Фрейлина. Предотвратить (СИ) - Шатохина Тамара - Страница 43

Примером тому может служить покупка дома мною на свои средства, кою мой супруг принял едва ли не оскорблением и намеком на его неплатежеспособность, чего нет и даже не предполагалось с моей стороны.

А посему… я полагаю - только продажа. Но честная, без завышения цены, хотя это было бы оправдано спросом. Продажа зерна по честной цене никого не оскорбит, это они поймут правильно – как дружественный шаг навстречу. В ином случае королю придется чувствовать себя обязанным, чего никто из нас не любит.

Но и в этом случае - политика не знает благодарности, так и не стоит на нее особо рассчитывать.

Вюртемберг же, как и прочие германские государства, терпящие временные трудности (это ко второму вашему вопросу) вполне платежеспособен и охотно купит наш хлеб. Но не сейчас, полагаю, а ближе к весне. Нужно дать им время осознать необходимость данного действия. Да и тогда не стоит предлагать помощь самим, но с готовностью ответить на просьбу о ней (если мы действительно готовы ее предоставить). В свою очередь, мысль о такой возможности я постараюсь донести потом до Его королевского величества Вильгельма.

Понимаю, что доставка зерна сейчас – прямо «с полей» более удобна. Это водный путь по каналам или Балтике. Зимой же существует риск полного замерзания всего моря, а не только северной его части. Но ведь такое случается исключительно редко, едва ли не раз в столетие? Еще доставка осенью не предполагает расходов на хранение, но я уверена - политическая выгода перевесит.

Не считайте меня зарвавшейся особой, Мария Михайловна, но разумные способы избежать голода в народе, озвученные для короля мною, не были приняты во внимание от слова «совсем». А таким образом я получу некий авторитет и отсюда – какое-то влияние. Что в нашем случае не станет лишним, как и деньги для России, вырученные за наше зерно.

Что касаемо третьего Вашего вопроса…

Правительством Австрии в свое время были массово разосланы наущатели, подстрекающие низшее сословие Австрийской Галиции к усиленному недовольству своим же польским панством.

Им особо и стараться-то не пришлось, лишь подтолкнуть – до сих пор во всех землях бывшей Речи Посполитой продолжается крепостничество, а оно не оставляет места добрым отношениям.

Между тем верхушка заговорщиков, состоящая из высокой шляхты, имела целью в том числе освобождение крестьян от крепостной зависимости. Но подстрекатели извратили ее смысл до обратного. Влиять на необразованные умы оказалось достаточно легко, это и вызвало взрыв народного гнева в сторону владельцев маетков.

Таким образом Австрия чужими руками расправилась с заговорщиками, а ввод войск просто успокоил население. Казнены были лишь особо рьяные предводители бунтовщиков, имеющие влияние, что и разумно в принципе.

Таким образом правительство Меттерниха провело ювелирно выверенную работу по установлению порядка в стране без урона для армии, казны и особого вреда для внутренней политики. Свободолюбивые паны перебиты, крестьяне притихли. Думаю, маетками уже руководят назначенные к тому австрияки. Возможно, еще больше увеличилось переселение в Галицию австрийских семей для полного превращения этих земель в австрийские.

Полагаю, Вы можете усомниться в такой трактовке событий, поскольку доказательств за нее у меня нет, да и в принципе быть не может. Но в политике, да и остальных делах всегда лучше исходить из вопроса – кому это выгодно? Слухи о подстрекателях имеют место, исходя из этого я и делала анализ случившегося.

Негуманной, но безусловно талантливой способности австрийского правительства вести свои дела можно только завидовать. Политические интриги, как правило, считаются делом международным. Они же перенесли этот опыт внутрь, что и привело к полезному для государства успеху.

Временному, я считаю.

Потому что политика, которую проводит Меттерних, осталась прежней, а значит отдельный национализм будет только расти. Это обусловлено ущемлением в правах польской, венгерской и чешской части населения Австрии. Длительное притеснение должно и обязательно окончится очередным бунтом, если не революцией. Да, нынешними действиями политический кризис на какое-то время был отсрочен. Но совсем не отменен, полагаю.

