Священный лес - Сиянов Дмитрий - Страница 5

Эх! Как хорошо было в детстве – и в лесу, и вообще… И как хреново быть взрослым – всегда! Ну разве что в постели с женщиной удается об этом забыть…

Я не стал концентрироваться на мелких и крупных жизненных неурядицах, ознаменовавших это утро. А то знаю я себя: начну препарировать каждую деталь, представлять, как было бы лучше, если бы я… и если бы оно… а не вот это вот все. Думаю, многим знакомы такие мысли, когда мы обдумываем с разных сторон произошедшую с нами неприятность и думаем, как было бы хорошо, если б этого не случилось. И настроение только ухудшается, а никакого положительного результата такие мысли не приносят.

Но избавиться от этих мыслей не так просто – они сами так и лезут в голову. А чтобы не думать о рыжей обезьяне – нужно думать о чем-то другом. О синем слоне, например. И я попытался направить свои мысли на конструктивную деятельность, а именно – пробудить в себе дух исследователя и первооткрывателя. Я ведь нахожусь в совершенно незнакомой местности и даже не представляю, что меня окружает!

Начать исследование было решено с моря, и вскоре я выяснил, что морская вода соленая, мокрая и довольно холодная. Не ледяная, но желания искупаться не возникает. Ну и все – если по существу вопроса… Но на само море в части получения информации я и не рассчитывал – меня больше интересовал берег.

Если идти к морю напрямую от места моей стоянки, берег обрывался крутой скально-грунтовой стенкой, а потом продолжался узким галечным пляжем, на который мне удалось спуститься, пройдя метров двести вдоль берега, – там крупный ручей (или это можно счесть небольшой речкой) размыл обрыв. Ручей я тоже отметил для себя как потенциальный источник пресной воды – мне она может понадобиться, если придется здесь задержаться. А ощущения мои почему-то упорно твердили, что задержаться придется.

Галечный пляж не особенно меня порадовал. После шторма на нем тут и там попадались кучи водорослей, и, разворотив одну такую ногой, я нашел пару двустворчатых моллюсков. Познания о них у меня довольно скромные: знаю, что вроде бы самые распространенные среди них – устрицы, мидии и гребешки, эти три вида употребляют в пищу, а устриц можно есть даже сырыми. Но так ли это на самом деле? Не факт! Возможно, я думаю так потому, что эти виды больше на слуху из-за их гастрономических особенностей. А какие еще бывают двустворчатые? Есть ли среди них ядовитые и, если есть, то как часто они попадаются? Этого я не знаю и есть их без крайней необходимости не рискну. Потому эту находку внесем в список условно позитивных.

С одной стороны пляж ограничивал скалистый мыс, вдающийся в море так, что обойти его невозможно. Разве что обогнуть его вплавь, но при таком волнении и температуре воды я счел это нецелесообразным… мягко говоря. А пройдя в другую сторону километра полтора, за изгибом береговой линии я наткнулся на краба… Казалось бы, радоваться надо: мясо краба вкусно и питательно. Да и ловить их, как правило, не сложно.

Во встрече с крабом на морском побережье нет ничего необычного – эти ракообразные широко распространены как в южных, так и в северных морях. Бывают даже пресноводные и сухопутные крабы. Но размер тела этого экземпляра был не меньше трех метров! А размах клешней так и вовсе метров десять! Этот монстр лежал на берегу, и поначалу я принял его за валун или кусок скалы. Он, к счастью, меня тоже не заметил, но что-то почувствовал – возможно, уловил вибрацию моих шагов… Он поднялся, развернулся в мою сторону и клацнул клешнями так, что всякое желание гулять по пляжу у меня пропало…

Никогда особо не интересовался жизнью крабов, мои познания, собственно, закончились на том, что при изготовлении крабовых палочек, которые я иногда покупал в магазине, ни один краб не пострадал. Но мне кажется, они не должны вырастать до таких размеров. Да его клешнями лошадь перекусить можно!

