"Зарубежный детектив 2026-4". Компиляция. Книги 1-9 (СИ) - Аспе Питер - Страница 276

— Я поняла это, к сожалению, слишком поздно. Мне бы следовало остаться в Голливуде и не бросать своей работы.

— Но, дорогая, ведь ты счастлива с Вильки!

— Разумеется. Я все еще тщетно пытаюсь примириться с ним.

Вильки пожал плечами.

— Не принимайте этих слов всерьез, Шейла. Просто Рита очень вспыльчива.

— Разумеется, я вспыльчива. Хотелось бы мне посмотреть на женщину, которая не стала бы вспыльчивой, имея такого мужа. Ты не знаешь, Шейла, какой он фантазер! Шекспир по сравнению с ним — ничто. Ах, если бы он согласился расстаться со своей профессией и принялся бы за сценарии. Шейла, расскажи мне о Голливуде, ты не подозреваешь, как я тоскую о нем!

— Мы еще успеем поболтать о Голливуде. Кое-кто из гостей собирается идти купаться. Может быть, ты хочешь присоединиться к ним?

— О, нет. Мне так надоели эти купания, что становится дурно при одном взгляде на ванну.

В холле раздались шаги, и в комнату вошел Аллан Джейнс, выглядевший очень элегантно в смокинге. Следом за ним сверху спустились Джим с Юлией в купальных халатах и с явным неудовольствием подчинились необходимости познакомиться с гостями Шейлы.

— Где мисс Диксон? — осведомился Джим.

— Не имею понятия, — ответила Юлия. — Она вечно опаздывает.

— Значит, в состязании придется принять участие только нам, — засмеялся он и бросился бежать.

Юлия последовала за Джимом.

— Какой красивый юноша, — заметила Рита. — Не пойти ли и нам на пляж?

— На пляж? В такой одежде?

— Я могу снять ее.

— Придется пойти, — вздохнул Вильки.

Шейла, рассмеявшись, обратилась к Аллану:

— Бедный Вильки очень ревнив. Увы, у него имеются на то основания, или, во всяком случае, имелись ранее.

Джейнс приблизился к Шейле.

— Мне хотелось бы порадовать вас, — сказал он, протягивая ей букет, — но, по-видимому, я опоздал. Вы уже прикололи цветы.

Шейла бережно положила цветы на стол.

— Спасибо, Аллан.

— Я надеюсь, — продолжал он нерешительно, — что в этом не таится особого смысла. Я не могу жить без вас.

Она взглянула на него.

— И все же вам придется примириться с этой мыслью. Мне очень жаль, но я не могу выйти за вас замуж.

— Так значит, это правда?

— Что правда?

— То, что мне сообщил ван Горн. Вы вызвали сюда какого-то шарлатана, чтобы он решил, выходить ли вам замуж за меня. И он отсоветовал вам!

Шейла, не проронив ни слова, отвернулась.

— Я бы примирился с этим, если бы мог усмотреть в этом хоть один разумный довод. Но я не допущу, чтобы мы расстались из-за чьих-то дурацких пророчеств. Когда я думаю о нашем путешествии и о том, что вы ответили на мою любовь…

— Так оно и было, — печально ответила Шейла.

— В таком случае…

— Прошу вас, Аллан, — прошептала она, — не предпринимайте ничего. Ведь это решение принято ради вас. Поверьте, вы не могли бы быть счастливы со мною…

— Это он уверил вас в этом?

— Да, Тарневеро так сказал. Но он повторил лишь то, что мне было ранее известно. Невозможно перечеркнуть то, что было в прошлом.

— Я ведь сказал, что ваше прошлое меня не интересует!

— Но ведь вы ничего не знаете о нем, Аллан. Поверьте, я желаю вам блага и не хочу, чтобы из-за меня ваше имя оказалось запятнанным. Прошу вас, Аллан…

— Я ничего не желаю знать! — воскликнул он. — Я люблю вас и хочу заботиться о вас. Поймите, Шейла, в полночь я должен уехать. Забудьте о том, что вам сказал этот плут. Я не могу понять, как вы можете верить ему… Забудьте о нем и скажите «да»…

Шейла покачала головой.

— Нет, я не могу.

Джейнс окинул ее долгим взглядом и, не проронив ни слова, направился к двери.

— Куда вы?

— Не знаю, — ответил он глухим голосом. — Мне следует подумать. Я не могу сейчас никого видеть. Мне необходимо побыть одному. Быть может, я вернусь.

