Шестьсот лет до девятнадцати - Зимний Александр - Страница 3

Фатума не удивляла любовь в семье, он видел самые разные пары за долгую жизнь, однако, было приятно, что Кэссиану (а теперь – ему) удалось встретиться с этим лично.

Клео же старалась вообще ничего не говорить за завтраком. С одной стороны, это было связано с ожиданием первого дня в Академии, а с другой – с присутствием за столом Дариана. И, пожалуй, Кэссиана. Хотя к «брату» она относилась проще, чем к «отцу». Но сам Кэссиан не стремился контактировать с девочкой. Нужно будет это исправить после завтрака, тем более что, посланный за покупкой слуга вернулся.

– Ты подготовился к занятиям, Кэссиан?

– Да, отец, – Вивьель кивнул чётко выверенным движением и посмотрел на Дариана.

Припомнил, как Кэссиан тренировался в магии перед сном, как ошибся, призвав в своё тело фатума, и в глубине души поморщился. Лучше бы отпрыск Элеррой просто лёг спать вместо подготовки и попытки выучить что-то заранее, без наблюдения наставников.

С другой стороны, Вивьель не оказался бы в этом мире и не получил бы возможность узнать что-то новое. Юноша подавил последующие рассуждения, особенно о том, что он – один из Старейшин фатумов и его место точно не здесь. Конечно, лорд Азраэль справится без него, да и Старейшин всего восемь, но потеря каждого – это удар по семье.

Не думать об этом. Не сейчас. Не здесь.

– Хорошо, – Дариан встал. – Ровена, я сегодня вернусь очень поздно, не ждите к ужину.

– Как скажешь, – женщина кивнула, – у меня встреча с Нортигеном, так что дети будут ужинать в одиночестве.

– Не думаю, что это проблема, – пожал плечами Дариан. Клео едва заметно насупилась, смотря, как лард Элеррой покидает столовую. Едва он закрыл за собой дверь, девочка выдохнула, но в присутствии Кэссиана не рисковала полностью расслабиться.

Вивьель позвал слугу, приказав принести заказ. Когда парень внёс в столовую бумажный пакет с фирменным узором одного из модных магазинов, Ровена приподняла бровь, показывая заинтересованность. Клео только кинула короткий взгляд. Фатум видел, что ей очень интересно, но она не рискует показывать свои эмоции.

Он взял пакет, отпустил слугу и, поднявшись, подошёл к Клео, протягивая ей подарок:

– Чтобы хорошо провести первый день в Академии.

Девочка вздрогнула, Ровена удивлённо хмыкнула и подбодрила её:

– Давай посмотрим, что там?

Клео кивнула. Взяла подарок, осторожно глядя в пакет. Потом достала коробку в тех же фирменных цветах, отодвинула тарелки, положила её на стол, открывая. И замерла, разглядывая набор, состоящий из карандашей, ручек, ножниц и прочих полезных мелочей. Все предметы были выполнены в едином стиле, с бежево-зелёным цветочным орнаментом. Отдельно лежал шёлковый пенал с такими же узорами.

– Это… Мне? – выдохнула она. Вивьель прекрасно знал, что девочка недавно ездила с Ровеной покупать всё к учёбе. Кэссиан мельком видел эти покупки: там было всё полезное, но ничего особенного и уникального. То ли Ровена не сочла нужным, то ли Клео постеснялась просить. В любом случае он сделал подарок, в котором видел и пользу, и возможность немного сблизиться с Клео.

– Да, – он улыбнулся, – я вспомнил, что, когда видел этот набор, сразу подумал о тебе. Кроме того, с приятными утренними впечатлениями гораздо проще идти в новое, незнакомое место.

– Спасибо… – Клео провела пальцами по шёлку пенала, потом всё упаковала обратно и умчалась к себе, чтобы в одиночестве рассмотреть новое сокровище. Ровена некоторое время смотрела на сына, затем кивнула:

– Ты молодец. Но я удивлена.

– Я знаю, – неожиданно кивнул Вивьель, вставая, – простите, лайри Ровена, мне нужно собираться.

Фатум вышел из столовой, спиной чувствуя взгляд женщины. Возможно, именно ей он сможет в итоге открыться? Она казалась достаточно мудрой, чтобы суметь это принять.

