Этот мир не выдержит меня. Том 6 (СИ) - Майнер Максим - Страница 6

Подумав мгновение, я убрал палец со спускового крючка. Пока всё шло так, как было задумано, и вторгаться в план сражения не имело никакого смысла. Наш «механизм», тщательно смазанный моими недвусмысленными угрозами и обещаниями страшных кар за невыполнение приказов, работал как часы. Хоть и с небольшой задержкой, но «стре́лки» двигались в нужном направлении, а значит, жалобная песня «вольников» — это не повод отходить от первоначального замысла.

Пусть поют, если им так хочется. Время для третьего взрыва ещё не пришло.

Я смотрел на зажатую между холмов дорогу, словно шахматист на доску, методично просчитывая очередной ход. Противник, потерявший много «фигур», сумел устоять, и с каждой минутой его «пешки» действовали всё более и более организованно.

Неприятно. Хотя я в любой момент мог разрушить эту хрупкую структуру. Однако глупо было бы тратить невосполнимые запасы на первую фазу боя, которая должна завершиться совсем скоро, когда «пальцы» и разбойники Ворона, наконец, явятся на огонёк. И чутьё подсказывало, что это знаменательное событие вот-вот произойдёт.

Выступление «вольников» закончилось так же неожиданно, как началась — люди, осознав, что их мольбы не волнуют гвардейцев, разом оборвали песню буквально на полуслове. Некоторые, правда, решили перейти от музыкальных просьб к совсем немузыкальным угрозам: из толпы послышались редкие злые выкрики, однако остальные бойцы быстро угомонили отчаявшихся товарищей. Разумно. Не стоит бесить столь своевольного союзника, иначе он может очень быстро превратиться в ещё одного врага.

На зажатую между холмов дорогу опустилась тишина: раненые либо умерли, либо ослабели настолько, что уже не могли орать во весь голос, а выжившие старались больше не издавать ни звука, опасаясь накликать беду.

И в этой почти гробовой тишине стало хорошо слышно, что к месту боя приближается солидных размеров отряд.

«Вольники» крепче сжали в руках оружие.

Они, в отличие от меня, не знали, кто собирается почтить их своим визитом, и вполне обоснованно предполагали, что сюда со всех ног мчится устроивший нападение враг. Поэтому-то, когда из-за поворота дороги «вывалилась» толпа людей, не отягощённых, судя по злобным рожам, высокими моральными принципами, бойцы каравана уже были готовы к схватке.

А когда они вдруг поняли, кто перед ними, то эта готовность усилилась стократно.

«Вольники», прикинув хрен к носу, решили, что Ворон просто не захотел платить за «призму» и приказал своим людям забрать артефакт силой. И хотя в данном конкретном случае всё было совсем не так, основания для подобных рассуждений имелись железобетонные. Никто не верит разбойникам… И именно на этом строился мой расчёт.

Несколько секунд ничего не происходило. «Вольники» смотрели на бойцов Ворона, а бойцы Ворона смотрели на «вольников».

Я тоже с интересом изучал новоприбывших. В ходе подготовки к бою мне удалось лишь издали оценить их количество, однако теперь отряд, отправленный Вороном на помощь каравану, предстал передо мной во всей красе. Если, конечно, столь громкие слова можно было применить к этим замызганным оборванцем.

Я ожидал, что мой бывший коллега пошлёт на дело свой резерв — лучших из лучших, — однако он, видимо, наоборот, решил разом избавиться от всех кривых, косых и убогих. Застывшее перед «вольниками» воинство выглядело как отступающие из-под Москвы французы: через одного хромые, покорёженные, в подранной, чуть ли не нищенской одежде.

Разве что оружие — причём добротное — было у каждого, иначе отличить их от пленных, попавших в руки врага после тяжёлой битвы, стало бы совсем невозможно. Странно, а всякая странность всегда напрягает…

Правда, главную угрозу в любом случае представляли совсем не простые бойцы. Дикие маги — вот кто был той силой, которая могла серьёзно повлиять на весь ход боя.