Шейла схватила его за руку.

— Аллан, мне так грустно… Я так несчастна…

Он обнял ее.

— Я знаю, вы любите меня. И я буду бороться за вас. — Взгляд его упал на приколотые к платью орхидеи. — И я не отдам вас никому!

С этими словами Джейнс выбежал из гостиной.

Шейла опустилась в кресло. Она чувствовала себя глубоко несчастной, и это была не игра. Но через мгновение она овладела собой и взглянула на часы. Три четверти восьмого… Шейла поспешно направилась на террасу. Луна еще не взошла, сад и пляж были погружены во мрак. Издали доносились радостные возгласы Юлии и Джима, бросавшихся навстречу волнам.

Аллан почти вбежал в отель. В холле он чуть не налетел на любезно расплывшегося в улыбке швейцара, миновал стенд, у которого покупал цветы Шейле, и поднялся по лестнице.

Холл отеля был великолепен. Огромные сводчатые окна напоминали декоративные панно, на которых красовалась тропическая зелень. Но Джейнс не воспринимал в эти мгновения ничего. Он направился к Тарневеро, который о чем-то беседовал с пожилой супружеской четой, по-видимому, туристами.

— Встаньте! — приказал Джейнс, подойдя к мужчине почти вплотную.

Тарневеро равнодушно поднял глаза на Аллана.

— Я думал, вы будете вежливее, — спокойно сказал он, — но, видимо, я ошибся.

— Встаньте и ступайте за мной, мы должны поговорить.

Тарневеро бросил несколько слов своим собеседникам и последовал за Алланом.

— Что все это значит? — спросил он, останавливаясь в дверях.

— Я требую объяснений, — прошипел Джейнс.

— Каких объяснений?

— Я просил руки мисс Шейлы Фен. У меня были основания полагать, что она примет мое предложение. Сегодня она обратилась к вам за советом, несмотря на то, что вы никакого отношения к этому не имеете. И вы посоветовали ей ответить мне отказом.

Тарневеро пожал плечами.

— Я никогда не беседую с посторонними людьми на темы, затрагивающие интересы моих клиентов.

— Вам все же придется поговорить со мной, и я попрошу вас свыкнуться с этой мыслью.

— А зачем? Ведь я говорю своим клиентам только то, что вижу в хрустальном шаре.

— Глупости! — воскликнул Джейнс. — Вы говорите то, что вам вздумается. Почему вы отсоветовали мисс Шейле выходить за меня замуж? Уж не влюблены ли вы в нее сами?

Тарневеро улыбнулся.

— Мисс Фен, несомненно, обворожительна…

— В вашем подтверждении это обстоятельство не нуждается.

— Несомненно, она обворожительна, но я не питаю каких-либо чувств к своей клиентке. Мой совет был вызван исключительно тем, что я не смог бы назвать будущий брак мисс Фен счастливым.

В его голосе внезапно появились металлические нотки.

— Не знаю, поверите вы мне или нет, но этим советом я оказал вам услугу.

— В самом деле? — иронически воскликнул Аллан. — Но я не нуждаюсь в услугах шарлатана и обманщика.

Лицо Тарневеро залила краска.

— Полагаю, что не имеет смысла продолжать нашу беседу, — коротко бросил он, намереваясь уйти, но Джейнс схватил его за руку.

— Вам все же придется продолжить ее. Вы немедленно отправитесь к мисс Фен, признаетесь, что вы мошенник, и откажетесь от сказанных ей сегодня утром слов.

Тарневеро отбросил руку Аллана.

— А если я этого не сделаю?

— Тогда я так разделаюсь с вами, что вы долго будете меня помнить!

— Я никуда не пойду.

Джейнс замахнулся, но сзади кто-то схватил его за руку. Он круто повернулся и увидел перед собой Вала Мартино. Рядом с режиссером стоял безукоризненно одетый ван Горн.

— Это вы оставьте, дружище, — сказал режиссер. — Право, подобные выходки вам не к лицу.

Некоторое время все четверо молча смотрели друг на друга. Затем появилось пятое действующее лицо — очень полный китаец в смокинге.

Тарневеро подозвал его.

— Прошу вас, инспектор Чан!

Чарли приблизился.

— Ах, это вы, мистер Тарневеро?

— Позвольте вам представить мистера ван Горна, мистера Мартино и мистера Джейнса. А это инспектор Чан из полицейского управления.

Чан поклонился с грацией, почти невероятной при его полноте.

— Какая неожиданная честь! И какое изысканное общество!