"Зарубежный детектив 2026-4". Компиляция. Книги 1-9 (СИ) - Аспе Питер - Страница 312

— Памела, — голос доктора был тверд как сталь.

— Вот именно. Памела Поттер. Инспектор Дафф, позвольте представить вам доктора Лофтона. Вероятно, доктор сможет сообщить вам гораздо больше подробностей. И о покойном, и обо всей группе. Он ее руководитель.

— Руководитель? — удивился Дафф.

— Руководитель тура, — пояснил Кент.

— Какого тура? А-аа! Так покойный находился в группе туристов, где вы исполняли роль гида?

— Ну, гидом я бы себя не назвал, — поморщился Лофтон. — Хотя до известной степени приходится брать на себя и такие обязанности. Неужели вы никогда не слышали, инспектор, о туристской компании «Вокруг света с Лофтоном»? Вот уже пятнадцать лет я организую кругосветные путешествия в содружестве с туристским бюро «Номад».

— К несчастью, никогда не слышал ни о «Номаде», ни о вашей фирме. Выходит, мистер Хью Моррис Дрейк отправился в кругосветное плавание под вашим руководством?

— Не совсем так, — вновь поправил инспектора Лофтон. — Кругосветное плавание означает, что человек путешествует на одном и том же судне. Причем обычно путешествует сразу большая группа туристов. У меня совершенно иная практика: много разных судов, много разных поездов и относительно малое число участников.

— Что вы подразумеваете под «относительно малым числом»?

— В этом туре, например, у меня только семнадцать участников. То есть, было семнадцать. Теперь шестнадцать.

Инспектор Дафф хмыкнул:

— Для меня шестнадцать это как раз относительно большое число. Вы доктор медицины?

— Нет. Доктор философии. У меня несколько научных званий…

— А до сегодняшнего дня у вас были какие-либо хлопоты с этой группой? Возможно, какой-либо малозначительный инцидент, ссора, вспышка ревности, старые счеты?

— Ничего похожего! — жестко отпарировал Лофтон. — Абсолютно ничего. Тем более, что погода во время плавания была просто ужасной, и у нас даже не было возможности как следует познакомиться друг с другом. Когда в понедельник группа прибыла в этот отель, мы все еще были практически теми же чужими людьми, что покинули Нью-Йорк. Правда, мы успели совершить здесь несколько экскурсий, но, право же, это слишком мало, чтобы судить о настроениях группы…

Постепенно спокойствие доктора уступило место явному волнению, даже лицо его покрыл румянец.

— Инспектор, я очутился в ужасной ситуации. Под угрозой дело всей моей жизни, моя высокая репутация, за которой стоит пятнадцать лет непрестанных усилий! Это роковое убийство способно уничтожить все. Поэтому умоляю вас не начинать с концепции о виновности кого-либо из членов группы. Это совершенно немыслимо! Дрейка убил какой-то местный маньяк, кто-то из гостиничной прислуги, наконец…

— Давайте не будем впутывать в ваши дела мою прислугу, — перебил разгорячившегося доктора Кент. — В этом отеле работают только досконально проверенные служащие, и работают по многу десятков лет.

— Хорошо, пусть не прислуга, пусть кто-то с улицы, — охотно согласился Лофтон. — Но в любом случае это не мог быть член моей группы. Я тоже предъявляю очень высокие требования к составу групп: со мной едут только порядочные люди. Самые порядочные! — он умоляюще тронул Даффа за рукав. — Прошу меня простить за некоторую экзальтированность, инспектор. Я понимаю, что вы будете действовать беспристрастно. Но поймите и ситуацию, в которой я внезапно очутился!

— Понимаю, — кивнул Дафф. — И сделаю все возможное, чтобы помочь вам. Поэтому мне необходимо как можно скорее услышать показания участников всей группы. Их следует срочно собрать в одном из салонов отеля.

— Попытаюсь, — поднялся с кресла Лофтон. — Некоторые еще могут быть на утренней прогулке, но к десяти все так или иначе соберутся, поскольку в десять сорок пять мы должны выехать с вокзала Виктория, чтобы успеть на дневной паром Дувр-Кале.

— Должны были выехать, — поправил его инспектор.

— Да, теперь это уже вряд ли получится, — вздохнул доктор. — Что же теперь будет?

— Сейчас мне еще трудно сказать. Увидим. Пойдемте наверх.