Они впятером стояли впереди — будто бы вместе со всеми, но при этом явно отделяя себя от остальных. Каждый — «звезда». Каждый — с особенностью. Красавцы, одним словом. Яркие шмотки, странные причёски, экстравагантный вид… В общем, полный набор, свойственный молодым людям, страстно желающим показать, что они — не такие, как все.

Но наиболее примечательно выглядели двое.

Первый, облачённый только в некое подобие набедренной повязки, был так густо покрыт плотной вязью татуировок, что под ними не просматривалась кожа. Изображения сливались в сплошной рисунок, и я никак не мог отделить одну деталь от другой. Однако чутьё подсказывало: надеяться на то, что передо мной всего лишь неудачно набитые по дурости «партаки», точно не стоит.

Татуировки таили в себе опасность. Я ощущал это… Не разумом или интуицией, а тем даром, который таился где-то внутри меня.

Второй маг отличался от товарищей возрастом. Если другие выглядели, дай бог, лет на восемнадцать, то этому стукнуло не меньше шестидесяти — такого долгожителя среди «диких» я ещё не встречал. Более того, дотянуть до пенсии без печати считалось попросту невозможным…

Интересно, как же ему удалось провернуть такой «финт ушами»? Ответа у меня, к сожалению, не было.

В остальном старикан выглядел точь-в-точь как коллеги по опасному чародейскому бизнесу. Вычурно, броско, причудливо. То ли в их тусовке по-другому было никак нельзя, то ли седина, украсившая голову пожилого мага, так и не смогла победить подростковые комплексы.

Впрочем, эксцентричный внешний вид не помешал Ворону назначить его главным — именно старик, судя по нарочитой величавости движений и горделиво задранном крючковатому носу, командовал всей этой «шайкой-лейкой».

И, похоже, командовал неплохо. Ему хватило мозгов не дробить силы, что в текущей тактической ситуации было весьма разумно. Разделение отряда на маленькие группы не дало бы никакого преимущества, а только усложнило бы управление и могло подставить разрозненные малочисленные подразделения под молотки.

С другой стороны, он не позволил своим людям сбиться в кучу — бойцы хоть и держались вместе, но всё-таки не превратились в коллективную мишень, которую можно было бы легко уничтожить одним удачным взрывом.

Грамотные действия. И значит, дедуле придётся отправиться на кладбище первым. Тем более, ему там уже наверняка прогулы ставят…

— Большой, слышишь меня? — негромко спросил я.

— Да, милостивый государь, — глухо подтвердил коротышка. Он снова сменил позицию и находился теперь немного левее, чем раньше.

— Цель — старик, — коротко приказал я и тоже сместился в сторону — туда, где имелась одна из замаскированных бойниц. — Стрельба по сигналу. Сигнал — мой выстрел.

— Понял, милостивый государь, — хладнокровно отчитался Большой.

Я осторожно просунул ствол ружья в прорытую в земле канавку и взял пожилого мага на прицел. Расстояние — ерунда, чуть меньше пятидесяти метров. Казалось бы, пустяк. Но только не для моего крайне несовершенного оружия.

Деревянный приклад крепко упёрся в плечо. Обзор ограничен, однако малая подвижность цели и её яркая одежда облегчали задачу. Оба глаза открыты. Указательный палец на спусковом крючке.

Быстрый вдох. Медленный выдох. Полная концентрация и абсолютное спокойствие.

Пуля, болт и взрыв. Думаю, такого сочетания будет вполне достаточно, чтобы навсегда угомонить задержавшегося на этом свете старичка.

Я уже был готов нажать на спуск, как вдруг немая сцена неожиданно подошла к концу. Вперёд вышел покрытый татуировками маг и спросил, глядя на «вольников» с плохо скрываемым презрением:

— Что у вас здесь происходит? Кто у вас старший?

Он говорил дерзко, заносчиво, требовательно. Очень зря. Это был совсем не тот тон, который мог разрядить напряжение, буквально искрившееся в воздухе над полем боя.

— Предательи! — тут же, вместо ответа, сообщили «вольники». — Гнусные, подлые предательи!

Картина происходящего окончательно сложилась в головах потрёпанных взрывами бойцов. Они нашли врага и теперь хотели рассчитаться с ним за весь тот страх и всю ту боль, что им пришлось пережить.