Кодекс Магических Зверей. Гепталогия (СИ) - Шимуро Павел - Страница 11

Руки, почти привыкшие к дрожи, на этот раз двинулись твёрдо. Я осторожно обхватил тельце кошки и прижал животное к груди. Она была пугающе лёгкой и горячей, как раскалённый уголь. Багровый свет под шерстью отозвался слабой пульсацией на моё прикосновение.

Я уложил её на стол, взял небольшую чашку и зачерпнул свежей воды из ведра. Затем, действуя с предельной осторожностью, приоткрыл ей пасть, увидев сухие и воспаленные слизистые. Смочил уголок тряпицы, капнул несколько капель воды на корень языка и стал ждать. Прошла секунда, другая… Затем горло кошки едва заметно сжалось, совершив рефлекторный глоток. Я с облегчением выдохнул и продолжил по капле вливать воду, давая зверю время на каждый глоток. Говорил тихо, монотонно, как делал всегда с тяжёлыми пациентами под наркозом: «Держись, моя красавица. Всё хорошо, пей. Ты обязательно выживешь».

И в тот момент, когда она лежала передо мной, беззащитная и целиком зависящая от моего умения и воли, все сомнения разом испарились. Острая, почти физическая боль пронзила грудь при мысли, что эта хрупкая жизнь может угаснуть из-за моего страха. Я смотрел на её закрытые глаза, на слабую пульсацию света под шкуркой, и понял, что не могу этого допустить — не имею права.

— Хорошо, — прошептал, глядя на кошку.

Я положил ее обратно в клетку. Решение, принятое в отчаянии, внезапно принесло странное успокоение. Страх никуда не делся, но теперь он поставлен на службу цели и заставлял думать, планировать, искать неочевидные пути, а не парализовал.

— Я тебя спасу, — сказал тихо, глядя на закрытые глаза двухвостой, уже из-за решётки.

Нужно было собираться. Что могло пригодиться в вылазке? Да без понятия… Я был ветеринаром, а не искателем приключений. Пришлось действовать по логике.

Нужна сумка, чтобы складывать добычу. Зашёл в пыльную спальню, к сундуку. Внутри, под слоем тряпья, нашёл старый походный ранец из толстой кожи — потрёпанный, но целый. Лямки прочные. Отлично.

Следом вспомнил про пустые склянки на складе. Забежав туда, схватил с полки несколько небольших пузырьков с плотными пробками, но сразу встал вопрос, как не разбить их по пути?

Вернувшись в спальню, вновь порылся в сундуке и вытащил нечто, отдалённо напоминавшее одеяло. Оно было серым, в пятнах, но самым плотным и целым из всего, что я видел. Тщательно обернув им склянки, создал мягкую прослойку, и уложил свёрток на дно сумки.

Последним пунктом была… еда. Стоило о ней подумать, как желудок громко и требовательно напомнил о себе. Я знал только одно место, где мне могли хоть что-то продать.

Напоследок ещё раз подошёл к клетке и положил руку на прутья.

— Дождись меня.

Таверна «Свистящий кабан» встретила меня мутным полумраком и знакомым букетом запахов. За стойкой, как и вчера, стоял толстый трактирщик с недовольным лицом. Увидев меня, он лишь тяжело вздохнул.

Я подошёл и высыпал на стойку две последние медные марки.

— Мне нужна еда в дорогу, — сказал коротко.

Трактирщик презрительно осмотрел монеты, словно они были покрыты чем-то неприличным.

— Есть вода, хлеб, да кусок копчёной рыбы, — буркнул он.

— Давайте, — кивнул я. Выбирать не приходилось.

Пока он копошился у полок, я постарался придать лицу выражение лёгкой задумчивости, ведь только сейчас подумал о том, что понятия не имел, где находился непонятный седьмой спуск! Бродить наугад по чужому городу было плохой идеей, а признаваться напрямую — ещё хуже. Оставалось только аккуратно спросить.

— Не подскажете, как пройти к седьмому спуску? — спросил как можно небрежнее.

Трактирщик резко обернулся, его лицо покраснело от гнева.

— С утра уже набрался, что ли, сволочь⁈ — рявкнул он. — Куда ты намылился? От тебя там и кучки с дерьмом не останется!

Я молча выдержал его взгляд, злости в котором было меньше, чем отвращения.

Трактирщик тяжко вздохнул и потер лоб. Потом всё-таки махнул рукой и растолковал, куда идти и на какие ориентиры смотреть.

Выслушал, запомнил порядок поворотов и кивнул.

— Понял. Спасибо.

