Цикл романов "Петля". Компиляция. Книги 1-11 (СИ) - Бакшеев Сергей - Страница 392

Женская обида и зависть — достаточный мотив, чтобы оболгать человека, убедилась Петелина. Только ложь в данном случае имела далеко идущие последствия.

— Вы были обижены на Золотова и завидовали Самсонову. Вы были расстроены и солгали. Маргарита, вы хоть понимаете, что натворили? — возмутилась Елена.

— Простите, это была минутная слабость.

— Минутная слабость, которой разрушила человеку жизнь!

— Я же не знала, что так выйдет. Не ожидала, что его посадят. Думала, пусть Самсонова арестуют, напугают, подержат за решеткой. Ведь будет следствие, они во всем разберутся, — оправдывалась свидетельница.

«Они — это значит я, — корила себя Петелина. — Не разобралась, поверила свидетелю, а не подозреваемому, пошла по легкому пути. И кого теперь винить?»

Перед ней оказался чистый лист бумаги, рука с ожесточением чертила новые узоры. Рисунки получались колючими и злыми, такими же, как неспокойные мысли.

Сергиенко продолжала бубнить и извиняться:

— Вы меня простите. Потом все так быстро завертелось, что брать слова назад стало уже поздно. Меня и не спрашивали. Вы один раз допросили — и все.

— Потому что протокол с вашей подписью уже был в деле. На вас никто не давил, вы подтвердили показания! — грубо парировала следователь.

— Простите.

— Да что мне ваши прощения! Почему только сейчас решили сказать правду?

— Так он же сбежал, — округлила глаза Маргарита.

— Кто? Откуда?

— Самсонов. Нам звонили на работу, предупредили, если Самсонов объявится или к кому-то обратится, тут же дать знать.

«Вот это номер! — оторопела следователь. — До чего же я расслабилась. Раньше других учила начинать день со сводок происшествий, а сегодня сама не удосужилась…»

Она придвинула ноутбук, проверила информацию по федеральным сводкам — точно! Дерзкий побег осужденного за убийство Игоря Самсонова на пересылке. Поиски по горячим следам не принесли результата. Преступник скрылся. Это означает, что круг его поисков надо стремительно расширять.

— Я боюсь, а вдруг он доберется до меня и отомстит, — лепетала Маргарита. — Поэтому и пришла, чтобы сказать правду. Вы дадите мне охрану?

— С удовольствием, в виде конвоя и камеры в изоляторе, — раздраженно ответила Елена. — Гражданка Сергиенко, вы дали заведомо ложные показания, которые повлияли на приговор. Это статья и срок!

— Что же мне делать?

— Сушить сухари!

Петелина вбила в строку поиска «Самсонов побег». В сети уже появились комментарии в защиту беглеца. Он не признал вину, осужден несправедливо, его побег — это протест против произвола следствия и жест отчаянья, чтобы обратить на себя внимание.

Вот теперь точно приехали! Что же делать? Признать ошибку следствия, пообещать беглецу, что его дело будет пересмотрено, и заново искать неизвестно кого? Или оставить все как есть? Мир большой и сложный с вечными проблемами, а она ждет маленького малыша, который надолго станет ее вселенной.

5

Внештатный корреспондент уральской районной газеты Дарья Лоткина попрощалась с огородником-энтузиастом. Выйдя за калитку, она пролистала фотографии в смартфоне и выбрала самую эффектную. Огромная морковь, сросшаяся с мелкими морковками, была похожа на сказочного лешего со слипшимися волосами и вьющимися усами.

Дарья послала снимок начальнику райотдела культуры, по совместительству редактору местной газеты, сопроводив подписью: «Не только самоцветы, но и такие диковинки дарит щедрая уральская земля». Неделю назад ей удалось сфотографировать гриб, размером с футбольный мяч, а в следующий раз дойдет дело до гигантской тыквы, пусть та еще подрастет.

Главный по культуре тут же перезвонил. Говорил он, как обычно, не вполне культурно:

— Лоткина, ты меня бесишь! То гриб, похожий на задницу, втюхать пытаешься, а сейчас вообще похабень прислала.

— Это морковка, как Черномор из сказки.