Итак, на моей воображаемой карте местности появился ручей Спусковой, мыс Скальный и Крабий пляж. А спустя час выяснилось, что мыс Скальный продолжается по суше скальной грядой, и продолжается довольно далеко – я шел вдоль скал минут сорок. Идти приходилось в горку, то есть местность повышалась, но и скалы становились выше. Направление показалось мне неперспективным (елки, сосны, редкие кусты – больше ничего примечательного), и я решил вернуться к ручью. Кто знает, возможно, этот мыс является продолжением горного хребта или контрфорсом, от этого хребта отходящим, – забираться в горы в мои планы пока не входит.

Из интересного приметил только брусничник, но ягоды еще не поспели – были белобокими. Я собрал и съел горсточку – жуткая кислятина, так что ограничился тем, что собрал листа для заварки. Еще немало озадачила встреча с косулей: та объедала листву с кустарника и, казалось, меня не замечала, но, и заметив, не стала стремительно срываться с места и уноситься прочь, а удалилась ленивыми прыжками, будто особой опасности во мне не видела, будто встретила какого-нибудь лося, а не человека, самую опасную тварь на планете…

– Непуганые звери, не знающие, что такое человек? И куда это я попал… – пробормотал я, но мне, конечно же, никто не ответил.

Мое мнение о своих высоких способностях в ориентировании на пересеченной местности не далее как вчера потерпело сокрушительный удар, потому я решил придерживаться берега моря как ориентира. Но не спускаться к самой воде – так меньше шансов, что я вновь зайду в тупик или встречусь с очередным прибрежным чудищем и мне придется возвращаться.

Местность пошла на понижение, и идти под горку стало гораздо веселее, а потом и хвойный лес сменился лиственным: березы, осины, ольха… А это что? Вяз… похоже. А это? Вот таких деревьев я раньше точно не встречал: угольно-черная кора, резные темно-зеленые листья, жесткие, как наждачка, и прочные – отдельный листик с трудом можно порвать руками.

– Все чудесатее и чудесатее…

От прогулок на свежем воздухе у меня неплохо разыгрался аппетит – эх, сейчас бы борщеца наваристого да со шкварками из свиной грудинки… Но порывы желудка пришлось игнорировать: еды я брал на один день, хоть и с запасом; пока ничто не говорит о том, что в ближайшие пару дней я вернусь к цивилизации, и вскоре продовольственная проблема может встать весьма остро.

Из леса я выбрался к узкой заболоченной долинке, по другую сторону которой располагалась дубрава. Но не дубы привлекли мое внимание – по ту сторону долинки кормилась стая кабанов. Звери подрывали растения с широкими листьями, похожие на лопух, – видимо, чтобы полакомиться их корнями. Но, увидев меня, насторожились – вперед вышли самые мощные представители кабаньего племени, а затем свиньи выстроились свиньей и неспешно двинулись на меня.

Отряд «Боевой Пятачок» меня сильно впечатлил, и я предпочел спешно ретироваться. Нет, про Пятачка лучше не вспоминать – этот поросенок дружил с медведем, имел огнестрельное оружие и воздушный транспорт. Пусть отряд лучше называется «Боевой Фунтик».

А день между тем уже начинал клониться к вечеру – пора заняться едой, приготовлением к ночевке и подведением итогов разведки местности. А итоги эти ознаменованы одной мыслью: «И куда же это я попал?» Никаких следов цивилизации не обнаружено. Никакого мусора, которым человечество, кажется, уже завалило всю планету: ни единой вынесенной морем пластиковой бутылки, ни обертки от конфеты, принесенной ветром… Ну это ладно, есть еще в нашем мире места, где такое встречается. Проведя полдня на берегу, я не заметил кораблей в море, допускаю, что это тоже может быть – просто не проходит поблизости ни один морской путь, и вообще я с морем дел не имел и не знаю, как часто с высокого берега можно увидеть корабль. Но вот ни одного самолета в небе за весь день… ни самолета, ни инверсионного следа от него – это уже настораживает. И еще звери, по-видимому, непуганые, не знающие, какой опасности стоит ждать от человека. И крабомонстр на десерт – это вообще без комментариев…

– И куда это я попал? – снова пробормотал я.