Измена. О чём кричит тишина (СИ) - Владыкина Мария - Страница 19

Однако…

- Вот. – Я показала пальцем в строку, обрамлённую рамкой. – Вероятность отцовства девяносто девять и девять десятых процента.

- Это значит… - Прохрипел Глеб.

- Что Никита твой сын. Что и требовалось доказать.

Подхватила свой стакан с кофе, сейчас я была рада, что взяла его не в кружке, а в формате «с собой», потому что мне необходимо было уйти. Куда-нибудь подальше от всей этой драмы.

На выходе из кофейни я обернулась на мужа. Он так и сидел с каменным лицом пялясь в телефон. Даже не шевелился. Видимо, и сам понимал, что всё было кончено.

Сердце заныло, прося выпустить боль наружу, но я лишь натянула капюшон посильнее, и вышла на улицу, где свежесть позволяла и мыслить более рационально.

Это был конец. Не счастливый, как в фильмах. А такой, как бывает в жизни. Мне предстоял развод, дележка имущества, наверняка слёзы в подушку о несбывшихся мечтах, и от угрызений совести за то, что лишила дочь полной семьи. В общем, впереди было много «интересного».

Пелена из слёз застилала глаза, но пока ни слезинки не выкатилось. Я усилием воли заставила себя глубоко вздохнуть и выдохнуть. Сделала несколько глотков кофе, и, кажется, чуть опустило.

- Хватит лить слёзы, пора что-то делать. – Пробормотала я себе под нос, и потопала к машине, которую оставила у ворот детского сада.

Букет на заднем сидении теперь выглядел, словно насмешка. Я взяла его, и выбросила в ближайшую мусорку. Домой бы точно не потащила. Ни к чему мне были напоминания.

Я уже шла обратно от мусорной корзины к машине, когда услышала за спиной голос.

- Валя! Стой! – Это за мной спешил Глеб. Похоже, опомнился, что я куда-то делась.

Я остановилась. Бегать я не планировала. Взрослые все люди. Развернулась.

- Валя… Я не знаю, что мне делать.

- Обращайся к адвокатам, пока Кира жива, получай права на опеку над ребёнком, усыновляй его, или как там правильно делается. Извини, никогда не была в такой ситуации.

- С этим я разберусь. Я про нас с тобой.

- На этот вопрос я тебе уже отвечала. Но адвокат, я думаю, и тут тебе понадобится. Делить имущество мирно, я же понимаю, ты не хочешь? Плюс у нас ребёнок несовершеннолетний, в любом случае, развод только через суд. Но тебе бонус, на адвокате, если и туда, и туда одного наймешь, наверное, можно будет сэкономить.

- Не оставляй меня, пожалуйста. Я понимаю, за что ты так, но… ведь должен же быть хоть какой-то выход?

- Не оставлять? Не оставлять? А ты меня не оставил тогда, много лет назад, беременную и с жутким токсикозом добираться одну с попойки? Ты не оставил, и сам при этом обрюхатил мою подругу? Так почему я сейчас должна тебя не оставлять? Глеб, повзрослей. И научись уже отвечать за свои поступки. А то ты на работе такой серьезный дядя, а в жизни… тут работают те же принципы, дорогой.

- Почему ты не возвращаешься домой? И тебе, и Лизе, ведь явно неудобно жить у твоей матери.

- А вы оттуда уехали?

- Нет, но мы могли бы…

- Скинь сообщение, когда съедете. Или выставляй квартиру на продажу, чтобы поделить имущество. Вернём твоей матери её драгоценный «подарок», а остальное поделим пополам. Может, так даже будет лучше.

- Я не хочу продавать нашу квартиру, она дорога для меня. Я был в ней счастлив, со своей семьей.

- Будешь счастлив с другой семьей, значит. Всё. Разговор окончен. У меня сегодня ещё полно работы. Как, думаю, и у тебя. Жди повестки в суд на развод. Заявление я, так и быть, возьму на себя. На тебя потому что уже не могу ни в чём положиться. И, да, подумай, когда у тебя будет время на разговор с Лизой о том, почему мама и папа больше не смогут жить вместе. Никогда.

В глазах Глеба стояли слёзы. Сердце разрывалось, но я заставила себя отвернуться, и нажать на брелок сигнализации, открывая себе автомобиль.

- Пожалуйста, Валя… Я вас люблю. Ещё один шанс. Я не хочу без вас. Не смогу.