Вивьель остановился около странной конструкции, которую, как он помнил, волшебники использовали для перемещения. Это было что-то приземистое, с тремя колёсами, круглым рулём и двумя сидениями – одно позади другого. Тонкий каркас обрисовывал вокруг сидений и руля форму, напоминающую вытянутое овальное семечко. Вся конструкция выглядела как произведение искусства, но…

Вивьель знал из памяти Кэссиана, что это называется «мобиль» и с помощью его можно летать по воздуху, а в движение оно приводится благодаря магической силе водителя. Чтобы ею управлять, нужно было учиться… Кэссиан – умел.

Вивьель пока не знал, что ему с этим способом передвижения делать. К счастью, в семье был и менее магический транспорт.

Юноша прошёл мимо конструкции и сел на заднее сидение устройства, которое здесь называли «машиной», но она управлялась простым человеком. Была достаточно широкой и удобной – как карета. Рядом, у другого окна пристроилась Клеонея. Она держала свой портфель на коленях, иногда поглядывала на брата, когда думала, что он не видит. Вивьель же пока старался осмотреться в городе, отмечая всё, что могло бы ему пригодиться в будущем. И, разумеется, выясняя, как здесь, в другом мире, в другой стране всё устроено.

Как ни странно, различий оказалось намного меньше, чем фатум подсознательно ждал. Мир был похож на родной – и очертаниями материков, и даже этносами, не говоря уже о привычных межличностных отношениях. Только здесь была магия и год примерно на двести лет вперёд от того, к чему привык Вивьель. Именно магия и множество механических устройств и, как их тут называли «электрических», означавшее то же самое, что и «анлирные» в мире фатума – всё это было удивительным. А дома, улицы, сами люди, общение между ними и прочее, прочее не казались чуждыми. Немного другая архитектура – так и в родном мире в каждой стране она была своя. Иная мода? Возможно, но волшебники и аристократы (а чаще всего эти понятия были взаимозаменяемыми) одевались роскошно, в практически знакомом юноше стиле. Прочие люди предпочитали более практичную одежду: когда ты не можешь зачаровать пышное платье, чтобы оно не пачкалось или в нём не было излишне жарко, проще надеть что-то более подходящее. Широкие, просторные улицы, стенды с новостями, рекламой, афишами. Вычурные вывески с названиями магазинов.

Красиво, интересно, вдохновляюще: многие изобретения Вивьель хотел бы запомнить и поделиться ими с соплеменниками. При мысли, что он совершенно не знает, как ему попасть обратно домой, сделалось тоскливо, и фатум запретил себе об этом думать. Он посмотрел на Клео, а та, не успев спрятать интерес, смутилась, опустила глаза. Потом спросила:

– Это Ровена тебе посоветовала сделать мне подарок?

– Нет, она тоже удивилась.

Вивьель решил, что не хочет прикидываться Кэссианом, а потому не стремился подражать его манере общения. Говорил он негромко и был уверен, что водитель ничего не услышит.

Это было тоже очень интересно: он вспоминал и использовал чужие слова походя, мельком, они просто появлялись в нужный момент, и он понимал их значение, но в мире самого Вивьеля водителей не было. Фатум мысленно сделал себе заметку подумать об этом.

– Тогда зачем?

– Чтобы сделать тебе приятное, – тот пожал плечами. – Мне кажется, несправедливым то, что ты живёшь с нами так давно, а до сих пор чувствуешь себя чужой.

Клео отвернулась, ничего не ответив. А потом тихонько вздохнула, потому что они миновали главные ворота Академии. Приближался момент, которого Вивьель опасался.

Вот только ему никто не подарит канцелярский набор, чтобы подбодрить. Придётся справляться самому.

Первая встреча с однокурсниками прошла, на взгляд фатума, вполне сносно: он всех верно «узнал» по именам и внешности, подхватил нужный тон, перекинулся ничего не значащими фразами и вместе с ними дошёл до нужного зала, попутно рассматривая саму Академию.

Это оказалось не одно, а несколько монументальных зданий, окружённых просторными парками с фонтанами, статуями, беседками и лавочками. Сами здания, выкрашенные в бежевый цвет, были удивительно безликими; только яркие коричнево-красные крыши и высокие широкие окна с прозрачными стёклами, отражающие яркое голубое небо, выделяли их на фоне зелени парков. В общем, об Академии снаружи у Вивьеля сложилось приятное впечатление.