Выбери любимый жанр

Вы читаете книгу

Остановка «Жизнь»

Суджин Геннадий

Выбрать книгу по жанру

Фантастика и фэнтези

Детективы и триллеры

Проза

Любовные романы

Приключения

Детские

Поэзия и драматургия

Старинная литература

Научно-образовательная

Компьютеры и интернет

Справочная литература

Документальная литература

Религия и духовность

Юмор

Дом и семья

Деловая литература

Жанр не определен

Разное

Техника

Автомобили и ПДД

Прочее

Драматургия

Фольклор

Военное дело

Последние комментарии

оксана2018-11-27

Вообще, я больше люблю новинки литератур

К книге

Professor2018-11-27

Очень понравилась книга. Рекомендую!

К книге

Vera.Li2016-02-21

Миленько и простенько, без всяких интриг

К книге

ст.ст.2018-05-15

И что это было?

К книге

Наталья222018-11-27

Сюжет захватывающий. Все-таки читать кни

К книге

Остановка «Жизнь» - Суджин Геннадий - Страница 7

Изменить размер шрифта:

«Она была интальей божества…»

Она была интальей божества,

Когда я был с ней рядом, испытав в себе блаженство.

И в этом есть отличье нас, как та вода,

Что обнажает в решете несовершенство, —

Смеясь, сочится и ко дну прибьёт

То, что назначено стать мусором прибоя,

Иль янтаря слезинкой редкою блеснёт,

Что пред добытчиком Фортуна приоткроет.

Но в этом смысл и совершенство бытия,

Влекущего несправедливость разделений, —

Там, где была инталья, там теперь лишь я,

Она ж сияет недоступною камеей.

«Некогда, некогда, некогда мне…»

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Некогда, некогда, некогда мне.

Осени вёснам на смену грядут.

Летом мне некогда и по весне.

Зимы тем паче в работе пройдут.

Жизнь продолжается, птицы поют.

Ветры гуляют в горах и лесах.

Маки, пестрея, на склонах цветут,

И облаков белый клин в небесах.

Там меня нет, где покой и уют.

Здесь я лишь времени жалкий плебей.

Где ж ты, обитель моя, мой приют,

Чтоб отогреться душой средь скорбей.

В помыслах чистых, сторонка моя,

Я всё прошусь, устремляюсь к тебе.

И всё тоскую, мечты не тая, —

И всё бегу, отдаваясь судьбе.

Руки вплетаются в холки коней,

Что безоглядно несут меня вдаль.

Путь всё короче, а жизнь – всё длинней.

Что не вернуть – не забыть, и не жаль!

Полем и лесом, в жару, сквозь дожди

Каждое утро встречаю и жду:

Сбудется сон – я кричу: подожди,

Будущей осенью точно приду.

Трудно, и горько, и некогда мне

Слово держать под осенней луной.

И приготовиться к долгой зиме —

Дни коротать на сторонке родной.

«Отличники, приличники…»

Отличники, приличники,

Красивые наличники.

Как пряники медовые

И кнутики ивовые.

Там царство млеет правильно,

От неуков исправлено.

И всё в нём параллельненько,

И перпендикулярненько,

И образцоводельненько,

И не дай Бог вульгарненько.

Бесспорно и безматерно

Не обойти, не выстрадать,

Как у попа на паперти

Икону Божью вытерти.

Кому-то всуе пукалки

В колеса палки ставили,

Но до последней буковки

С задачей кто-то справился.

Под клич победной оргии

В стекле увеличительном

Отличного немногие

Узрели в отличительном.

Отличники, приличники,

Красивые наличники!

Наличники красивые,

А стены несчастливые!

«В душах, твоей и моей, – единения сила!..»

В душах, твоей и моей, – единения сила!

Матерь история Дух Поколений по душам сверяет.

Слышишь – крепчает, летая над стонущим миром,

Мысль о свободе, и вере, и правде, пределов не зная!

«Тяжело одиночеству…»

Тяжело одиночеству

В поле шагается,

Но от имени-отчества

Мудрость познается,

Если верить и каяться,

Коль спотыкаешься,

Да бессонницей маяться,

Если стараешься.

В ту калитку подлунную

С воплями жуткими

Мы всё ломимся гуннами

Вечными сутками.

Нас, душою страдающих,

Ангелы, демоны

Обработают знающе

Скрепами бренными.

За горами и временем

Тайны отроются.

Символ гордого племени

В землю зароется.

Из одежды изношенной

Платье не скроется.

А в душе, Богом брошенной,

Счастье не строится.

Лишь кто с совестью знается,

Тот и мается,

И второй раз рождается,

И не кается.

«Сойду на полустанке, чтобы снова…»

Сойду на полустанке, чтобы снова

Нечаянно знакомый взгляд словить,

Услышать в шутку сказанное слово

И в памяти ту встречу повторить,

Где тишиной вокзальчик отвечает,

Скамьи пусты, и на перроне дождь.

И только Бог один пока что знает,

Что ты уже навстречу мне идёшь.

Мелькает счастье, годы пролетают,

Заботы, дети, нежность и печаль.

Но так внезапно кто-то обрывает,

Волшебных нитей тонкую вуаль.

Когда беда с отчаяньем рассудят,

Придя нежданно в неурочный час,

Мы понимаем, что живём, коль любим.

Что живы мы, покуда любят нас!

Отчаянье с тоской порою душат,

Но ангелы спускаются с небес,

И пропоют, и успокоят душу,

И унесут на крыльях в звёздный лес.

Не останавливайте время, не удастся!

Не стоит проживать былое вновь.

И сожаленью чтоб не предаваться,

Цените жизнь, и время, и любовь!

«В этой комнате нет и намёка…»

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

В этой комнате нет и намёка

На прослушку с фискальными сьёмками.

Только стены легко и жестоко

Знают всё от подушек с потемками.

Потолок же, напротив, изучен

Смысл утратившими с блеском зрачками.

И дисплей телефона замучен

Никому не писанными строками.

А окно так предательски млеет,

Сквозь стекло пропуская видения,

Вожделенья волнительно сеет,

Укрывая надежду сомнением.

Незабвенность терзает, и душит,

И звучит тишиной, словно колокол,

Острой болью врывается в душу,

Как шаги по той прожитой комнате,

Как тот смех, что на детской площадке,

Где девчушка по прошлому катится

На простой деревянной лошадке

Под шуршащее памяти платьице.