Не открывай вампиру дверь! (СИ) - Ворон Светлана - Страница 34

Глава 46

Мне понадобилось некоторое время, чтобы осмыслить случившееся и сделать выбор, что теперь делать. Красный ободок радужки означал, что Шеридан больше не считает, сколько человеческой крови выпил, и ему плевать, что о нем подумают прохожие или что подумаю я. А если ему плевать, значит ли это, что он готов сменить оседлый образ жизни в моей квартире на свободное кочевничество с группой Филиппа? Променять меня на красотку-Каролину?

Запершись в ванной, я включила душ и опустилась на пол в мучительных раздумьях. Руки дрожали. Сердце отчаянно трепыхалось в грудной клетке. Мысли опутывала паника. Я столько раз обещала себе, что прогоню вампира, если он выйдет за рамки. А затем прощала, отодвигая границы слишком далеко, буквально шла на следку с совестью. Дальше уступать было некуда, и все же вот она я, не знаю, как мне поступить сейчас. Вновь простить обнаглевшего вампира или принять, наконец, тяжелое волевое решение?

Я больше не считала, что мы с Шериданом сможем и дальше быть вместе. Как это возможно, если он полностью переключился на кровь людей и больше не употребляет животную? Несколько месяцев назад я готова была выгнать его без единого сомнения. А теперь… что-то надломилось во мне. Знала, что должна. Сразу не сделала этого, уступила его обещаниям, в очередной раз поверила. Позже пожалела о своей слабости, но после драки, как говорится, кулаками не машут. Просто жила теперь по инерции и устало ждала, когда же закончится этот ужасный год, и Шед уйдет, а мне не придется больше терзаться виной.

- Я никого не убивал, Лекси, это был мертвый человек, - заявил он мне слегка раздраженным голосом, когда я упрекнула его в нарушении принципов.

Боль в груди не была такой острой, видимо, неосознанно я уже смирилась с тем, к чему все давно шло. Только не понимала, как это сочетается с его же словами, что подобный образ жизни ему претит.

Больше мы не заговаривали об этом. Небо не обрушилось на наши головы, земля под ногами не потрескалась, и ад не разверзся – как ни в чем не бывало, мы продолжили сосуществовать в моей крошечной квартире. Но все стало другим.

Мое осуждение было безмолвным и тихим. Ночью, когда Шед пришел в нашу постель с определенными намерениями, я оставалась холодной и инертной. Не намеренно. Не для того чтобы наказать вампира или заставить уступить мне. Просто во мне не осталось доверия, или парень больше не был таким привлекательным в моих глазах, как раньше.

- Ну, что за глупости? – сердился он, добиваясь от меня взаимности. – Лекси, это нелепо, я не совершил ничего плохого. Филипп просто отдал мне мертвеца, как всегда. Да, я выпил больше обычного, но я же не человек, не забывай. Для меня это норма. Если я голоден, почему я должен терпеть только потому, что тебе это не нравится? Если есть возможность напиться вдоволь, зачем мне ограничиваться несколькими глотками? Я хотел пить! Ты же мне не позволяешь… - говорил он в точности как алкоголик.

Случилось то, чего я всегда боялась. Шед менялся, менялись его взгляды, впитываемые несколько веков. Вседозволенность превращала его в монстра – в того, кем он и являлся по сути, от кого бабушка защищала наш мир, не подозревая, что он давно заселен ими. Шеридан сравнил искушение «жизнью здешнего вампира» с наркотиком. Что ж, он не удержался и попробовал свой запретный плод.

- Я вообще не понимаю, почему ты злишься! – возмущался он в ответ на мою обиду. – Какое тебе дело до моего морального облика, если ты все равно не собираешься разделить мое существование и уйти со мной?! Я хочу побыть настоящим вампиром, прежде чем вернуться домой. Мне выпал шанс, а я его бездарно упускаю! Все ради тебя, только мое самопожертвование тебе не нужно. Мы расстанемся через несколько месяцев. Позволь мне быть собой. Если хочешь, я сегодня же уйду, - закончил он глухим голосом, напряженно ожидая моего решения.

