Истинная для якудза (СИ) - Шегай Эвелина - Страница 34

— Масару — любимый сын оябуна. Все об этом знают, поэтому если он будет с ним излишне мягок, это воспримут как показатель слабости, — объяснил Рэн и посмотрел на Хару, сидящего в стороне от них троих — ближе к центру стола. Он, по обыкновению, стремился занять место подальше от отца, чтобы не мозолить тому глаза своим присутствием на собрании. — Со мной или Хару он не стал бы так жестить. Просто прихлопнул бы и всё. Хоть какой-то бонус от того, чтобы быть нелюбимым сыном, да, братишка?

Он не ответил, лишь улыбнулся с меланхоличной горчинкой. Наверное, где-то в глубине души Хару всё ещё надеялся на крохотный лучик отцовского тепла, но уже не смел этого показывать другим.

— Ты сильно заблуждаешься, Рэн, когда себя и Хару ставишь на одну ступень в глазах отца, — сказал Сатоши, возвращая внимание к своей скользкой персоне. — Нет, ты вообще не понимаешь отца. Масару — любимый сын? Какое поверхностное суждение. Он удобный сын, исполнительный, слепо следующий традициям. Оттого столь велико разочарование от его предательства. Однако любимчиком у отца всегда был и будет другой сын. Тот, кто больше всего на него похож.

— И кто же это, они-сан?

— Правда не понимаешь?

— Я не понимаю, что за игру ты ведёшь, — ответил Рэн, ощущая, как снова закипает изнутри, совсем как когда тот свой грязный рот открыл в сторону Каори. — Ты же всё знаешь, зачем тебе она?

— Мне она и не нужна, — легко согласился Сатоши и послал подобие извиняющейся улыбки посмотревшей на него Каори. — Вы правда прелестная барышня, Каори-сан, но совсем не в моём вкусе. А я не такой послушный сын, как Масару.

— Тогда к чему вы устроили это представление? — спросил она. И её голос прозвучал твёрдо и холодно.

— Чтобы помочь вам. — Он указал пальцем сначала на неё, а потом и на Рэна. — Вы же хотите сбежать, голубки? У меня есть план.

Доверия у них Сатоши не вызвал. В любых других обстоятельствах они даже не стали бы выслушивать его план. Но роковая западня, из которой у них не получалось выбраться своими силами, толкала на отчаянные меры. Рэн не мог предложить Каори ничего, кроме того, что уже озвучивал. И он сам понимал, насколько отвратителен его план.

— Знаешь, в тот день, когда на нас напали в поместье, — сказала Каори, смотря на чемодан, стоящий в углу шкафа с распахнутыми дверцами. — Мне показалось, что Сатоши в самом деле относится к тебе по-особенному. Он всё так же хитрил и юлил, когда отвечал на вопросы, но сколько бы я ни думала… у него не было необходимости прикрывать меня собой. Достаточно было оттолкнуть с линии удара.

— Думаешь, он тебя защищал от ранений, лишь бы я не расстроился? Мне в это с трудом верится. Больше похоже на какой-то обманный манёвр.

— Это не объяснить логически. Я просто чувствую… Чувствую, что он не настолько пропитан ложью. Крупицы искренности в нём тоже присутствуют. Но его хитрость всё затмевает.

— Я не считаю, что нам стоит ему доверять, — с тяжёлым вздохом произнёс Рэн и признался: — Но у нас нет альтернативы. Мой план не предполагает будущего, только надежду на подвернувшийся шанс. Его план на словах надёжен, но риск заключается в самом Сатоши.

В комнате наступила тишина. Каждый обдумывал, какой из вариантов хуже. А затем Каори опустила руку на ладонь Рэна и сказала:

— Я готова рискнуть. — На её губах расцвела нежная улыбка. — Наверное, истинность немного повредила мой рассудок, но я не хочу даже думать о жизни без тебя. Давай попробуем воспользоваться этой возможностью. А там пусть будет, что будет.

Кто он такой, чтобы давать заднюю, когда его любимая собралась с силами, поставила на кон всё? Конечно же, Рэн в тот же момент решил забыть о всех своих опасениях. И уже той же ночью они покинули поместье, следуя плану Сатоши.

