Цикл романов "Петля". Компиляция. Книги 1-11 (СИ) - Бакшеев Сергей - Страница 193

— Решил присвоить все деньги себе?

— Ты пойми, я не собирался поступать в институт. Я уже тогда решил стать бизнесменом. Мне нужны были оборотные средства.

— И ты соврал мне. Наплел про издевательства Грека над Димкой, призывал к мести. Знаешь, как это называется? Не жадность, не подлость, нет. Ты пошел на преступление, Бахлин.

— «В основе всякого крупного капитала лежит преступление». Это не мои слова, а Карла Маркса. «Я могу отчитаться за каждый заработанный миллион, кроме первого». Это тоже не мои слова, а Рокфеллера.

— И много у тебя оправданий?

— Думаешь, я один такой? А наши олигархи чистенькие? Чем больше у них денег, тем больше людских судеб они перемололи. А я остановился. Мне хватило малого. Я самый лучший из них!

— Ты самая лучшая гнида.

— Остри остряк. Но моя вина маленькая. Вспомни, как было дело. Это ведь ты откручивал трубки. Ты испортил тормоза!

— Грек погиб не из-за меня. В него врезался грузовик с пьяным водителем.

— Вот как? — Бахлин словно стал выше. — С какой стати ты тогда нервы нам мотаешь? Мало ли что мы планировали, если повернулось по-другому. Мы не виноваты в его смерти!

— Кто знает. Возможно, Грек успел бы затормозить.

— Да не терзайся ты из-за прошлого. Забудь! Жизнь продолжается.

— Наша жизнь — да. А у Грека остались двое маленьких детей. И Димки Русова с нами нет, он был таким светлым… Погоди. Если не Грек, то кто? Кто насиловал Димку?

— Какая разница. Я же сказал, не вороши старое.

— Еще ты сказал. Сейчас вспомню… Греков не трогал нас. Нас! Это значит, тебя тоже поимели? Так?.. И как я сразу не догадался.

Бахлин с неожиданным остервенением налетел и сбил Валеева с ног. Оба оказались на земле. Завязалась драка. Очки Бахлина отлетели в сторону. В какой-то момент Валееву удалось перекатиться через противника. Он припечатал Бахлина к земле и надавил локтем на шею. Андрей беспомощно засипел. Валеев отпустил его и остался сидеть на траве, привалившись спиной к забору.

Бахлин растер шею, отдышался. Марат достал сигарету и закурил.

— Дай мне тоже, — попросил Бахлин. — Давно бросил, но…

Марат молча протянул пачку и щелкнул зажигалкой. Андрей сел рядом. Бывшие одноклассники выкурили по сигарете.

— Я пытался это забыть, не получается, — признался Бахлин. — Постоянно это снилось, постоянно. Отношения с женщинами тоже не клеятся. Долго не женился. Потом сошелся с женщиной с ребенком. Стали жить вместе, как семья. Мне с мальчишкой было интересно. Как-то пошли с ним в бассейн. Переодеваемся вместе, а я ловлю себя на том, что мне приятно смотреть на него голого. Он поскользнулся в душе, я его подхватил, прижал и — мгновенная эрекция. Мальчишка испугался, рассказал маме… Так и разошлись.

— Кто? — коротко спросил Марат.

— Какая теперь разница?

— Кто педофил? Я его видел, он тоже был в пионерском лагере.

— Дай еще сигарету.

Валеев резко повернулся к Бахлину.

— Эта мразь присутствует на снимке! Так?.. Вижу по глазам, что так. Теперь я понял, почему ты нервно отреагировал на мою фотографию. Тебе неприятно было на него смотреть.

— Я много лет хочу забыть тот месяц в пионерском лагере, а ты снова тычешь в мою рану.

— Кто он? Кто-то из вожатых? Директор? Баянист? — Валеев по памяти перечислял присутствовавших на снимке мужчин.

— Тебе повезло, Марат, что ты заболел тогда. А я хочу все забыть. Я тебя прошу, хватит об этом!

Валеев достал мятую сигаретную пачку. Бывшие друзья вновь закурили.

— Ну хорошо. Давай поговорим о настоящем, — согласился Валеев. — Лена у тебя?

— Оставь ее, Марат. Так будет лучше всем.

— Всем? А как же я? В отличие от всех, мне хреново!

— Дай время, и Лена вернется.

— Я не могу без нее, понимаешь?

