Эшвуд (ЛП) - Деверо Ева - Страница 5

Он с кем-то говорит. С кем? Кажется... он что-то скрывает.

Даже отсюда его голос кажется напряженным. По причинам, которые я не могу объяснить, меня тянет к нему. Женевьева, должно быть, чувствует, что что-то не так, от чего она хватает меня за предплечье.

— Кэтрин, не надо, — предупреждает она, но я не могу остановиться.

— Он что-то скрывает, — шепчу я в ответ. — Там была кровь, Женевьева. На Вашей Светлости не было ран. Кто-то мог пострадать.

— Кэтрин, — шипит она, — вспомни о принце.

Но ее предупреждение — последнее, о чем я думаю. Я отстраняюсь от нее и следую за герцогом.

Что-то не так.

Герцог исчезает за углом, а я следую за ним.

ГЛАВА 2

Чудовищные вещи

Моя дорогая Кэтрин,

должна тебе сообщить, самым трагическим и драматическим образом, что я положительно увядаю от скуки. Мне восемнадцать, но Маменька настаивает, что мне следует вести себя с достоинством. Начинаю думать, что она действительно верит, что еще один урок вышивания превратит меня в идеальную юную леди. Но мы обе знаем правду: я неисправима, безнадежна и совершенно не подлежу спасению. Мне нужна истинная любовь, иначе я точно засохну.

Ты нужна мне, дорогая, чтобы спасти меня от этой участи. Расскажи что-нибудь скандальное. Ты уже натворила шалостей? Околдовала какого-нибудь бедного, ничего не подозревающего джентльмена своими острыми глазами? Или ты, каким-то чудом, наконец, научилась танцевать, не наступая на ноги своему партнеру? (Скажи, что да. Я не вынесу мысли, что ты пойдешь на еще один бал и будешь кромсать ботинки какого-нибудь бедолаги.)

О, и говоря о мужчинах! Стоит сказать, что вчера некий очень завидный холостяк пытался читать мне стихи в саду. Попытка была достойной, признаю. Однако после того, как я выдержала целых пять стихов о моей небесной красоте (его слова, не мои), я просто не смогла удержаться от смеха. Боюсь, что разбила его романтическое сердце. Он выглядел так, будто сейчас упадет в обморок от унижения. Как думаешь, я жестока? Предпочитаю считать это милосердием. Лучше он узнает мою порочную натуру сейчас, чем после целой жизни супружеского разочарования.

Ответь мне скорее, моя дорогая. Если не получу от тебя вестей, мне придется коротать время за вязанием, а мы обе знаем, чем это кончается.

Твоя в вечных страданиях,

Леди Женевьева Хоторн

КЭТРИН

Свеча в канделябре мерцает, отбрасывая тени на холодные каменные стены, пока они не вырастают высоко надо мной. Я держусь на расстоянии, преследуя герцога по извилистым коридорам поместья. Меня здесь вообще быть не должно. Но что-то в его поведении на балу меня насторожило. Для чего он здесь? И не мог же герцог явиться просто так, без уважительной причины. Уж точно не ради поисков жены. Вывод может быть только один:

Дело.

Уже собираюсь свернуть за угол, как чья-то рука хватает меня за запястье. Я почти вскрикиваю вслух, когда разворачиваюсь на каблуке, но вовремя закусываю губу. Передо мной Женевьева — её голубые глаза остры. Я с облегчением выдыхаю.

— Женевьева! — выкрикиваю я, легонько дергая ее руку. — Что ты здесь делаешь?

Она резко выдыхает и вырывает свое запястье.

— Тшш! Я не должна оставлять тебя одну. Если тебя поймают без компаньонки, моя жизнь превратиться в кромешный ад. Маман надает мне по ушам. — Женевьева ухмыляется. — Ты серьёзно собралась красться за герцогом? У тебя всегда была скверная привычка лезть в самое пекло. Ты же дашь себя убить, если меня не будет рядом.

Я не отрицаю.

— Если ты настаиваешь...

Вместо этого я поворачиваюсь спиной к коридору и вижу герцога, шагающего через высокий арочный дверной проем в конце коридора. Нужно поторопиться. Тяжелые деревянные двери ужзе закрываются за ним. Проходит несколько секунд — и раздаётся глухой удар, а следом громкий, неразборчивый крик. Я не мешкаю: бросаюсь вперёд и подруга без лишних слов следует за мной. Крепко сжав её руку, я распахиваю двери как раз вовремя.