Не ожидая согласия, он быстро направился к лестнице. Лифтер, не упустивший случая похвастаться своими многочисленными правнуками, церемонно доставил их на третий этаж.

В дверях двадцать восьмого номера Дафф столкнулся с Хэйли.

— Привет, старина! — они пожали друг другу руки. — Заходи!

Дафф вошел в большую спальню, где сильно пахло магнезией от частых фотовспышек. Если бы в эту комнату вошла королева Виктория, ее ничуть не удивила бы обстановка, — она почувствовала бы себя как дома, сняла бы чепец и уселась на низеньком диванчике с колесиками. Здесь все было как в минувшем веке. Широкое ложе стояло в алькове вдали от окон. На ложе распростерлось тело старого человека. По оценке Даффа человеку было под семьдесят. Даже не будь на шее старика туго затянутого чемоданного ремня, было ясно, что смерть настала от удушья. Быстрый взгляд детектива отметил также, что смерти предшествовала короткая борьба. Дафф стоял без движения, оглядывая поле предстоящей ему битвы. За окнами спальни медленно поднимался туман, а снизу доносилась незатейливая мелодия, исполняемая одним из бесчисленных уличных оркестров Лондона.

— Полицейский врач был? — спросил Дафф.

— Был, — подтвердил Хэйли. — Написал рапорт и сразу ушел. Говорит, что смерть наступила около четырех часов тому назад.

Дафф подошел к умершему и осторожно, чтобы не стереть возможные следы, снял с его шеи ремень. Затем вручил его дактилоскописту и приступил к тщательному осмотру останков мистера Хью Морриса Дрейка из Детройта. Подняв левую руку старика, он распрямил сжатые в кулак пальцы и вскрикнул от удивления: на ладони тускло поблескивали три звена от платиновой часовой цепочки с крохотным ключиком на конце!

Подошел Хэйли. Оба склонились над находкой, которую Дафф бережно уложил на платок. С одной стороны ключика виднелся номер «3260», с другой было выбито название фирмы-изготовителя: «Сейфы Дитрих. Кантон, Огайо». Дафф перевел взгляд на застывшее лицо покойного.

— Бедняга, — с сочувствием заметил он, — в последний момент своей жизни он все же попытался нам помочь. И помог.

— Да, это уже кое-что, — согласился Хэйли.

Дафф задумчиво посмотрел на него.

— Может быть… Но на мой вкус все это выглядит как-то уж слишком по-американски. Особенно для инспектора лондонской полиции. — Он опустился на колени перед постелью и начал внимательно осматривать пол.

Кто-то вошел в комнату, но Дафф был в тот момент слишком занят, чтобы оторвать взгляд от лакированной поверхности. А когда, наконец, сделал это, то мгновенно вскочил на ноги, отряхивая от пыли брюки. В центре спальни перед ним стояла стройная прелестная девушка, наделенная парой самых синих глаз, какие Дафф когда-либо видел.

— Э-ээ… Доброе утро, — несколько растерянно произнес Дафф.

— Доброе утро, — услышал он в ответ мелодичный голос. — Меня зовут Памела Поттер. Это был мой дед. А вы, вероятно, из Скотленд Ярда? Я вам нужна?

— Разумеется! — быстро подтвердил инспектор.

Американка выглядела спокойной, но в уголках ее похожих на фиалки глаз все еще виднелись следы слез.

— Ваша мать тоже находится здесь, в Англии?

— Мама совершенно разбита горем. Может быть, она тоже придет, но позднее. Пока вам придется располагать только мной. Что бы вы хотели узнать?

— У вас нет каких-то догадок относительно причин случившегося?

Девушка энергично покачала головой.

— Абсолютно никаких. Мне вообще трудно в это поверить. Он был самым добрым человеком на свете, никогда не имел врагов, — просто абсурд какой-то…

С Кларджес-стрит продолжали доноситься мелодии уличного оркестра. Дафф резко повернулся к одному из своих людей.

— Закройте окно! Вашего деда можно отнести к известным людям Детройта? — снова обратился он к девушке.

— Конечно, его там хорошо знали на протяжении многих десятков лет. Он был там в числе пионеров автомобильного производства. Правда, пять лет тому назад он отошел от активного руководства своей фирмой, но сохранил пост в контрольном совете. Последние годы его более привлекала благотворительная деятельность. Он раздавал сотни тысяч долларов. Его любили в городе. Любили все.