Путешественник (ЛП) - Юань Е - Страница 161

…………

Округ Восточный Честер. В роскошных покоях одного необъятного загородного поместья.

Одри, изящно скрестив ноги, восседала перед туалетным столиком. Девушка с головой ушла в размышления, вновь и вновь прокручивая в памяти суровые напутствия господина «Повешенного» и леди «Отшельник».

Лишь благодаря предостережениям этих двух прожженных, опытных Потусторонних на нее снизошло пугающее озарение: верхушка Алхимии Психологии почти стопроцентно была в курсе того, что через метод «самовнушения» можно играючи просочиться в сновидения, исследуя скрытые глубины личного подсознания и бездонный океан коллективного бессознательного!

«А то, что они благоразумно умолчали об этом фокусе, имеет лишь одно объяснение: для „Психиатра“ подобные вылазки таят в себе воистину фатальную угрозу. Одному богу известно, сколько их собратьев уже навеки сгинуло в тех лабиринтах… Но ведь могли бы хоть намекнуть, уберечь от беды! Ах да, в их глазах я всё еще топчусь на жалкой восьмой ступени „Телепата“, и таланты к „самовнушению“ мне попросту недоступны. А раз так, то и сотрясать воздух лишними страшилками совершенно ни к чему…» — наконец-то распутав этот клубок противоречий, с облегчением выдохнула Одри.

Девушка уже было потянулась к колокольчику, дабы впустить Сьюзи и хоть немного развеять горький осадок разочарования, как вдруг мир перед глазами поплыл. Густая, клубящаяся серая мгла вырвалась из ниоткуда, в мгновение ока поглотив всё пространство вокруг.

И в самом сердце этого бесконечного тумана, на высоком кресле вальяжно восседал знакомый силуэт. Взирая на нее с недосягаемой, божественной высоты, он произнес:

— Не лезь на рожон с безрассудными экспериментами.

Не успела Одри даже опомниться, пытаясь осознать происходящее, как ее слух вновь резанул тот самый низкий, исполненный первобытного величия баритон:

— Если в лабиринтах грез тебя настигнет смертельная угроза, вознеси молитву моему имени.

Вознести молитву Вашему имени⁈ Изумрудные глаза Одри распахнулись от непередаваемого шока, а душу мгновенно затопила пьянящая, бьющая через край эйфория:

— Будет исполнено, господин Шут!

Видя, что мисс «Справедливость» ни на йоту не усомнилась в Его словах, а напротив, сияет от бурного, неконтролируемого восторга, Клейн беззвучно, с колоссальным облегчением выдохнул и с мягкой усмешкой добавил:

— На древнем гермесе.

Едва эти слова растворились в воздухе, как силуэт владыки стремительно поблек, а окутывающая его серая мгла испарилась без следа.

Одри застыла в оцепенении на пару долгих секунд, после чего торопливо, до побеления стиснула губы, до смерти боясь проронить восторженный визг и разрушить элегантную стать.

«Сам господин Шут снизошел с небес, дабы лично предостеречь меня! Более того, Он даровал мне священное право взывать к Нему прямо во сне!» Одри, не в силах совладать с бушующими эмоциями, принялась суетливо мерить шагами комнату. В эту самую минуту она железобетонно уверовала в то, что является подлинной, истинной Избранницей божества.

Разумеется, суровый наказ господина Шута накрепко впечатался в её рассудок. Юная леди твердо решила: сперва она выудит все возможные тайны из недр Алхимии Психологии, обрастет фундаментальными знаниями, и лишь во всеоружии, подготовив безупречный плацдарм, вновь ступит на эту зыбкую тропу.

Уголки ее губ медленно поползли вверх. Хаотично, в порыве бьющей через край радости начертив на груди непонятную фигуру, девушка беззвучно прошептала:

— Да пребудет со мной благословение господина Шута~

…………

Тем временем в чертогах над серой мглой Клейн переключил мысли на совершенно иную заботу:

Та самая рыжеволосая Элен, за чью голову отваливают баснословный куш в тысячу фунтов, каким-то непостижимым образом оказалась связана с «Вице-адмиралом Болезнь» Трейси!

