Не открывай вампиру дверь! (СИ) - Ворон Светлана - Страница 33

- Мне не пришлось бы бояться, если бы ты не якшался с этими убийцами. Они просто не пришли бы ко мне домой! – парировала я.

- Нет! – вскричал он возмущенно, сжимая кулаки. – Именно потому, что я якшаюсь с ними, они и оставили тебя в покое.

Я открыла рот, но слова застряли в горле. Они что, заставили его что-то пообещать?

- У тебя с ними какой-то договор?

Очень надеюсь, что он заключен не с Каролиной, для которой Шеридан «сладенький». В голову так и лезли откровенные сцены, которые я представлять не хотела. Они увеличивали мой гнев. Изнутри сжигала ревность.

- Я пытаюсь убедить Филиппа и компанию последовать за мной, - признался взявший себя в руки Шеридан, наконец-то решивший хоть что-то мне объяснить.

- Зачем? – не думала, что они стали настолько друзьями. Или дело все-таки в Каролине?

- Если они уйдут, - Шед вновь откинул волосы с лица и поискал глазами свою резинку, валяющуюся обычно рядом с компьютером, - не будет причин беспокоиться, что о тебе кто-то знает.

Вот оно что. Приятно оказалось услышать, что моя безопасность так сильно его волнует. Но это также значило, что Филипп ошибся, и Шеридан готов меня оставить. Он собирался уйти, не важно, пойду я с ним или нет.

- И как? Твой мир заинтересовал их?

- К сожалению, нисколько, - закатил глаза вампир. – Кому захочется пить кровь из бутылок, зарабатывать себе на жизнь трудом, когда здесь они находятся на вершине пищевой пирамиды и могут развлекаться, как им вздумается?

- Да уж… - согласилась я не без содрогания, чувствуя, что конфликт между нами сходит на нет, и мне становится легче дышать. Я боялась, что за поведением Шеридана кроется иная причина, которая не придется мне по душе. Но если он водил дружбу с отбросами только ради меня, это совсем другое дело.

- Более того, они не хотели бы, как и ты, чтобы об этом месте узнали вампиры с моей стороны. Представь, что будет, если все четыреста тысяч ломанутся сюда, на невозделанные угодья? Наведут свои порядки, установят лимит…

Глава 45

- Изобилие и доступность корма, человеческая глупость развращают меня, даже если я не пользуюсь своими преимуществами. Трудно не поддаться искушению. Безнравственность и распущенность здешних вампиров, если не смотреть в глубину, выглядят очень соблазнительно. Такая жизнь очень привлекательна для моего рода. Полная свобода воли! Они не понимают, почему я отказываюсь от подарка, который приплыл мне в руки сам.

Слушать это было неприятно. «Безнравственность и распущенность соблазнительны», - он имеет в виду жажду крови или привлекательность Каролины?

- Что же тебя удерживает? – прошептала я потерянно.

Я думала, вдруг он признается мне в любви или назовет что-то хоть отдаленно на это похожее, но он лишь тускло приподнял уголки губ:

- Сам не знаю, - глаза при этом смотрели только на меня и медленно тлели тем самым чувством, которое я всегда принимала за привязанность. Однако теперь сильно сомневалась в этом.

Шеридан не был человеком, людские эмоции были к нему неприменимы. Мало ли какие мысли крутятся в его голове? Даже Филипп признал, что понятия не имеет, о чем парень думает. Откуда же взяться моей уверенности в себе? За пламенными взглядами могло скрываться что угодно.

- Ты не изменяешь себе, - прошептала я, поддержкой желая вселить в него веру, что он все делает правильно.

Пятьсот лет он существовал как вполне цивилизованный вампир, так что ему стоит продержаться еще полгода? Он сможет вернуться в свой мир прежним, не испорченным вседозволенностью. Я доверилась ему именно потому, что он никогда не был монстром, и не хотела, чтобы он стал обыкновенным убийцей и разочаровал меня.

Вампир медленно выдохнул. Так мучительно, словно был вовсе не так уравновешен, как пытался выглядеть. Словно что-то его тяготило.

