"Зарубежный детектив 2026-4". Компиляция. Книги 1-9 (СИ) - Аспе Питер - Страница 124

Но в сердце Джона не было сочувствия ни к Дэну, ни к кому бы то ни было. Молодого человека переполняла досада, что он позволил втравить себя в скверную историю.

Спустившись на первый этаж, они обнаружили, что дверь кухни распахнута настежь, а окно выбито. Должно быть, кто-то очень спешил покинуть дом.

– Надо срочно заявить в полицию, – произнес Джон.

– Нет, не стоит… Завтра я распоряжусь, чтобы вставили стекло. Мы не смогли выполнить просьбу Дэна. Не думаю, что теперь ты сможешь рассчитывать у него на теплый прием.

– Должен вам сказать, меня это совершенно не волнует!

– Как тебя угораздило упустить этого парня? Тебе следовало…

– Все произошло слишком неожиданно. Надеюсь, вы не хотите сказать, будто считаете меня трусом?!

– Извини, я вовсе не хотел тебя обидеть.

– Похоже, перед отъездом мне стоило как следует заняться боксом.

Заехав в аптеку, где Джону оказали помощь, они вернулись домой. Там их ожидала гостья. Воздушное создание, окутанное облаком тюля, оказалось Барбарой, дочерью Дэна.

– Каким счастливым ветром тебя занесло? – воскликнул Роджер при виде племянницы.

– Приехала на автомобиле из Берлингэма, дядюшка, – отвечала прекрасная гостья. – А завтра утром буду уже на «Президенте Тайлоре»…

– Позволь представить тебе Джона Уинтерслипа, твоего кузена. Право же, он заслуживает, чтобы ты его поцеловала, этот вечер был для него просто ужасен.

Безо всяких предисловий девушка поцеловала Джона в щеку. Для него это стало еще одной неожиданностью.

– Исключительно в честь знакомства! Дядюшка писал, что ты тоже плывешь на «Президенте Тайлоре», вот замечательно! Дядя Роджер, а куда ты повезешь нас сегодня?

– Никуда: уже поздно и всем пора спать, – попытался возразить пожилой джентльмен.

– Сейчас всего-то двенадцать! Едем же развлекаться!

Несмотря на то что Джону больше всего на свете хотелось поскорее уснуть, он не смог противостоять такому решительному напору. Все трое вышли из дома и заняли места в автомобиле.

До сих пор Джон считал итальянские и французские рестораны недостойными своего внимания, не говоря уже о китайских и мексиканских. Но в эту ночь он отважно принял участие в турне по этим заведениям и даже снизошел до того, чтобы попробовать некоторые из национальных блюд. В довершение всего он протанцевал с Барбарой не менее тысячи миль. Когда девушка заявила, что она устала и пора домой, было уже три часа ночи.

Подойдя к Джону пожелать ему спокойной ночи, девушка спросила:

– А что с вашим лицом?

– Ничего страшного, – отвечал он, осторожно дотрагиваясь до щеки. – Похоже, Дикий Запад начинается здесь, в Сан-Франциско.

Перед глазами засыпающего Джона мелькали обрывки разнообразных впечатлений сегодняшнего дня. Он видел сияющее от солнца море, медленно тонущую коробку с цилиндром, прекрасную черноглазую незнакомку, потом Барбару… Затем все заслонило видение шкатулки с таинственными инициалами, и юноша окончательно отбыл в царство Морфея.

Глава IV

Неприятный попутчик

На следующий день, когда Джон с Барбарой стояли на пристани, от которой отходил «Президент Тайлор», к ним приблизился широкоплечий мужчина в белом костюме. Барбара представила парней друг другу:

– Познакомьтесь: Джон Уинтерслип из Бостона; Гарри Дженнисон, мой друг.

Новый попутчик был просто вызывающе красив. Белокурые вьющиеся волосы, дочерна загорелое лицо и серые глаза, самодовольно разглядывающие окружающий мир. Именно на таких мужчин оборачиваются все женщины, храня их образ в своем сердце. Рукопожатие его было под стать внешности – сильное и напористое.

– Значит, вы тоже плывете на «Президенте Тайлоре»? Замечательно! Думаю, мы сумеем развлечь нашу даму.

Пароход медленно отходил от пристани, на палубу бросали конфетти и серпантин, оркестр на палубе заиграл «Алоха Оэ» – трогательную и меланхолическую гавайскую песню, которая как нельзя лучше подходила для прощания. Джон стоял у самого борта, его пожилая соседка не таясь вытирала слезы:

– Боже мой, в который раз уезжаю из Сан-Франциско – и всякий раз плачу…

В первый же день Джон понял, что Барбара и Гарри не особенно нуждаются в его обществе, и счел за лучшее проводить время за чтением на палубе или у себя в каюте. Большую часть книг, которые вез с собой, он подарил новому знакомому – стюарду Боукеру. Как выяснилось, они учились в одном и том же университете.

– Я окончил его в 1901 году, а затем десять лет отработал в бостонской «Газетт» репортером, редактором, некоторое время был даже издателем, – рассказывал тот. – Прекрасное было время! А теперь газеты печатают все без разбора, лишь бы это подняло тиражи, поэтому многие талантливые и честные люди оказались никому не нужны. Я далеко не единственный, кого постигла такая печальная судьба. Одним словом, сэр, если я могу вам быть чем-то полезным, всегда к вашим услугам.

Вечером того дня Джон снова сидел в уединении на палубе. Мимо него проскользнули Барбара и Дженнисон, тесно прильнувшие друг к другу. Судя по всему, развлекать кузину ему не понадобится…

Глава V

Семейная тайна

В последующие дни ничего не изменилось. Барбара проводила все время с Дженнисоном; всякий раз, оказавшись рядом с кузиной, Джон тут же начинал чувствовать себя лишним.

К тому же из-за шторма путешествие немного затягивалось. Вместо вечера понедельника прибытие в Гонолулу ожидалось самое раннее во вторник. От скуки Джон разговорился с миссионером, который тоже следовал на тихоокеанские острова. Узнав, что перед ним родственник Дэна Уинтерслипа, тот поведал удивительную старую историю.

– Это было годах в восьмидесятых, я тогда служил в миссии на Апианге – небольшом островке из архипелага Джильберта. Однажды утром к нашему острову причалил бриг, который назывался «Дева из Шайло». С него спустили шлюпку, в которой было несколько человек и сосновый гроб. Офицер, который был там за главного, представился мне как старший офицер Уинтерслип. Он сказал, что их капитан недавно умер и они собираются исполнить его последнюю волю – похоронить на суше.

– Значит, здесь покоится Том Брэд? – спросил я его.

Офицер молча кивнул в знак согласия. Я прекрасно знал и корабль, репутация которого была черней тропической ночи, и его капитана – закоренелого авантюриста, пирата и работорговца. Таким образом я узрел печальный финал этого негодяя…

– Работорговца? Не может быть! – недоверчиво воскликнул Джон.

– Вы в Бостоне и понятия не имеете о таких вещах, – рассмеялся миссионер. – Это хозяин судна, которое поставляет рабочих на плантации. А то, что в большинстве случаев они едут туда вовсе не добровольно, никого не волнует. К счастью, это омерзительное ремесло уже отошло в прошлое. А вот в восьмидесятых оно процветало…

– А что было дальше?

– Уинтерслип и его подчиненные принялись рыть могилу на берегу под кокосовой пальмой. Я подошел к ним и предложил прочесть заупокойные молитвы. Несмотря на иронию, с которой старший офицер воспринял мои слова, я напутствовал душу этого нераскаявшегося грешника. После Уинтерслип позавтракал у меня, и я приложил все силы, чтобы уговорить молодого человека оставить это гнусное ремесло. В конце концов он пообещал мне, что это будет его последний рейс. Он отведет судно в Сидней и посвятит себя более достойному занятию. Насколько я понял, мои уговоры все же подействовали… Однако уже поздно, спокойной ночи, сын мой, – с этими словами миссионер удалился к себе в каюту.

– Как наивны бывают некоторые, – вмешалась в разговор сидящая рядом пожилая дама. – Мне тоже доводилось слышать о Дэне Уинтерслипе. Если он и сменил занятие, то лишь потому, что нашел более выгодное, – ядовито заметила она.

Джон поднялся и, ледяным тоном пожелав ей спокойной ночи, отошел в сторону. Там к нему сразу же приблизился Боукер.

– Подходим, сэр! Уже можно видеть огни гавани. Впрочем, в девять вечера Гонолулу полностью вымирает. Никакой цивилизации! Мистер Уинтерслип, позвольте дать вам совет как старому университетскому товарищу: не пейте околехо. Это такой национальный напиток. После нескольких глотков вы испытываете поистине райское блаженство. Но на следующее утро страдаете не меньше, чем грешники в аду.