Чужая территория (СИ) - Панченко Андрей Алексеевич - Страница 15

Мир тесный, особенно мир людей в погонах. Рано или поздно я всё равно узнаю, где эта мразь служит и где живёт. Не сегодня и не завтра, может через год или через пять лет, но узнаю обязательно. А потом… К счастью для Ильича и Лёхи, своими мыслями я делиться не собирался.

— Ладно, — махнул рукой Ильич. — Хватит о дерьме всяком говорить.

— Согласен. — Отвлекся я от своих мыслей.

— Да мужики. — Встряхнулся Лёха. — А поехали на рыбалку?

— А что, отличная идея — Загорелся Ильич — Действительно, поехали.

Я задумался буквально на секунду. Если честно, идея мне понравилась. После армейской суеты хотелось хотя бы ненадолго посидеть возле воды, послушать тишину. Равиль, когда меня звал в гости, тоже обещал свозить меня на рыбалку на Волгу, но вот как-то не сложилось. Занят он был своей «работой».

— Поеду.

— Вот и договорились, — довольно кивнул Лёха. — На следующих выходных. В пятницу вечером уедем, в воскресение назад. Нормально?

— Нормально, — улыбнулся я.

Полковник потушил окурок и снова посмотрел на меня.

— Ну вот и отлично. Договорились, в четверг созвонимся. А ты Серёга, кстати, не думал насчёт военного училища? С таким-то послужным списком, тебе туда самая дорога. Тем более без конкурса можно теперь поступить.

— Да думал уже. — Опять мне не со зла наступили на больное место — И на сверхсрок остаться думал, и в училище пойти.

— И? — Ильич заинтересовано дернул подбородком.

— Не знаю. — Я развел руками — Подумаю ещё. Уговорили меня тут друзья, попробовать пожить на гражданке и сравнить, где мне лучше будет.

— Вот и подумай ещё раз. — С нажимом проговорил полковник — Только не очень долго. Вступительные экзамены начнутся уже скоро. Если надумаешь, я помогу быстро собрать документы.

— Ильич, мне девятнадцать лет, и в следующем году если что будет поступить не поздно.

— Лучше раньше, чем позже. Зачем год терять?

— Не хочу я снова за парту.

— А кто сказал, что курсанты за партами только сидят? Не дури Серега. С таким послужным списком грех не попробовать.

Лёха согласно кивнул.

— Если честно, я тоже считаю, что из тебя офицер получился бы толковый.

— Спасибо, конечно, но я только вчера домой приехал.

— Ну ладно, действительно, отдохни пока. — Сделал мне одолжение Ильич — Но не затягивай!

На этом тему всё-таки закрыли. Ещё минут двадцать мы болтали про службу, про рыбалку, про то, как изменился город за время моего отсутствия. Потом мы обменялись телефонами, мне выдали нужные бумаги, заставили расписаться в нескольких журналах и наконец отпустили.

На улице уже было жарко. Солнце поднялось выше, людей стало больше, а возле остановки даже образовалась небольшая очередь. Я остановился на крыльце военкомата и полез за сигаретами в карман. Потом вспомнил, что бросил ещё в госпитале после ранения и выругался. Дурацкая привычка.

Некоторое время я просто стоял и смотрел на город. Военкомат был первым обязательным пунктом, который нужно было закрыть после возвращения, теперь оставались другие дела. Нужно было заехать в гаражи к Петровичу. Старый опер тоже мог мне многое рассказать, и заполнить пробелы в той информации, которой со мной поделились Макс и Ильич. А ещё сегодня мы должны были встретиться с Максом. И вот этой встречи я ждал куда сильнее, чем похода в военкомат. Потому что Макс был одним из немногих людей, рядом с которыми мне не нужно было ничего объяснять и скрывать свои чувства. Он сейчас был в этом городе самым близким мне человеком, конечно, если не считать бабушки.

Глава 8

Петрович, если он до сих пор работает в гаражах, должен быть после ночной смены, и наверняка уже ушёл домой отсыпаться. Снова в кооперативе он появиться только вечером, на сколько я помню его график работы. Так что прямо после военкомата я в гаражи не пошел, наведаюсь туда попозже.

Найдя ближайшую телефонную будку, я бросил в монетоприемник две копейки, и набрал номер Макса. Насколько я знаю, мой друг на работу ещё не устроился, и предпочитал отсыпаться дома.

— Ало — После долгих гудков, когда я уже собирался положить трубку, в динамике раздался сонный голос Макса.

— Дрыхнишь бездельник? — Поздоровался я.

— Иди в жопу Серый, у меня заслуженный отдых — Ответил Макс — Ты уже в городе?

— Да, вчера приехал.

— А чего сразу вчера не позвонил? — Наехал на меня Макс — Я вчера вечером с такими девчонками познакомился. Огонь! Могли бы вечером вместе отдохнуть.

— Были дела неотложные — Рассмеялся я — Это ты уже тут давно, а я должен был хотя бы бабушку навестить. Два года не видел.

— Бабушка — это святое — Вынужден был согласиться Макс — Ладно, ты сейчас где и чем занят?

— В военкомате отметился и до вечера свободен, недалеко от парка я.

— О! Отлично — Голос Макса стал немного бодрее — Давай тогда в парке и встретимся. Сегодня понедельник, народа там будет немного, сможем там, где ни будь спокойно поговорить. Так… Щя я умоюсь, чего ни будь перекушу и примерно через час буду там. Давай встретимся…

— Давай возле дискотеки — Предложил я — За сценой. Там место глухое, никто не ходит. Лавочка стоит прямо в зарослях, если её конечно никто не убрал, за эти два года.

— Давай там. — Согласился Макс — Жди короче, скоро буду.

В динамике раздались короткие гудки, и я повесил трубку. Парк так парк. Это место ничем не хуже других. Немного постояв, я потопал на место встречи.

Парк почти не изменился. Я неторопливо шел по знакомым аллеям и с интересом вертел головой. Время тут как будто остановилось, даже облезлые скамейки выглядели так, будто их никто не трогал со времен моего детства. Те же раскрошившиеся асфальтовые дорожки, те же старые тополя и тот же запах нагретой солнцем листвы и пыли. Когда впереди показалась старая танцплощадка, я невольно замедлил шаг.

Сцена стояла на месте. Деревянный настил давно требовал ремонта, краска облупилась, по углам пробивалась трава. Рядом валялись пустые бутылки и окурки. И лавочка за сценой действительно сохранилась. Я остановился и некоторое время просто смотрел на неё. Странное было чувство.

Когда-то это место казалось центром мира. Здесь мы собирались почти каждый день. Сидели до темноты, пили дешёвое пиво, курили одну сигарету на троих и строили грандиозные планы. Тогда нам казалось, что вся жизнь впереди и мы обязательно станем богатыми, крутыми и непобедимыми.

Тут же мы и договаривались, пойти на своё первое крупное дело, которое навсегда изменило всю нашу жизнь, а для кого-то стало смертным приговором. Я хорошо помнил тот вечер, когда мы сидели именно здесь, пьяные и шальные от безнаказанности, и обсуждали детали. Тогда всё казалось игрой, приключением, никто не думал о последствиях. А сейчас я смотрел на старую лавку и понимал, что из всей той компании в живых остался только я.

Я сел на лавочку и пустым взглядом уставился вперед, на заднюю стену сцены, меня захлестнули воспоминания. Казалось, что вот сейчас придет Слон, отодвинет доску в стене, и достанет из этого импровизированного тайника алюминиевый бидон. Потом они с Кирпичом и Сявой будут долго спорить, кому из них идти за пивом. Кирпич будет предлагать кого ни будь поймать и «загрузить» на это дело, Слон будет аргументированно возражать, что идти всё равно продеться, потому что лох может потом сбежать с бидоном, или вообще, плюнуть в пиво или поссать из мести. Так очень легко зашквариться. В итоге Слон как обычно и пойдет.

А вот интересно, за два прошедших года этот бидон кто-то нашел? Не прятали его особо, одну доску отодвинуть в сторону, и получиться полный доступ к пространству под сценой. Наверняка нашли. Судя по тому, как перед лавочкой натоптано и по количеству окурков лежащих прям горами рядом с ней, это место пользуется популярностью у любителей уединения.

Просто из любопытства и для того, чтобы себя чем ни будь занять, я пошел к сцене. Доска отодвинулась легко, как и раньше. Заглянув внутрь, я удивленно хмыкнул. Запыленный, весь в паутине, бидон стоял на месте. Там же, где его обычно оставлял Слон. Я просунул руку внутрь и ухватился за ручку. Она скрипнула, и я потянул бидон на себя.