Цикл романов "Петля". Компиляция. Книги 1-11 (СИ) - Бакшеев Сергей - Страница 387

Потом она дважды просмотрела видеозапись и убедилась, что не ошиблась. В расслабленном состоянии зрачки Синего были сужены, но как только возникала опасность, его мозг начинал искать выход и зрачки расширялись. Подобную реакцию организма легко фиксирует «детектор лжи», но суды не воспринимают выводы на основе полиграфа в качестве доказательств.

Впрочем, в данном случае новое обвинение излишне. Убийство Давтяна организовал Никитин, он сам себя покарал. А Синицыну и по доказанным эпизодам грозит предельный срок по статье как злостному рецидивисту.

67

Под конец рабочего дня в кабинет Петелиной заглянула Людмила Астаховская. Старшая подруга держалась непривычно сдержанно, что отражалось и в ее плавных движениях, и в ускользающем взгляде, словно она заранее извинялась за вынужденный визит.

Заведующая архивом оценила кипу бумаг на столе старшего следователя и посочувствовала:

— Много работы?

— Перед Харченко отчиталась. Он приказал оформить отдельные дела по Никитину и Давтяну. Вот, делю эпизоды.

— Ничто не меняется, начальство заботится над улучшением статистики. Одно раскрытое дело хорошо, а два лучше, — понимающе кивнула Людмила Владимировна, присаживаясь напротив подруги.

— Эпизодов много, обвиняемые мертвы, пиши что хочешь, — сыронизировала Елена. — Добавлю пару экспертиз для солидности и передам в прокуратуру. Там дела без судопроизводства обожают.

— Кстати, про экспертизы, — оживилась Астаховская. Она продемонстрировала запечатанный конверт, положила его перед Еленой и бережно разгладила двумя руками. — Твой Головастик просил передать.

— Что-то новенькое. Мише лень ходить? — удивилась следователь.

— Про новенькое ты права. Тут важное новенькое про легкомысленное старенькое, — загадочно ответила Астаховская. — Ты прочти, а я пока…

Она встала из-за стола, чтобы налить стакан воды. Елена опустила взгляд, прочла адрес отправителя на конверте — специализированная лаборатория по ДНК-тестированию — и нахмурилась. Порой Следственный комитет прибегал к услугам сторонних организаций, но она не припоминала, чтобы кто-то из адвокатов за последнее время настаивал на независимой экспертизе.

Петелина посмотрела на подругу, та уж больно тщательно наливала воду, повернувшись спиной. Елена вскрыла конверт, и тут же ее охватило необъяснимое беспокойство. Прежде чем развернуть листок, она спросила:

— Что это?

Астаховская вернулась к столу со стаканом воды.

— Помнишь, ты боялась делать тест на отцовство, чтобы не навредить малышу? Так вот, сейчас есть безопасный метод тестирования на основе анализа крови родителей.

Елена сглотнула слюну, стараясь преодолеть спазм в горле. Заботливая подруга подвинула к ней стакан и продолжила разъяснение:

— Достаточно взять кровь из вены у беременной женщины и предполагаемых отцов. Никаких проколов живота, никаких касаний плода.

— Кровь, — пробормотала Елена и отпила воду.

Она вспомнила, как Алиса осколком вазы с помутневшей водой сильно порезала ей руку. Дело было в больнице, и Марат настоял, чтобы ее кровь проверили на заражение. Медсестра собрала целую мензурку. Вот, оказывается, для чего! Марат воспользовался случаем, чтобы узнать правду, которой она боялась.

Елена вертела в руках согнутую втрое бумагу, не решаясь развернуть.

— Но почему тест сделали не у нас, а в непонятной лаборатории?

— Там профессионалы. Помимо большого опыта у них высокоточное оборудование и специальные реагенты. Ты пойми, дело щепетильное, Миша Устинов не решился.

— Да что ж такое! Нельзя было мне сказать? — Петелину охватил нервный озноб.

— А разве мужчины с тобой не говорили на эту тему? Ты вечно оттягивала.

— Значит, не так говорили!

— Слушай, подруга, соберись. Закрой глаза, представь своего малыша, которому нужны мама и папа, сделай три глубоких вдоха и… А хочешь, я прочту? — Астаховская потянулась за бумагой.

— Нет! — Елена отдернула руку.