На этом и все, пожалуй.

Принимать мое мнение на веру не стоит, да Вы и не станете. Но проверить его разумность, опираясь на другие Ваши источники, ничто не мешает. Буду рада, если окажусь права и была для Вас полезна.

Всего вам самого доброго, Мария Михайловна, и от всего сердца благодарю за помощь со взносами. Мои планы здесь (в том числе на пользу Российской империи) предполагают существенное вложение капитала. В свете этого Ваша помощь видится мне бесценной.

С уважением. Таисия цу Гогенлоэ-Ингельфинген.»

Мозг закипал в попытке ассимилировать речь к современной, принятой здесь. Порой я не могла подобрать аналог слова, которое наиболее верно передавало значение или мысль. Неловко оказалось поставить принцесскин титул перед своим именем. Вполне возможно я переборщила с витиеватыми оборотами речи.

И если бы только это!

Дописав и опрокинув над листом песочницу, дождалась высыхания и стряхнула мелкий кварцевый песок в специальный лоток… Мысли мои были не здесь, отстраненно думалось о том, почему что до сих пор не придуман пресс-бювар. Ага, а почему сразу не шариковая ручка?! Блин…

Я не знала поступаю ли правильно.

Но дарить опять? Мало мы дарили? А в итоге… И сейчас тоже - в преддверии Крымской войны не лучше ли потратить эти деньги на укрепление своей страны?

Может я и неправа, но так чувствую – имею право.

Я опять забросила крючок для Нессельроде. На этот раз в отношении внутреннего национального вопроса Австрии. Если в результате подтвердится мое видение нынешней ситуации, то возможно прислушаются потом и к следующим.

Категорически не хотелось вмешательства России в австро-венгерские разборки. Именно отсюда начнется полное неприятие российской имперской политики Европой. Она увидит, что мы считаем возможным силой лезть в ее дела, что мы слишком уверены в себе и что в угоду кому-то можем пренебречь интересами остальных.

Венгры победили бы без вмешательства русской армии. Австрия – самое сильное из германских государств… или то, что от нее осталось бы, ослабела бы, условно усилив этим Россию. А-а-а… наши потом еще и в Болгарию влезут, а на кой спрашивается? Чтобы вконец разосраться с османами? А братушки во всех войнах потом станут воевать на стороне наших противников.

Возможно, и здесь я не права. Но всегда считала, что естественный отбор существует не только в природе, но и в политике. Слабое поглощается сильным и не нужно этому препятствовать, если напрямую не затронуты твои личные интересы. «Единоверцы» вовсе не означает «друзья», и тем больнее ранит потом их предательство.

Письмо маменьке заняло меньше времени, хотя я подробно расписала свою жизнь здесь в самых ярких красках. Осчастливила ее, надеюсь, скорым появлением внука или внучки. Осторожно поинтересовалась делами Веснина Андрея Сергеевича, «оставившего самое приятное впечатление о себе», делами имения и здоровьем ее самой и Миши.

Писанина заняла все время до обеда. Не работая физически, я чувствовала себя выжатым досуха лимоном. Пальцы сводило. Пришлось сменить сорочку и попросить Дашу помочь мне обтереться.

Фредерик отдыхал у себя. Сегодня наш доктор делала ему перевязку, и будто там шло на поправку, но приступы слабости, как вот сегодня, все еще случались.

- На ногах ведь эти дни, да еще на гору вы его таскали, барышня – кто ж потянет-то такое совсем без убытку?

- М-да… да? – с опозданием проснулась во мне совесть.

И тащить мужа в очередной раз – теперь уже за одеждой, я не стала. Попросив через Дашу об «аудиенции», вошла в его комнаты.

Фредерик находился в постели, правда полусидя. Был одет по-домашнему и с книгой в руках. Выслушав мой лепет о том, что затягивать с одеждой уже просто некуда, вызвался сопровождать и даже с готовностью привстал.