Но я не прогнала его. Должна была, но не стала. Наше совместное время и так утекало сквозь пальцы. Это было бы слишком эгоистично с моей стороны – поставить ему условие, но первой его нарушить. Это условие имело смысл, только если мы были бы вместе. Но раз расставание неизбежно, я не имела права принуждать Шеда отказываться от того, чего он так жаждет.

Поначалу казалось, что вскоре я его окончательно потеряю. Шед одичает, как те, другие, станет высокомерен и жесток. Он возвращался домой удовлетворенным, и красные ободки вокруг радужки становились ярче с каждым днем. Они тускнели и исчезали до следующего вечера, но на это уходило все больше и больше времени. Я уже не спрашивала, как он проводит ночи, не хотела знать подробностей. Только однажды напомнила, что «вампирские» глаза – не лучший способ затеряться среди людей.

Шеридан ничего не ответил, оставил мою реплику без внимания. Он исчезал все чаще, торопился вечерами на встречу с «друзьями». По возвращении всякий раз я видела его чуточку другим. Глаза фосфоресцировали сильнее, черты становились более заостренными и хищными, движения – быстрыми и опасными.

Во время занятий любовью, целуя меня в шею, вампир начинал дрожать и задыхаться, словно ему все труднее становилось сдерживаться. Жажда крови перевешивала сексуальное влечение. Иногда он замирал и напряженно закрывал глаза на несколько секунд, после чего приходилось начинать все заново.

- С ней у тебя наверняка никаких проблем нет… - сорвалось однажды у меня с языка, когда мы пытались обсудить его новую необъяснимую распущенность в сексе.

- С кем? – он сделал вид, что не понял.

Я поджала губы:

- С Каролиной.

Шеридан невесело рассмеялся. Его реакция была мне непонятна: это он признал, что я права, или удивлен, что я вообще так о нем подумала?

Повернувшись вполоборота, взглянула на вампира требовательно и решительно, ожидая исчерпывающего ответа. Давно пора было поставить этот вопрос ребром.

Глава 47

Моя всевозрастающая печаль не укрылась от Бет и Джулс.

- Что, кризис в отношениях? – усмехнулась Джулия, когда мы втроем выбрались в нашу любимую кофейню в обеденный перерыв.

Все эти маленькие происшествия не могли не сказаться на моем общем настроении. Жизнь напоминала весы, на которых чаша со злом уже почти переполнилась и потихонечку перевешивала чашу с добром.

Шед стал жестче и грубее, постоянно раздражался от всего «человеческого», подолгу охотился, больше и больше времени проводил с «друзьями». Я теперь боялась его появлений, вздрагивала от резких движений, всматривалась в черные глаза и страшилась снова увидеть в них то звериное выражение. Хотя ни разу с тех пор вампир не просил моей крови.

Я кивнула со вздохом, Джулс права. Я была всерьез озабочена ухудшающимися отношениями с Шериданом. Но сказать правду я, разумеется, не имела возможности, только придумать понятное подругам объяснение.

- Таким неуверенным в себе я привезла его сюда, доверчивым и воспитанным. А теперь, когда нашел престижную работу и стал зарабатывать приличные суммы, он изменился.

- Деньги портят человека, - глубокомысленно согласилась Бет. – С этим ничего не поделаешь.

- Это ужасно. Мне кажется, он уже не тот, с кем я начинала встречаться. Нашел себе новых друзей, и они на него плохо влияют.

Тут я ни капельки не слукавила.

- Может, тебе его отселить уже пора? – предложила Джулия, делая глоток ароматного кофе с корицей и сливками. – Пусть купит себе квартиру или снимет отдельную.

- Может, так и надо поступить, - поджала губы я, думая, что в таком случае я словно проиграю. Не слушала бабушку, впустила в наш мир монстра. Только мое присутствие все еще сдерживало его возросший аппетит. Страшно представить, как быстро исчезнут остатки цивилизованности, когда он окажется совершенно один, под влиянием «друзей». Тогда моя вина станет еще тяжелее, ведь он начнет убивать людей. Их смерти будут на моей совести. Поэтому я не могла сдаться. Не имела права.

- Кстати, когда ты познакомишь нас с ним? – весело пропела Бет, откусывая сладкий эклер.