После развода. Я всё ещё люблю (СИ) - Яхонтова Ася - Страница 13

Внизу живота тут же все стягивается в тугой узел, предвкушая сегодняшний вечер.

— Я заеду на машине. Хочу прокатить тебя по побережью, — обещает Давид, косится в сторону

Князева, все еще не решаясь оставить меня с бывшим.

— Хорошо. До вечера, — я снова целую на прощание его в уголок губ.

Возвращаюсь к дому. Князев не сводит с меня взгляда.

— Это уже другой? А где турок? — спрашивает он.

Я возвожу глаза к небу. За что мне это.

Возвращаюсь в дом. Князев идет следом.

— У тебя их сколько, Лер? — недовольно бурчит мне в спину.

Дышать! Еще раз дышать!

Сажусь обратно за стол и доедаю бутерброд.

— Кто это был, мам? — с интересом спрашивает Настя.

— Мой друг, — лаконично отвечаю и пытаюсь переключить внимание на внука.

— Или любовник, — тихо хмыкает Князев, но слышат все.

— Это ваш сосед, Насть, — пытаюсь успокоить дочь. Потому что вижу ее обеспокоенный вид. —

Живет неподалеку.

— Это уже не турок, Насть, — Князев многозначительно смотрит на дочь.

Ненавижу!

Заставляю себя переключить внимание на Никитку, который мирно сопит в своей детской

переноске.

После завтрака провожу время на террасе с внуком и дочерью, которая пытается узнать

подробности о Давиде.

— Это серьезно? — спрашивает она, пока Денис и Князев скрываются где-то в доме.

— Насть, это курортный роман, — чувствую внутри себя горечь, осознавая, что рано или поздно

это закончится.

— Мам, мне кажется, что папа все еще испытывает чувства к тебе. Вчера он весь вечер провел

в гостиной. Явно ждал тебя, — Настя смотрит на меня с надеждой.

— Ты для этого пригласила нас вместе на виллу? — спрашиваю прямо.

— Мам, — Настя нервно облизывает губы. — Я думала, что вы сможете возродить свои отношения.

Солнце, море... Я же не думала, что папа возьмет с собой Полину.

— Ты должна была спросить меня. Насть, три года прошло...

— Но иногда люди осознают свои ошибки. Ведь можно все вернуть, — Настя осекается, смотрит

на меня.

— Милая, — мягко говорю я, накрывая ладонью руку дочери. — Некоторые вещи невозможно

вернуть. И это нормально. Жизнь идёт вперёд.

— Но ты же любила папу, — в голосе Насти слышится детская обида.

— Любила. Очень сильно любила, — киваю я. — Но сейчас все по-другому. Мы оба изменились. И

знаешь, я наконец-то чувствую себя счастливой.

— Из-за Давида? — Настя внимательно всматривается в моё лицо.

— Не только. Я научилась быть счастливой сама по себе. А Давид... — я невольно улыбаюсь, —

он делает мою жизнь ярче.

— Но он живет в Турции? — дочь задаёт вопрос, который я сама боюсь себе задавать.

— Да... Это останется прекрасным воспоминанием. Только моим и его, — стараюсь говорить

твёрдо, хотя внутри все сжимается.

Настя забирает Никиту, чтобы покормить и уложить спать. Денис уехал в магазин.

На улице — настоящее пекло. Но я решаюсь поплавать немного в бассейне, не упуская ни единой

минуты от отпуска.

Надеваю бирюзовый купальник и парео. Подхожу к шезлонгу, скидываю шлепки. Парео аккуратно

складываю.

Наношу крем от загара, вспоминая печальный опыт Полины.

Осторожно спускаюсь по хромированным ступенькам. Вода ласково обнимает тело, она идеальной

температуры — ни холодная, ни слишком теплая. Кристальная чистота бассейна манит нырнуть

поглубже, скрыться от испепеляющего зноя.

Делаю первый гребок и чувствую, как напряжение покидает мышцы. В воде я становлюсь легкой и

грациозной, словно русалка. Несколько плавных движений — и я уже в центре бассейна, где вода

особенно прозрачная и прохладная.

Выныриваю из воды, ощущая неземное блаженство. Прямо у бортика, небрежно облокотившись на

перила, стоит Князев собственной персоной.