Он бросил на стол свёрток из грубой ткани и глиняную флягу.

— Забирай и проваливай.

Уже взяв свёрток и развернувшись к выходу, услышал голос мужчины за спиной:

— Эй!

Я обернулся.

— Если в Лесу попадётся «пряный огнехвост» — хорошо заплачу. За пучок — серебряную марку.

Я не имел ни малейшего понятия, что такое «пряный огнехвост», но понятливо кивнул.

— Хорошо.

Указания трактирщика оказались чёткими, и через двадцать минут быстрой ходьбы я оказался на месте. Передо мной возвышалось величественное строение: миниатюрная, неприступная на вид крепость, встроенная в городской ландшафт.

Осмотревшись, заметил знакомую фигуру дяди, что стоял и о чём-то говорил с двумя другими мужчинами, но моё внимание приковали не они — рядом с людьми находились магические звери!

У ног дяди лежало… нечто, напоминавшее гигантского барсука, но покрытое мелкими, плотно прилегающими каменными пластинами, отливавшими цветом мокрого асфальта. Морда была удлинённой, с мощными челюстями, а глаза, маленькие и чёрные, бдительно осматривали окрестности.

[Существо: Каменный бронебрус]

[Класс: С]

[Ранг: 2]

На плече одного из мужчин, коренастого и плечистого, с лицом, иссечённым шрамами, сидел ястреб с перьями, что казались слепленными из теней и тумана. Контуры птицы слегка размывались, а тело время от времени на мгновение исчезало.

[Существо: Теневой ловец]

[Класс: D]

[Ранг: 3]

Третий зверь принадлежал худощавому, молчаливому мужчине с колчаном за спиной. Он напоминал росомаху, только больше, мускулистее, а его лапы заканчивались изогнутыми, серповидными лезвиями. Зверь сидел на задних лапах, внимательно вылизывая одну из «клешней», и время от времени издавал низкое рычание.

[Существо: Хитиновый рейдер]

[Класс: D]

[Ранг:2]

Собрав волю в кулак, я подошёл, стараясь держаться подальше от зверей.

— Здравствуйте, — сказал, обращаясь ко всем.

Дядя обернулся, и на его лице мелькнуло что-то вроде удовлетворения. Двое других лишь бросили короткие, полные откровенного пренебрежения взгляды, и тут же отвели глаза. Холодная стена неприятия ощущалась почти физически.

«Что же натворил предыдущий хозяин тела? — с горькой усмешкой подумал я. — До чего надо докатиться, чтобы все тебя так ненавидели?». Но жалеть себя некогда — я пришёл не для того, чтобы завоёвывать симпатии.

— Я верил, что ты придёшь, — хрипловато сказал дядя и тяжело хлопнул меня по плечу. — Молодец, что одумался.

Я попытался улыбнуться.

— Насчёт ягоды… — начал я.

— Да-да, помню, — махнул он рукой. — Если повезёт, заглянем в нужные места. Сначала — инструктаж.

Он обвёл взглядом наш небольшой отряд, его лицо стало серьёзным.

— Напоминаю, что Лес — это отдельный мир, что нас не любит. Каждое дерево, куст, даже пробегающая мимо тварь может оказаться последним, что вы увидите. Мои слова внизу — закон. Ослушаетесь — можете сразу прощаться с жизнью, вытаскивать не буду. Ты, племяш, никуда не высовываешься и ничего не делаешь без команды. Шумим по минимуму. Нашли что-то ценное — сигнал мне. Увидели непонятную тварь — сигнал мне. Запахло странно — сигнал мне. Захотели поссать — сигнал мне. Лес ошибок не прощает. Всё понятно?

Мужчины молча кивнули, не задавая лишних вопросов. По всей видимости, они слышали это много раз, и инструктаж больше говорился для меня. Я кивнул, стараясь не выдать внутренней дрожи.

— Какие понятливые, аж тошно. Ну раз так, то все за мной!

Он двинулся к массивным воротам миниатюрной крепости. У ворот стояли двое мужчин в полных латах, их лица скрывали глухие шлемы с узкими прорезями для глаз, а рядом с каждым лежал зверь. Стоило мне перевести взгляд на первого, как я ощутил животный страх, куда более сильный, чем раньше. Тело будто задеревенело, боясь сделать и шаг.

Передо мной лежал огромный пёс размером с телёнка, с пастью, усаженной тремя рядами зубов, и гребнем из острых шипов вдоль хребта. Я мысленно, почти рефлекторно, попытался «увидеть» его через систему, как делал это с куницей или кошкой.