«Эта пиратка прибрала к рукам флотилию покойного Килангоса и переименовала флагман в „Черную смерть“. А ведь Килангос в свое время захватил в плен одного толстосума по имени Джимми Нек… Тот купец еще раньше раздобыл часть древних манускриптов, связанных с богом Смерти и извлеченных прямиком из усыпальницы Баламской династии… Эту зацепку мне удалось выудить из памяти „Кошмара“, заточенного в „Ползучем голоде“, и она определенно сослужит добрую службу мистеру Азику. Я и так планировал при случае порыть в этом направлении…» — к поискам рыжеволосой Элен у Клейна прибавился совершенно новый, куда более интригующий мотив.

Изначально сыщик собирался ограничиться лишь услугами волшебного зеркала Арродеса, но теперь вознамерился пустить в ход еще и агентурную сеть прихожан «Морского бога».

«Нисходить с божественными откровениями ради жалкой тысячи фунтов — занятие, несомненно, роняющее статус владыки. Но раз уж в деле замешана фигура калибра пиратского адмирала, то с горем пополам можно напустить туману, чтобы паства узрела в этом некий глубоко затаенный, глобальный замысел…» — Клейн силой мысли соткал из пустоты фотографию рыжеволосой Элен и взмахом руки призвал к себе «Скипетр Морского бога».

Юноша благоразумно отказался от идеи вещать оракул сразу на всех прихожан — подобная массовая рассылка грозила обернуться для его духовности совершенно неподъемным бременем.

Тщательно отсеяв паству, он выбрал лишь верхушку повстанцев: Карата, Эдмонтона и еще нескольких лидеров. На фоне ревущих, вздымающихся до самых небес штормовых волн владыка глухим, вибрирующим басом изрек:

— Отыщите её. Защищайте пуще собственной жизни.

— Остерегайтесь головорезов Трейси.

Не удостаивая смертных никакими лишними пояснениями, Клейн расщепил эту монументальную сцену вкупе с портретом рыжеволосой красавицы на несколько сияющих сгустков и небрежным жестом метнул их прямиком в соответствующие пульсирующие искры.

Глава 573

Суровая реальность учит жизни

Остров Синей Горы, непролазные джунгли. Секретная база Сопротивления.

Карат, прикованный к инвалидному креслу, вскинул лысую голову. Взглянув на льющиеся сквозь проем пещеры солнечные лучи, он не смог скрыть плескавшуюся в глазах искреннюю радость.

Предводитель повстанцев кристально ясно ощущал: с того самого мига, как Господь вновь снизошел на землю и даровал им десять заповедей, всё в корне изменилось. Кровавый хаос остался в прошлом. Теперь божество то и дело ниспосылало своей пастве исполненные мудрости откровения и, опираясь на всеведение, начало активно вмешиваться в расклад сил на морских просторах. Господь явно вознамерился поддержать Сопротивление, желая провести всех жителей архипелага Ротсид по тернистой, тяжкой тропе прямиком к спасительному рассвету.

«Быть может, именно в этом и кроется подлинный смысл возвращения на твердь земную…» — мысленно резюмировал Карат, прокручивая в памяти недавнее божественное откровение. Инвалид предположил, что та самая рыжеволосая Элен — это важнейший рычаг, способный пошатнуть позиции «Вице-адмирала Болезнь» Трейси, перекроить баланс сил в океане и даже разрушить хрупкий паритет между державами. И лишь когда весь мир охватит бушующий хаос, у порабощенных ротсидцев появится реальный шанс вырвать свободу!

Глубоко вздохнув, повстанец сноровисто подготовил алтарь, вознес молитву «Морскому богу» и с поразительной точностью скопировал на бумагу портрет Элен.

Покончив с ритуалом, он на одних инстинктах покосился в сторону, и лицо его исказилось от весьма противоречивых чувств.

Именно там, в соседнем крыле, квартировал верховный жрец Церкви Морского бога вкупе с прочими духовными лидерами, некогда составлявшими верхушку Сопротивления.

И пусть эти старцы не смели перечить божественным приказам, действительно согласившись на грандиозные перемены, во многих мелочах они по-прежнему безнадежно вязли в прошлом. Косные, упрямые, закосневшие в первобытной дикости, они категорически противились переходу к более цивилизованным канонам веры… «Будут и дальше упираться рогом — однажды Господь попросту отвернется от них…» Карат едва удержался от злорадной усмешки, однако вслед за ней душу внезапно затопила щемящая, тяжелая тоска.