают, но и спереди тянут, дырка-то сквозная.

— Тогда почему твой Рустам говорит, что не получилось? — не понял я.

— Не обращай внимания, Руса, это в нём четвёртая часть персидской крови играет. Честный слишком! — и Арам хлопнул ученика по другому плечу настолько энергично, что паренёк даже покачнулся. — Не понимает пока, что иногда лишняя точность и скромность делу только во вред идут! Хотя в главном-то он прав. Процесс слишком уж муторным получился, гайки таким способом изготавливать смысла нет, слишком дорогими получаются. И трубы… Слишком короткие и дорогие. Сварные дешевле, и наши давления спокойно выдерживают.

* * *

[4] См. роман «Война, торговля и пиратство…»

[5] Автор в курсе, что правильно говорить не «дырка», а «отверстие». Но это принято сейчас, после веков научно-технического прогресса и выработки технической культуры и терминологии. Но даже ещё в XIX веке мастера говорили «дырка». А у нас тут живые люди в самом начале пути. Кстати, именно поэтому даже моряки тут говорят «плавать», вместо «ходить». Древние греки и римляне по морям именно что плавали. Термин «ходить» пришел к русским морякам много позже, от европейских учителей.

[6] Эту технологию автору подсказал один знакомый материаловед, специализирующийся как раз на стали. На практике её не применяют, т. к. процесс получается слишком трудоёмким и материалоёмким. Но он уверял, что короткие бесшовные трубы и стволы так получить можно.

[7] Такой инструмент называется развёртка. И в наше время прекрасно известен. Но тогда знали только сверление.

* * *

Тут он торжествующе поднял к потолку указательный палец и продолжил:

— А вот стволы выходят — просто залюбуешься! Хочешь — одна сороковая, хочешь — даже одна пятидесятая или одна шестидесятая локтя[8]. А что снаружи они гранёные, так это не страшно! Мы фаску снимаем, получается двенадцатигранник. И нормально, лишнего веса почти не остаётся. Впрочем, для богатеев можем и снаружи до идеальной окружности обточить. Всё равно производительность уже втрое выросла

— Ну, парень… — потрясённо произнёс я. — Ну, ты даёшь, Квартерон!

— Как он меня назвал? — спросил ученик почему-то не у меня, а у наставника.

— Квартирантом, вроде… — почесав в затылке, повторил Арам. — Ты гордись, парень, тебе сам Руса Еркат прозвище дал. Не каждому такая награда выпадает!

— Да я и горжусь — расправил плечи паренёк. — Только знать бы, что это слово означает.

— Не квартирантом, а Квартероном! — поправил я. — Так в одном месте называют тех, в ком течёт четверть чьей-то крови. Вот в тебе — четверть персидской. Отсюда и прозвище…

Про то, что место это называется Римом, я говорить не стал. Пока что он — достаточно глухая провинция, и римляне с переменным успехом воюют с окружающими их жителями Центральной Италии. Не заслуживают они пока, чтобы их наречие знал такой крутой тип, как я, это только лишние вопросы вызовет.

— Только, уважаемый Руса, мы пока не умеем делать нарезы в стволах с калибром меньше «одной сороковой», — признался мой свежеиспечённый крестник. — В одной пятидесятой пять из шести стволов в брак отправятся, даже если ствол делать короткий, для пистолета. А для нарезного ружья и вовсе не потянем.

— Для винтовки! — поделился я с ними ещё одним новым прозвищем. — Ружьё с нарезами отныне будем называть винтовкой. Для краткости.

Потом положил парню руку на плечо, заглянул в глаза и, стараясь, чтобы это вышло душевно, произнёс:

— Ничего, Рустам Квартерон, я в тебя верю! Придумаешь ещё! И как тонкие винтовочные стволы нарезать, и многое другое. Какие твои годы?

* * *

[8] Т. е. калибры 12.5 мм, 10.0 мм и 8,3 мм. Как раз то, что ГГ нужно под его патроны с бездымным порохом.

* * *

Статы пополнились технологией изготовления бесшовных стальных стволов небольшого калибра.

Глава 5

«Высокая школа механики»

— Учитель, я пришёл попрощаться! — с поклоном произнёс Ли. — У нас принято делать наставнику подарки на прощание, в благодарность за полученную науку. Вот, держите!

И он протянул мне сшитую стопку рукописных листов.

— Здесь труд нашего великого мудреца и учителя Кун-Фу-Цзы. Точнее, мой перевод на койне.

Ого! Кун-Фу-Цзы — это, как я понимаю, Конфуций? Он что, такой древний[1]?

— Спасибо, Ли, я слышал про этого великого мудреца и с большим интересом знакомлюсь с его трудами. Ты отправляешься прямо домой?

— Нет, Учитель, сначала я собираюсь посетить библиотеку в Александрии Египетской, потом — навещу мудрецов Вавилона. После чего намереваюсь остановиться в Индии, у великого Птолемея Лагида. Говорят, он собрал вокруг себя много мудрецов из разных народов. А потом, по пути домой заеду в Александрию Малаккскую[2] и скорее всего, заеду в Александрию Маргаритскую. Это всё — центры науки, торговли и ремёсел, там есть чему поучиться. Но я уверен, что больше, чем у вас, мне нигде не почерпнуть. Ещё раз примите мою благодарность.

Он ушёл, а продолжал думать над его словами. Перечисленные им места лучше всего подходят, чтобы постичь знания, технологии и возможности державы Македонского.

«Надо посоветоваться с дедом и Ашотом-Следаком!» — решил я.

* * *

[1] Конфуций (Кун-цзы, Кун Фу-цзы, латинизировано как Confucius; собственные имена — Кун Цю и Кун Чжунни, ок. 551 до н.э.,479 до н.э.) — древний мыслитель и философ Китая. Его учение оказало глубокое влияние на жизнь Китая и Восточной Азии, став основой философской системы, известной как конфуцианство.

[2] В реальной истории Александрии Малаккской и Александрии Маргаритской не существовало. В АИ Цикла морская торговля более развита. поэтому ГГ и его компаньоны основали в Малаккском проливе Александрия Малаккская (примерно на месте современного Сингапура), а неподалёку от реки Чжуцзян, что переводится как Жемчужная, они основали Александрию Маргаритскую. Маргарита переводится как «жемчужина».

* * *

— Так что тебя смущает, внучек?

— Вероятность того, что я долгое время принимал у себя шпиона! — бухнул я.

— Почему ты так решил? — настоятель задал свой вопрос спокойным и ровным тоном, как у человека, которому совершенно не о чём волноваться.

— Он подарил мне перевод книги великого мудреца их страны. Среди прочего он пишет: «Успех зависит от предварительной подготовки, и без такой подготовки неизбежен провал!»

— Правильно пишет! — улыбнулся дедушка. — Действительно, мудрый человек. Но скажи мне, Руса, ты что, и сам этого не знал? Что без тщательной подготовки любое сложное дело развалится? Знал!