— Ты поверни фотку, Лоткина. Что видишь? Морковку Черномора! Оставь ее себе для развлечений, а сейчас дуй на станцию Чернорецкая. Был звонок о минировании вокзала. Ноги в руки и бегом!

Даша повернула снимок — фу! — и передернула плечами: какие же извращенные у мужиков мозги! Она видит в природе сказочную красоту, а они только пестики и тычинки. Неужели у них на уме только это?

К железнодорожной станции Чернорецкая девушка приехала в дурном настроении. Сенсации тут не светит. Телефонные хулиганы недавно покуражились в крупных городах, теперь переключились на малые — наверняка пустышка.

К ее удивлению здание станции было окружено полицией, всех пассажиров и железнодорожников эвакуировали за оцепление в ожидании приезда саперов. Даша повертелась около начальства и выяснила, что после звонка неизвестного на станции обнаружили подозрительную сумку с торчащими из нее проводами.

Ситуация начинала становиться интересной. Лоткина убрала куртку в рюкзак, оставшись в обтягивающей футболке с треугольным вырезом, прикрепила на грудь бейджик с надписью «Press» и стала снимать происходящее на телефон.

На двух грузовиках прибыли военные саперы, облачились в устрашающие защитные костюмы, народ затих. Когда саперы, похожие на жутких роботов, вошли в здание, собравшиеся на площади попятились в поисках укрытия. Лоткина, пользуясь бейджиком на выпяченной груди, просочилась к военным, те указали ей безопасное место за грузовиком.

В ожидании апокалипсиса прошло четверть часа. Наконец, саперы покинули здание станции. Теперь их лица были открыты, один нес черно-синюю дорожную сумку, другой связку проводов.

— Имитация. Только провода, даже муляжа нет, — расслышала Дарья сообщение по рации. — Зато в сумке записка.

— Угрозы? Требования?

— Фигня какая-то. Сами разбирайтесь.

Саперы принесли сумку и передали полиции. Несмотря на заверения в безопасности, начальник полиции раскрыл сумку без резких движений, а записку на стандартном листке бумаги поднял в вытянутых руках, едва касаясь пальцами. Он с облегчением положил листок на капот машины и придавил зажигалкой.

Пока полицейские не склонились над текстом, Лоткиной удалось сфотографировать записку. Ее бросился оттеснять рьяный патрульный. Девушка не спорила, одарила стража порядка обескураживающей улыбкой и отошла — наглость должна быть дозированной.

Уединившись, она проверила снимки. Удача! Текст записки вполне читался. Дарья пробежала глазами рукописные строки.

«Меня зовут Игорь Самсонов. Я осужден за убийство жены, которое не совершал. Я любил Катю и не мог этого сделать. Не мог! Поймите, это просто невозможно! Но следователь Петелина сфабриковала дело, и я получил девять лет за то, что пытался спасти раненную Катю и поймать убийцу. Во время следствия я сотни раз твердил, что невиновен, но мне не верили. В отчаянии я совершил побег. Невиновный не должен сидеть в тюрьме, это высшая несправедливость. Я не знаю, что мне делать, и кто мне может помочь. Просто знайте, что я невиновен, чтобы со мной не случилось. Я — не виновен!»

На первый взгляд любопытно, нужны детали. Лоткина нашла информацию о побеге Самсонова в интернете. Вчера в Латайске — это рядом, все сходится!

Она прочла записку снова, медленно, вдумчиво. Супер! У нее в руках не морковка с тыквой, а изломанная судьба человека. Наконец-то настоящая информационная бомба! Отчаявшийся человек пошел на крайнюю меру, чтобы о нем узнали. Он невиновен и просит помощи. Власть против него, значит помочь простому человеку может только общественное мнение.

Даша набила короткий текст о происшествии на станции и послала редактору. Вдогонку отправила снимки с общими планами: встревоженные пассажиры за лентой оцепления, сосредоточенные полицейские, саперы в полной амуниции. Для газеты сойдет.

Самый лакомый кусок — фотографию с запиской на капоте полицейской машины — она приберегла для собственного блога. Крик души отчаявшегося человека она выложит в социальную сеть. В довесок найдет снимок счастливой пары до трагедии, добавит слюнявых эмоций, попросит друзей перепостить сообщение, разогреет дискуссию первыми отзывами с левых аккаунтов, а дальше пошло-поехало.