Загорелый, в синих шортах и белоснежной фирменной футболке. Откровенно пялится куда-то в

область моей груди.

Медленно поднимаюсь по лестнице, чувствуя, как прохладные капли скользят по разгоряченной

коже. Мокрый купальник облепил тело, и я остро ощущаю себя героиней какой-то глянцевой

фотосессии под прицелом его изучающих глаз.

"Держись непринужденно", — приказываю себе, но предательская дрожь пробегает по телу, и

вовсе не от прохлады бассейна. Князев по-прежнему не отводит взгляда, а на его губах играет

едва заметная усмешка.

Наконец оказываюсь на бортике, в опасной близости от него. Воздух между нами словно

наэлектризован. Капли воды продолжают стекать по моим плечам и спине, оставляя влажные

дорожки.

— Давай помогу вытереться, — Князев тут же первым хватает подготовленное мной полотенце и

тянет руки к моему телу.

— Я сама, — выхватываю полотенце.

— Какая недотрога, — хмыкает Князев, не спеша отступать. — А я всего лишь проявляю

вежливость. Кремом там помазать... — его взгляд лениво проходится по моему телу.

— Твоя вежливость больше похожа на назойливость, — парирую я, старательно заворачиваясь в

полотенце и делая шаг в сторону.

— А по-моему, Лер, ты просто боишься, — в его голосе появляются бархатные нотки. — Боишься

признать, что я тебе небезразличен.

— Самоуверенности тебе не занимать Князев, — фыркаю я. — Но вынуждена разочаровать — ты

ошибаешься.

— Правда? — он делает плавный шаг ко мне, сокращая расстояние. — А румянец на твоих щеках

говорит об обратном. И участившееся дыхание...

— Это от жары, — отрезаю я.

— Ладно-ладно, — бывший поднимает руки в примирительном жесте, но его глаза продолжают

насмешливо поблескивать. — Я просто хотел присоединиться... к твоему заплыву, — Князев

медленно снимает футболку, демонстрирует отличное тело.

Я отворачиваюсь, надеваю шлепки, беру свои вещи и иду к дому.

— Ты куда это? — Князев преграждает мне путь у бортика бассейна.

— Я уже поплавала, — смотрю прямо ему в глаза.

— Лерочка, да ты избегаешь меня... Не надо бороться с собственными желаниями, — томным

голосом произносит бывший.

— Ты прав, — так же томно отвечаю, облизываю губы, наблюдая, как Князев хищно следит за

каждым моим движением... И резко толкаю его в грудь.

Князев падает с грохотом в бассейн. Вода вокруг него бурлит, по поверхности расходятся

круги. Князев выныривает, отфыркиваясь и тряся головой. Выражение лица — смесь удивления и

возмущения.

— Какого черта?! — он озирается по сторонам.

Зрелище настолько комичное, что я не могу сдержать смех. Весь его лоск, вся его

самоуверенность — всё смыто этим нелепым падением.

— Не вижу ничего смешного, — рычит он, подплывая к бортику.

— А я вижу, — едва выговариваю сквозь смех. — Ты же хотел поплавать? Остынь, Саш, — говорю

с усмешкой и направляюсь к дому, чтобы подготовиться к свиданию с Давидом.

Глава 15. Валерия

Глава 15. Валерия

Глава 15. Валерия

Черное короткое платье идеально облегает фигуру, подчеркивая каждый изгиб. Провожу ладонью

по мягкой ткани, разглаживая невидимые складки.

Глубокий V-образный вырез спереди подчеркивает грудь. Открытая спина добавляет образу

пикантности. Платье сидит как влитое — будто создано специально для меня.

Поворачиваюсь перед зеркалом, придирчиво изучая отражение. Длина — чуть выше колена —

идеально подчеркивает стройные ноги. Тонкие бретельки изящно лежат на плечах.

Поправляю распущенные волосы, которые слегка выгорели на солнце.

Последний штрих — надеваю любимые босоножки на высоком каблуке. Теперь образ полностью

завершен. Я готова встретиться с Давидом.

От одной мысли о предстоящей встрече сердце совершает немыслимый кульбит, а в животе

порхают бабочки, как у влюбленной школьницы. Мне нравятся наши отношения — легкие и

невероятно страстные.

Властный взгляд Давида, его уверенные движения, легкая полуулыбка, от которой подкашиваются