Бахлин встал, бросил сигарету, придавил ногой окурок и подобрал разбитые очки. Его уставший взгляд скользнул по Валееву.

— Сейчас я тоже не могу обойтись без Елены.

Бахлин вошел во двор и захлопнул за собой калитку.

— Да чтоб тебя! — крикнул Валеев, колотя кулаком по металлическому забору.

26

Елена украдкой наблюдала за Лоськовым, не зная, как к нему относиться. Кто он: охранник, следящий за каждым ее шагом, или помощник в сложном деле, с которым можно советоваться? Денис контролировал ее перемещения, держал при себе ее телефон, позволяя звонить только в его присутствии. В то же время старался вникнуть в детали расследования, не для того, чтобы просто запомнить и отчитаться перед Колоколом, он пытался вместе с ней вычислить преступников.

«Эх, был бы рядом Валеев, не терзалась бы такими сомнениями. Марату дашь поручение, и он в лепешку расшибется, но исполнит. На службе он хорош, а в жизни ревнив не в меру. Какого черта он оставил меня одну в ресторане! Был бы тогда рядом, я не оказалась пленницей Бахлина. Никогда не прощу!»

— Беспокоитесь о дочери? — Лоськов неверно истолковал скорбное выражение лица Петелиной.

— А у тебя, Денис, есть дети?

— Нет.

— Тогда тебе меня не понять. Дочь всегда в сердце матери, но зацикливаться на детях — это тупик. Я должна развиваться, чтобы быть ей интересной.

— Поэтому работаете следователем?

— Поэтому работаю. Если буду только кормить и одевать Настю, она первой перестанет меня уважать.

— Скажете. Вас уважает даже Колокол.

— А я его — нет! Так и передай! — вспылила Елена. — Если Колокол замешан в преступлении, я буду преследовать его так же, как сейчас убийц Митина. Вопреки обстоятельствам, я остаюсь следователем! Моя работа — изобличать убийц и грабителей. Только поэтому я согласилась. А не из-за его туманных угроз.

— Вы успокойтесь, Елена Павловна. Я с вами согласен. В данный момент вы и я — следственная группа. Вы — главная, я — помощник. У нас общая задача. Кстати, как убили охранника банка? Я слышал только часть вашего разговора с судмедэкспертом.

— Помощник, значит… — Петелина получила ответ на свои мысли. — Ну, ладно, давай думать вместе. Охранник Митин погиб от удара шилом в ухо. Длинное шило, точный удар перпендикулярно голове. В результате, мозг поврежден, как от пули, а снаружи маленькая дырка, которую трудно заметить.

— Поэтому не было крови.

— Убийца знал, что делал. Ты говорил, что служил в спецназе. Вас такому удару обучали?

— Шило не входит в арсенал спецназа. А на зоне популярно, как и заточки.

— Я в курсе. Но Колокол утверждает, что блатные не причастны к ограблению. Он думает, что это сделали бывшие менты, а может, и действующие полицейские.

— Жизнь сложная штука. Вот я был офицером ФСБ, потом стал уголовником.

— Офицером ФСБ?! — удивилась Петелина.

— Сначала офицером, потом три года колонии.

— За что?

— За покушение на плохого человека. Моего начальника. Я сбил его машиной.

— Случайно? — захотела уточнить Петелина. Денис промолчал, отвернувшись к окну. — Не хочешь, не рассказывай. Но если мы одна группа, среди своих так не принято.

Понурый Лоськов оперся кулаком на оконную раму и ткнулся в кулак лбом. Он заговорил тихо, не оборачиваясь:

— После ранения на Кавказе, меня перевели из спецназа в более спокойный отдел. Познакомился с девушкой, стали жить вместе. Планировали пожениться, родить детей и все такое. Правда часто спорили, особенно когда смотрели новости. У нас были разные взгляды на ситуацию в стране.

— Вы расстались из-за политики? Я думала, семью разрушают измены, ревность, алкоголизм, отсутствие денег в конце концов, но политика…

— Она ходила на митинги оппозиции, а там всякое бывает. Однажды она ударила полицейского, и ее задержали. Я примчался, стал разбираться. Полицейский в каске, бронежилете, весом не меньше ста килограмм, а она хрупкая девчонка. Ударила его транспарантом, который тут же развалился. Я договорился с полицейским, что тот претензий не имеет. Он оказался нормальным мужиком. Но…

Лоськов вновь затих. Петелина его не торопила. Денис вздохнул и продолжил: