Безликий (ЛП) - Юань Е - Страница 445

«Ах да, в тех „Сведениях о духовном мире“ тоже упоминалось пророчество об апокалипсисе, ниспосланное „Желтым Светом“ Венитаном. Там же говорилось, что проклятие рода Авраамов падет от рук некоего „Ученика“, заручившегося поддержкой скрытой сущности. А ведь это безупречно описывает нынешнее положение мисс „Фокусника“ — она и есть тот самый „Ученик“, обретший покровительство меня, „Шута“… Какая интригующая картина вырисовывается. Неужто все эти мастера прорицаний из высших эшелонов воочию узрели не только неотвратимость сумерек мира, но и самое существование „Шута“ вкупе с Его грядущей ролью?»

Эти мысли молнией проносились в голове Клейна, однако на его лице не дрогнул ни единый мускул.

Вальяжно откинувшись на спинку кресла, он неспешно, с легкой усмешкой произнес:

— И о чем же ваша Прародительница велела тебе меня молить?

Этот ровный, умиротворяющий тон вырвал Эмлина из оцепенения, в котором он даже не отдавал себе отчета в собственных действиях. Вампир растерянно мотнул головой:

— Я не знаю…

В этот самый миг Клейн заметил, как на спинке кресла, где восседал Эмлин, хаотичная россыпь звезд пришла в стремительное движение, в мгновение ока сплетаясь в символ «Багровой луны».

«Всё сходится. Потусторонний Путь потомков древней богини Лилит неразрывно связан с „Луной“…» — Клейн издал тихий смешок и спросил:

— Отчего же в мире, где правят семь ортодоксальных божеств и таится бесчисленное множество тайных сущностей, ваша Прародительница решила, что именно я стану ключом к спасению в час апокалипсиса?

Эта снисходительность «Шута» окончательно вернула Эмлину Уайту самообладание. Он кристально ясно осознал: с ним и впрямь стряслось нечто немыслимое — некая скрытая сущность силой затянула его в это поразительное, непостижимое место!

«Он и есть тот самый „Шут“… И Он даже не разгневался… Неужто из-за того, что я выступаю посланником Прародительницы? Стало быть, я, Эмлин Уайт, воистину избранный! Тот, кого упомянула сама Прародительница и кто удостоился отклика „Шута“…» — придя к такому выводу, Эмлин невольно расправил плечи, выпрямил спину и, тщательно взвешивая слова, ответил:

— Достопочтенный господин «Шут», откровение Прародительницы гласит: я, Эмлин Уайт, стану ключом к спасению рода Крови и победе над концом света, а начнется всё именно с мольбы, обращенной к Вам.

А между строк читался недвусмысленный посыл:

Ключ к спасению в час конца света — это не Вы, а я!

«А в нем, погляжу, всё еще играет юношеский максимализм… Впрочем, логично: спеси ему никогда было не занимать, да и самомнение всегда пробивало потолок…» — Клейн мысленно одарил собеседника парочкой едких словечек из своего прошлого мира.

Едва сдерживая веселье, он спросил:

— Тот же самый вопрос: отчего молить нужно именно меня, а не семерых ортодоксальных богов или иных тайных владык?

— … Не ведаю, — с обезоруживающей честностью мотнул головой Эмлин.

Немного поразмыслив, Клейн умышленно произнес:

— По правде говоря, я примерно улавливаю замысел вашей Прародительницы. Она чает, что под моим покровительством ты возвысишься, став истинным мастером высших эшелонов, и тем самым спасешь свой род от надвигающегося рока.

— Возвышусь? — с искренним недоумением переспросил Эмлин. — Вы же прекрасно знаете, что наш род Крови лишен возможности наращивать мощь самостоятельно. Подняться на новую ступень мы можем лишь через особые ритуалы, получая в дар силу старших или наследие предков.

«Так и есть, закон сохранения Потусторонних характеристик обойти нельзя… Иными словами, иные пути возвышения неминуемо существуют, стоит лишь следовать фундаментальным законам…» — Клейн издал тихий смешок:

— Твои скудные познания ослепляют тебя, не давая узреть подлинную необъятность этого мира.

— Разумеется, я не стану преподносить тебе ответ на блюдечке. Тебе предстоит докопаться до истины самостоятельно, я лишь дарую тебе шанс.

Выдержав секундную паузу, он посмотрел на вампира сверху вниз и добавил:

— И жаждешь ли ты обрести подобный шанс?

Эмлин, не раздумывая ни мгновения, вскочил на ноги и поклонился:

— Это мое самое заветное желание!

«Хех, и куда только подевалась вся твоя хваленая спесь перед лицом скрытой сущности? Одна лишь покорность и осталась…» — беззвучно съязвил Клейн, легонько постукивая пальцем по краю изъеденного патиной стола:

— Однако тебе придется соблюдать кое-какие правила.

— Внимаю вам, — ответил Эмлин, титаническим усилием воли подавляя бурлящий в груди восторг.

Клейн с мягкой улыбкой огласил:

— Тебе строжайше запрещено разглашать любые сведения, связанные со мной, кому бы то ни было, если только я не дам на то прямого дозволения.

— И это касается даже тех сородичей, что присутствовали при твоем ритуале.

— Но… — Эмлин на миг растерялся, не в силах принять подобное условие.

Клейн парировал с абсолютной, мягкой непререкаемостью:

— Полагаю, Лилит не требовала от тебя никаких отчетов о проделанной работе?

Опираясь на то, что в откровении не было даже текста самой молитвы, этот факт вычислялся на раз-два!

«Лил… Он называет Прародительницу по имени… Словно старую знакомую…» — сердце Эмлина дрогнуло, и он покорно опустил голову:

— Не требовала.

Клейн продолжил всё тем же ровным, благожелательным тоном:

— Это глубоко сокрытая сделка. Именно поэтому я послал свой отклик лишь тогда, когда за тобой перестали наблюдать. Равным образом, тебе незачем отчитываться перед Лилит — это лишь привлечет внимание тех, кому знать об этом не следует.

Увидев, как лицо Эмлина прояснилось, и он понимающе закивал, Клейн добавил еще один штрих:

— Если ты действительно жаждешь стать тем самым спасителем рода Крови, будь готов идти по терниям. Тебе придется сносить глухое непонимание, терпеть грязную клевету и едкие насмешки. Твой удел — нести на плечах свинцовое бремя своей миссии, безмолвно шагая во мраке.

Эти бьющие точно в цель слова мгновенно воскресили в сознании Эмлина Уайта до боли знакомые картины:

Он, вечно осыпаемый насмешками сородичей за свою страсть к куклам. Он, заблудившийся и угодивший в Церковь Урожая, покрыв себя несмываемым позором. Он, тот, кого старейшины отродясь не ставили ни в грош. И вот он, таясь в глухой тени, незримым стражем бережет свой род, оберегает всех до единого, оставаясь безвестным героем…

Растроганный до слез собственным величием, Эмлин с глубочайшим почтением отозвался:

— Ваша воля будет исполнена.

Клейн вальяжно откинулся назад и произнес с легкой, ледяной небрежностью:

— Я дозволил проведение здесь, в этих чертогах, тайных собраний.

— Готов ли ты пополнить их ряды, дабы нащупать путь к могуществу и спасти свой род?

— Готов! — выпалил Эмлин, не раздумывая ни секунды.

Клейн с удовлетворением кивнул:

— У тебя есть еще какие-либо просьбы?

Эмлин, чье сердце радостно екнуло, торопливо заговорил:

— Великий господин «Шут», молю Вас, помогите мне избавиться от ментального внушения! Его наложил епископ Церкви Матери-Земли…

— Я знаю, — невозмутимо оборвал его излияния Клейн.

«Он знает… Воистину, непостижимая тайная сущность…» — Эмлин в благоговении опустил голову еще ниже.

Юноша издал тихий смешок:

— Я могу тебе помочь. Но какую плату ты готов предложить взамен?

Находясь в таинственных чертогах над серой мглой, Клейн обладал невероятно острым духовным зрением. Еще пару минут назад он подметил, что то самое отливающее иссиня-черным цветом ментальное внушение в духовном теле Эмлина Уайта каким-то непостижимым образом успело почти полностью рассеяться, истончившись до предела.

Изначально Клейн планировал пустить в ход один из ритуалов из «Книги Тайн», предназначенный для подобных случаев. Однако нынешняя картина убедила его: одного-единственного ритуала мистического единения вкупе с подавляющей мощью карты «Темного Императора» и очищающим светом «Солнечной броши» хватит за глаза, чтобы выжечь ментальные оковы из разума вампира дотла.