Комната огромна и кругла, уставлена высокими книжными шкафами, достигающими сводчатого потолка. Большой камин потрескивает низким пламенем, оранжевый свет которого мерцает над массивным письменным столом красного дерева, что стоит в самом центре. В комнате есть тень и, заметив её, Женевьева быстро ныряет под стол.

Но не книги и не роскошная обстановка приковывают моё внимание — а герцог.

Его фигура, стоящая в тени у камина: плечи напряжены, голова слегка наклонена. Неожиданно раздается звук. Его спокойный голос наполнен жуткой, пугающей обречённостью:

— Вам не следовало идти за мной, Принцесса.

У меня кровь стынет в жилах.

Он знал.

Слышится новый звук. Нечеловеческий рык раскатывается по комнате. Он прямо за нами. Дыхание перехватывает, когда я оборачиваюсь и вижуэто. Из темноты выступает фигура — человеком её не назвать. Да, она движется на двух ногах, но сгорбленное тело достигает десяти футов1 в высоту, кожа отдаёт неестественным красным, конечности толстые и мускулистые, а чёрные глаза впились в герцога.

Демон.

Чудовище.

Я прижимаюсь спиной к книжному шкафу, открываю рот, чтобы закричать, — но не издаю ни звука. Из-под стола, снизу, доносится шёпот Женевьевы. Она повторяет один и тот же вопрос, который слышу только я:

— Чтоэто такое?

Я молчу.

Я не могу говорить.

Чудовище.

Элегантные черты герцога безобразно трескаются, а его конечности вытягиваются. И тогда демон произносит:

— Беги.

Его безупречная одежда трещит по швам, расползается на меняющемся теле. А я?

Я не в силах шевельнуться.

Тело цепенеет, пригвождая меня к месту. Пальцы Эшвуда удлиняются, превращаясь в когти. Глаза горят неестественным чёрным светом. Из его груди вырывается чудовищный рык.

Другое существо издаёт пронзительный визг и бросается на меня.

Женевьева все также в ловушке под столом, дальше от выхода. Ей потребуется больше времени, чтобы сбежать. Пока что она незаметна. А я на виду. Как мишень.

Паника захлёстывает меня, и инстинкт берёт верх. Я делаю единственное, что могу:

— Оставайся здесь, Женевьева! — кричу я и бросаюсь в сторону. Моя корона соскальзывает с головы и падает на край ковра, расшитого золотыми нитями. Монстр врезается в соседний книжный шкаф. — Я уведу их. Зови на помощь!

— Кэтрин!

Трансформация герцога завершена. Чёрные глаза смотрят на меня и демонический голос звучит прямо у меня в голове:

— Беги.

Ноги движутся сами — я прыгаю к двери, сердце колотится. Я молюсь, чтобы твари последовали за мной. План срабатывает. Когти скребут по камню за спиной, приближаясь с каждым шагом. Их несколько пар, значит, Женевьева в безопасности. Но я не могу остановиться. Я бросаю её — всё ещё съёжившуюся под столом. Шёлк скользит по лодыжкам, а ступни с силой бьют в пол, пока я бегу по коридорам. Бегу до тех пор, пока зрение не начинает плыть, а в боку не вспыхивает боль.

Наконец впереди показывается она.

Лестница.

Спасение.

Я лечу вверх, перешагивая через две ступеньки, поднимаясь всё выше, пока не достигаю самого верхнего этажа поместья. Я врываюсь в пустую башню-шпиль. Грудь тяжело вздымается. И тут я понимаю, какой путь выбрала.

Тупик.

Живот болезненно сжимается.

Нет.

Сквозняк тянет из большого арочного окна. Внизу, в лунном свете, сверкает садовое озеро.

Единственный выход.

Я подхожу к окну и оборачиваюсь как раз в тот момент, когда существо, в которое превратился герцог, втискивается в комнату. Его огромное тело заполняет весь дверной проём. В нём нет ничего, кроме чистой силы и смерти — она сияет в абсолютно чёрных глазах. Они впиваются в мои. И тут рядом с ним проскальзывает второй демон.

Сердце колотится всё быстрее.

Если останусь, я умру.

У меня нет выбора.

Я глубоко вдыхаю и бросаюсь вперёд, прямо к окну. Я так близко — оно прямо перед глазами. Шаг, ещё шаг, а затем, из последних сил, я прыгаю.