Выбери любимый жанр

Вы читаете книгу

Остановка «Жизнь»

Суджин Геннадий

Выбрать книгу по жанру

Фантастика и фэнтези

Детективы и триллеры

Проза

Любовные романы

Приключения

Детские

Поэзия и драматургия

Старинная литература

Научно-образовательная

Компьютеры и интернет

Справочная литература

Документальная литература

Религия и духовность

Юмор

Дом и семья

Деловая литература

Жанр не определен

Разное

Техника

Автомобили и ПДД

Прочее

Драматургия

Фольклор

Военное дело

Последние комментарии

оксана2018-11-27

Вообще, я больше люблю новинки литератур

К книге

Professor2018-11-27

Очень понравилась книга. Рекомендую!

К книге

Vera.Li2016-02-21

Миленько и простенько, без всяких интриг

К книге

ст.ст.2018-05-15

И что это было?

К книге

Наталья222018-11-27

Сюжет захватывающий. Все-таки читать кни

К книге

Остановка «Жизнь» - Суджин Геннадий - Страница 6

Изменить размер шрифта:

«Сегодня, впрочем, как вчера…»

Сегодня, впрочем, как вчера,

Лениво завтра в прошлое уходит.

И лунный диск, упитанный с утра,

Под вечер отощавшим сыром бродит.

Особенность воронок фонарей

Использует умело сумрак ночи,

Располовинивая дни календарей,

Свидания любовникам пророча.

Халявно канителится молва,

Меняя беруши ночей на гласность,

А вслед ей шепчет глупая трава,

Виясь у ног фигур, ища причастность.

Зажмурив веки, высунусь в окно,

Что называем краешком Вселенной.

Оставлю сьемки старого кино

На доброй на земле благословенной.

Хлебнувшая глоток любви душа,

Среди страданий утоливши жажду,

Без страха проживёт и без гроша,

На вечность не оглядываясь даже.

«Не до стихов! Нас умучила проза…»

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Не до стихов! Нас умучила проза.

Ритмы не рифмы, дела не слова.

Мозгу поэзия вовсе угроза:

Нафиг стихи, ведь «живём однова»!

Проще, легко, без напряга судачить:

Про Украину, про доллар с рублём.

Не до стихов, нам не выжить иначе,

Ведь однова мы на свете живём!

Дайте нам хлеба и зрелищ, как в Риме!

Мы не рабы, а рабы ведь – не мы!

Двадцать веков пролетели незримо,

И двадцать первый шлифует умы.

Не до поэзии! Денег нам мало.

В гаджетах ум растворяем весь день.

Жить только с ними нам лучше не стало.

Ну а стихи нам читать просто лень!

Пушкин и Байрон о помощи просят,

Бродский с Вийоном на полках лежат.

Лишь Вознесенский «Юноной с Авосью»

Оперой Рыбникова и отжат.

Пабло Неруда, Крылов с Мандельштамом,

И прорицатель Омар, и Шекспир —

Их имена как бессмертия драма,

Та, что играет, безумствуя, мир.

Мы не рабы, но свободою слова

Руки и головы истеблишмент

Вяжет всё туже нам снова и снова,

Как бессердечный тюремщик и мент.

Не до стихов нам, сидим в Интернете,

Чтиво мусолим доступно, живьём.

Фильмы, рекламы, все шоу, советы —

Ведь однова на планете живём!

В страхе, сомненьях, мечтаньях и боли

Мы проживаем свой праведный век.

Но ведь не хлебом единым и солью

Жив на прекрасной земле человек!

«Меня мучила язва…»

Меня мучила язва,

Я в больнице лежал,

По радио, как из таза, объявили —

Башлачев из окна упал.

Три сестры выли вместе —

Надька, Любка-Любовь

И Верка, от этой песни

И жилах стонала кровь.

В поле ветер мочился

Косоротым дождём.

Над страной флаг растления взвился,

И флагшток впился в разум гвоздём.

Отживала свой век эпоха

Диссидентства и очередей.

И без Сашки мне стало плохо

Среди каркающих вождей.

Приютил я свой разум у Бога.

Запечатал и душу, и рот.

И досталось нам так немного

Под первейшего быдла восход.

Тех, мочивших в сортире,

Рыжемастых воров

Мы впустили в квартиры,

Под истории кров.

И воскресшее иго,

Словно тесные башмаки,

Укороченным мигом сжало

Жизнь в кулаки.

Как тогда, накануне,

Мы всё знаем потом,

Были порваны струны,

Чтя их святость крестом.

Башлачев и Высоцкий,

Пушкин, Лермонтов и Вийон.

Жизнь поэта – пепла горстка,

Как совесть самих времен.

У судьбы нет иллюзий,

Есть начало, и есть конец:

Шар подкатывает к лузе

В бильярде небес Творец.

Сашки нет. Он оставил

Только шорох в небесной тиши.

Да в четвёртой октаве

Боль оборванной ноты души.

«Вдоль ручья растёт трава…»

Вдоль ручья растёт трава,

И грибы под соснами.

На траву идет братва

С вилами да с косами.

На беду ль, на счастье ли

Шёл к ручью напиться я,

Прямо с неба налегли

Журавли с синицами.

Всё мелькали вдоль ручья —

Выбери да выбери.

Загадал желанье я,

Оглянулся – стибрили.

А ручей как тёк, так тёк.

Сосны молча слушали —

То ли кто спустил курок,

То ль кого-то скушали.

Знать, не знаешь, где зарыт

Клад, судьбою посланный,

И корысти из корыт

Стоит ли он, Господи?

Что имеем, не храним,

Разбазарив, празднуем.

Почему-то всё одним,

А другим по-разному.

Что с того, коль поперёк

Всё ни к черту ладится?

А чертям и невдомёк,

Значит, сами справятся.

Подошёл я к ручейку,

На коленях выстрадал

И хвалебную строку

Словом Богу высказал.

А в ответ мне из ручья

Образина глянула.

То ль Господь был, то ли я,

То ль чертей собрание.

Не дождавшийся беды,

Подобрал колени я,

Зачерпнул святой воды

Вместе с просветлением.

Всё, загаданное мной

В ручейковой просини,

Было, не было весной,

Сбудется по осени.

Журавлей усталый клин

Полетел за вёснами,

А синички все мои

У ручья под соснами.

Вдоль ручья растёт трава,

И грибов немерено.

Эх, кружится ж голова

В осени потерянной.