Она действительно закрыла глаза и три раза глубоко вздохнула. Пальцы развернули листок, глаза распахнулись и пробежались по тексту. Потом еще раз и еще. Елена подняла непонимающий взгляд.

— Что там? — всполошилась Астаховская, взяла протянутый лист и стала читать: — С вероятностью 99,9 % отцом ребенка беременной женщины (образец крови № 1) является мужчина (образец крови № 3). — Она озадаченно повертела листок. — Никаких имен и фамилий, Головастик всех зашифровал.

— Почему номер три? — беспокоилась Елена. — У меня же было только двое мужчин.

— Лена, ты совсем оглупела. Первый образец крови твой, а второй и третий — Марата и Сергея! — растолковывала Астаховская.

— Или наоборот. — Елена жадно допила воду.

— Согласна, надо разобраться. Идем в лабораторию.

— Сейчас? — Елена сложила руки на животе, словно хотела оградить малыша от волнений внешнего мира.

— Нет, подождем, пока ребенок родится, вырастет, и на восемнадцатилетие ты торжественно объявишь, кто его папа.

Елена скривилась, вымучивая улыбку. Людмила Владимировна перешла к решительным действиям:

— Сергей и Марат уже там внизу, тебя ждут.

— Оба?

— А что, твою маму еще надо было пригласить? Идем. — Астаховская взяла Елену за руку. — Надо, подруга, надо.

Как только женщины вошли в лабораторию, все взоры устремились на Петелину. Маслова таращилась на начальницу с рабочего места, Устинов бегал взглядом от большого живота к своему монитору, якобы его отвлекают от работы. Сергей и Марат, расхаживавшие туда-сюда вдоль противоположных стен лаборатории, разом застыли на месте и испуганно смотрели на любимую женщину. И только скелет Василич вальяжно развалился в кресле с говорящим плакатиком на ребрах: мне бы ваши проблемы.

Елена оторопела, ее пальцы складывали листок раз за разом, стремясь спрятать его в ладони. Первым сориентировался Марат. Он выхватил заключение из ее рук и жадно прочел текст.

— Как это понять? — спросил он Елену, но тут же переключился на Устинова: — Кто второй, кто третий? Говори!

— Все обозначения в конверте, а конверт находится в сейфе.

Устинов нацепил на голову хомут с большими наушниками, всем видом показывая, что сказал все и просит ему не мешать. Валеев метнулся к сейфу, обнаружил, что тот закрыт, и потребовал:

— Дай ключ!

Сергей выхватил у него листок с заключением и просмотрел загадочные результаты. Он заглянул в глаза Елены, пытаясь понять, она знает, кто отец, или нет? Петелина опустилась в кресло, подставленное Астаховской. Опытная женщина взяла ситуацию в свои руки.

— Успокоились? Теперь к делу. Светлана, где ключ?

Она получила от Масловой ключ, открыла сейф, нашла внутри конверт и передала его Петелиной. Затем обратилась к собравшимся:

— Здесь остаются трое, посторонние выходят. Мне надо объяснять, кого это касается?

Астаховская, Устинов и Маслова покинули лабораторию. Елена вскрыла конверт и развернула листок. Текст был короткий, всего из двух строк, на каждой номер образца крови и соответствующая ему фамилия, однако она читала его больше минуты. Побледневшие мужчины замерли в ожидании окончательного вердикта. В наступившей тишине был слышен только шум компьютеров.

Елена подняла взгляд и посмотрела сначала на одного близкого ей человека, затем на другого. В ожидании приговора оба претендента выглядели как пришибленные. Она виновато опустила голову и извинилась:

— Простите, что так получилось. Вы оба мне дороги. — И замолчала.

— Но… — подсказал ей Сергей. — Обычно за такими фразами следует «но» — и дальше самое главное.

Елена встала, подошла к застывшим мужчинам и поцеловала каждого в щеку. Те продолжали ждать. Она пошла к выходу, обернулась около двери и, глядя в глаза одному из них, произнесла, как само собой разумеющееся:

— Что ты застыл? Поехали. Пора обсудить имя нашего сына.

На лице взрослого мужчины просияло детское счастье, он, как завороженный, пошел вслед за женщиной. Другой подбежал к стулу, где она оставила листок, прочел его и зарычал от боли.