Придвинув стул, я улыбнулась и потянулась за его рукой, намереваясь лаской вернуть мир между нами после ссоры. Но вместо того, чтобы успокоить вампира, я словно сорвала с него броню, и все, что накопилось у него внутри, темное и страшное, вырвалось на свободу и полилось неудержимой рекой.

- Я здесь – не я, Лекси, - слова вылетали с неприкрытой досадой, он больше не сдерживался и не пытался казаться хорошим. - Мне надоело быть не собой, скрывать то, что является естественной частью моей натуры. Осточертело голодать, постоянно контролировать себя, и дело не только в запахе крови, да я даже руку не могу пожать кому-то без риска привлечь внимание, – неподдельное отвращение на мгновение исказило его черты. – Я знаю, вы высокоразвитая цивилизация и все такое, но, Алекс, я не могу избавиться от ощущения, что живу среди корма и притворяюсь им!

- Не говори так… - я выпрямилась на стуле, ненавидя каждую секунду этого ужасного дня. Звезды, наверное, сошлись неправильно. Или просто пришел срок нам все выяснить, и признания ни меня, ни его совсем не радовали.

- Но это правда, - настаивал Шеридан хмуро. – Наличие интеллекта не сделало людей лучше. Умные и воспитанные в меньшинстве. Основная масса - убогая толпа, живущая ради примитивных удовольствий. Чем они отличаются от тех, кто рождается на наших фермах? Прикидываться таким же безмозглым – унизительно. Я хочу чувствовать себя нормальным.

Звучало омерзительно. Не думала, что Шеридан когда-нибудь скажет такое. Хотелось закрыть уши руками или отмотать пленку назад.

- Конечно, твои друзья-вампиры куда умнее и приятнее! – выдавила я язвительно.

- Нет, - к моему удивлению, не согласился Шед. – Здешние вампиры точно такие же, как и люди – недалекие, черствые, но ко всему прочему еще и высокомерные, зазнавшиеся выскочки, ставящие себя выше других.

- Твои слова звучат точно так же, - заметила я, но Шеридан покачал головой.

- Я никого не убиваю, даже тех, кто заслуживает, - на секунду он злобно оскалился. - Ваши вампиры не развиваются. Изобилие развратило их натуру и они застыли на одном уровне – пьют, закапывают трупы, снова пьют. Их больше ничего не интересует, они точно животные, и мозгами своими не пользуются. Зачем, если пища легкодоступна?

- Я думала, они тебе нравятся, - удивилась я растерянно.

- Только как запретный плод, - фыркнул с презрением Шеридан. - Их жизнь для меня – все равно что наркотик, который предлагают попробовать. Привлекает, возбуждает аппетит. Но я отдаю себе отчет, что это пагубное влечение, несущее вред в конечном итоге. Одна часть меня хочет окунуться в это с головой и позволить себе забыться – то, чего я никогда не делал и не смогу сделать в собственном мире. Другая часть понимает, что такая жизнь не для меня, мне слишком претит гнаться за низменным удовольствием. Позже я пожалею…

Вот оно как, Шед высокомерно относился не только к людям, но и к своим соплеменникам.

- Тебя никто не заставляет… - буркнула я себе под нос так невнятно, что и сама с трудом расслышала. – Ну, разве что Каролина, настойчиво и наверняка убедительно…

«Сла-аденький», - передернуло меня от воспоминания. Если Кэр вешалась на Шеда так же по-кошачьи, как на дверной косяк, мало было шансов, что он устоял против ее сексуальности или устоит в будущем.

- Ваши человеческие законы – зверские, - проигнорировав мою претензию или не разобрав слова, продолжал Шед чехвостить мир, в котором против воли застрял. - Столько бессмысленных правил, которые надо исполнять! Здешние вампиры не размножились и не поглотили человеческий мир, но их взаимоотношения с людьми все равно далеки от совершенства: бессмертие возведено в ранг ценного дара, который доступен только избранным. Разве это отличается от нашего правила обучать и обращать только детей с определенными умственными способностями? – посмотрел он на меня выразительно. - Ваши вампирские законы сводятся к одному, но он тоже не идеален: убийство случайных свидетелей, будь то безвинный ребенок или матерый убийца, не может быть правильным. Я никогда не стоял перед подобным выбором, для меня это дико. Я хочу домой, Лекси, - закончил он устало. – Пойдем со мной?