Ничего не ответив, я села в машину, и уехала. Расплакалась уже по дороге. Включила на всю громкость как специально заигравшую какую-то грустную песню, и рыдала, перемещаясь в потоке машин.

Подъехав к дому мамы, не нашла парковочное место. Сегодня жизнь словно была против меня. Встала напротив какого-то внедорожника, и продолжилась заниматься самобичеванием, упав в руки, сложенные на руль.

Мне сначала показалось, что стук, который я услышала, был в песне, или просто мне показался, но, когда постучались второй раз, я поняла, что стучали мне в стекло.

Окна запотели, наверное, от моих рыданий, и ничего не было видно. Но рядом однозначно кто-то стоял. Я опустила стекло, и столкнулась с недовольным взглядом соседа снизу.

- Ты не видишь, что ты мне перегородила выезд? Я как выезжать с парковки должен? – Начал он, но осёкся на полуслове, наверное, впечатлившись моим заплаканным лицом.

- Ты? Что-то случилось? – Нахмурился он.

- Не ваше дело. Сейчас я отъеду. – Холодно ответила я, и закрыла окно, выруливая с парковки дома.

28 глава

28 глава

Адвоката нашла в тот же день. Просто обзвонила нескольких, которые выходили по запросу в интернете среди первых, и выбрала одного из них.

Мама, до этого сидевшая в гостиной, очень невовремя зашла на кухню, где я работала и обзванивала адвокатов, застав меня прямо во время моего последнего разговора.

- Да. Документы все необходимые у меня есть. Мне нужна будет помощь с подачей заявления в суд, и самих процессах, чтобы поделить имущество наиболее выгодным для меня образом.

Мама застыла в дверях на входе в кухню, мы встретились с ней взглядами. Я не знала, зачем именно она пришла на кухню, но теперь она больше не двигалась, слушая разговор.

- Можете ещё раз повторить, где находится у вас офис, пожалуйста? – Я отвернулась к окну. Мериться с мамой взглядами, и одновременно вести осмысленный диалог было непросто.

Глаза сами собой забегали по двору, пытаясь зацепиться за что-то.

- И ещё, на вашем сайте есть отзывы, чтобы можно было ознакомиться с опытом? Мне бы хотелось работать с кем-то, кто уже вёл успешно подобные дела…

Договорив, и записав всю нужную информацию, я не торопилась оборачиваться, продолжая смотреть за сумерками, опускающимися на город, и следить за девочкой в странной шапке, которая раскачивалась на качели.

- Валь… - Тихо начала мама.

- Мам, если снова планируешь меня начать отговаривать, то не надо, пожалуйста. Мне и так непросто.

- Я знаю. – Она вздохнула. По звукам я поняла, что мама переместилась к холодильнику и открыла его. – Есть захотела. Погреть на тебя плов вчерашний?

- Нет. Не хочу, спасибо.

Сзади меня продолжалось шуршание и возня, а после загудела микроволновка.

- Ты виделась сегодня с Глебом, да? Два дня ни слова, а сегодня вдруг резко заговорила о разводе…

Развернувшись на сто восемьдесят градусов, я опёрлась на подоконник пятой точкой, и скрестила руки на груди.

- Пришёл анализ ДНК. Никита – сын Глеба. Теперь уже официально. Я думала, мам, правда, как могло бы быть ещё. Но я не смогу видеть живое доказательство измены постоянно рядом с собой.

- Ну а если Никита не будет с вами жить? Ему что, обязательно быть с вами?

- А с кем он будет? Ты же знаешь, у Киры из родственников – никого. Есть ещё пара друзей кроме нас, но по факту – мы были самыми близкими. Да и Глеб никогда не пойдёт на то, чтобы отдать своего сына куда-то. Сейчас же он знает, что тот его сын. Из всей этой ситуации просто нет выхода. Её надо было изначально не допустить, но уже что сделано, то сделано. Ничего не изменить.

- Как же так. – Всплеснула мама руками, и села к столу. – Такая семья была, всё хорошо, мне просто…

Она заплакала. Это рвало мне сердце в клочья. Когда плакал любимый для тебя человек, а ты ничего не мог сделать, это было невыносимо. Особенно, когда ты служил причиной для слёз.

- Мамуль, не надо. – Я подошла, попыталась её обнять, но она сидела, а я стояла, и это было не слишком удобно. – Ну не плачь, а то я сейчас тоже заплачу. А я уже устала реветь. И Лиза испугается, когда увидит нас двоих зареванных.