Сначала прогулялись до одного глухого угла на территории поместья, там разделись до нижнего белья и поднялись в воздух, чтобы полететь на юг. Шикарные крылья Каори явно были рассчитаны на более длительные полёты. Она плыла по воздуху плавно, словно рыбка в пруду. А вот Рэну с его короткими вороньими огрызками приходилось рывками передвигаться. Сначала взлетать высоко-высоко, а потом маневрировать обратно к земле.

Было бы намного удобнее, если бы он тоже был журавлём.

— Где-то здесь должна быть машина, — сказал он, стоя по центру опушки, как только рядом приземлилась Каори. И наконец-то разглядел в тени деревьев что-то большое и, кажется, укрытое камуфляжной тканью.

— Пока всё складывается так, будто Сатоши нас не обманул, — подметила Каори и протянула руку. — Даже не вздумай говорить, что тебе так больше нравится.

— Ладно, промолчу, — усмехнулся Рэн и открыл сумку, чтобы достать её платье.

В салоне их поджидал уже включённый навигатор, указывающий на место, куда было необходимо приехать, чтобы получить поддельные документы и сменить транспортное средство.

— Ты не изменила своего мнения? Сейчас мы можем поехать либо сюда, — сказал он и щёлкнул ногтем по экрану, — либо просто как можно дальше отсюда.

— Нет, давай дальше двигаться по плану Сатоши.

Рэн ещё несколько секунд смотрел на Каори, колебаясь, а затем всё же снял машину с ручника и поехал в сторону точки, отмеченной на карте. По пустующим в ночи дорогам они долетели меньше чем за час и остановились напротив огромного здания, которое находилось в отдалении от цивилизации. То ли заброшенный завод, то ли какой-то давно не используемый склад.

— Всё слишком хорошо складывается, — вполголоса произнёс Рэн, первым заходя в здание через распахнутые двери. Он шёл на тусклый свет электрической лампочки и печёнкой чувствовал, что не могло быть всё настолько гладко.

Где Сатоши, а где добродетель? Просто помочь им сбежать, ничего не требуя взамен, он не мог. Где-то точно должен был быть подвох.

И как будто в подтверждение мыслей Рэна у них за спинами с металлическим лязгом захлопнулись двухстворчатые железные двери.

— Твою мать, так и знал, — раздражённо выплюнул он, вытащил пистолет и бросил Каори: — Держись за мной.

Помимо ствола у него осталось несколько атакующих артефактов, все защитные — надел на неё. Если их поджидала толпа в десяток человек, получиться отбиться. Но если больше… не факт.

— Опаздываете, — раздался голос Масару, который разнёсся гулким эхом по всему огромному помещению. Ни единого шанса определить, откуда он доносился. — Мы вас заждались.

И сразу за словами брата раздался чей-то истошный женский крик, а следом рыдания вперемежку с мольбами.

Рэн даже осмыслить ничего не успел, как Каори рванула вперёд. И тогда на чистых инстинктах он побежал за ней следом.

Они выскочили в просторный зал с высокими, сводчатыми потолками, освещаемый лишь несколькими простенькими лампами. Жёлтый свет с трудом рассеивал тьму, но его хватило, чтобы всё увидеть.

Масару стоял по центру зала один. Рядом на полу сидели секретарша Рэна и модель, имя которой он всё никак не мог запомнить. А вот она явно хорошо его помнила. Как только увидела, девушка тут же вскочила на ноги, но не успела и пары шагов сделать, как Масару схватил её за волосы.

— Нет, пожалуйста, нет! — кричала она во всю глотку, пытаясь вырваться.

— Заткнись, — рыкнул он, дёрнув её назад с такой силой, что девушка едва устояла на ногах. А в следующую секунду прижал лезвие катаны к горлу.

И та замерла, смотря на Рэна полными ужаса глазами на заплаканном лице в потёках туши.

— Масару, ты совсем крышей поехал? — с нервным смешком спросил он, сжимая в ладони рукоять ствола. Стрелять было опасно, пока этот поехавший урод прикрывался заложницей. Слишком большая вероятность попасть в неё. — Они не имеют к нашим разборкам никакого отношения!

— Почему не имеют? — Масару выпустил женские волосы из кулака, чтобы поправить прядь у заплаканного лица, и тогда девичья голова дёрнулась в сторону, подальше от прикосновения. — Насколько я знаю, ты спал с этими шлюхами.