Красно-белый чемпион. Том 1 (СИ) - Порошин Влад - Страница 17

— Нам бы всю эту пятёрку в «Динамо», как вы считаете, Юрий Михайлович? — заискивающе улыбнулся капитан Иванов.

— А я смотрю, что ты не такой дурак, капитан, — хмыкнул Чурбанов. — Перетащим Никонова, он и остальных к себе перетянет. Теперь смотри сюда, — генерал-лейтенант выставил перед собой еженедельник, исписанный крупным и размашистым почерком, характерным для пьющих людей. — Московский «Спартак» 27-го февраля в Сочи стартует в Кубке СССР. Он сыграет там с харьковским «Металлистом», с воронежским «Факелом», с «Крыльями Советов» из Куйбышева, потом 5-го марта полетит в Тбилиси на игру против французского «Нанта». Но это нам не интересно, — Чурбанов перевернул несколько страниц еженедельника. — А вот 19-го марта «Спартак» направится уже во Францию, играть ответный матч. Встретишь Никонова после Франции. Но аккуратно. Не опозорься как сегодня.

— Есть не опозориться! — рявкнул Иванов, вытянувшись в струнку.

— А пока вот тебе список воров в законе, которые проживают в Москве и Московской области, — зять Брежнева протянул капитану листок с напечатанными на нём именами, фамилиями и кличками. — Объедешь каждого и вежливо пригласишь на встречу со мной и товарищем Щёлоковым.

— Разрешите спросить? Какова цель встречи? — так же по-военному спросил Иванов.

— Поговорим с ними, чтобы Олимпиада прошла без сучка и задоринки, — снова захихикал Юрий Чурбанов. — А то папа волнуется. Свободен, капитан. Ступай.

— Служу Советскому союзу! — рявкнул Иванов и вышел из кабинета строевым шагом, которым в последний раз ходил несколько лет назад во время службы в армии.

«Да чтоб тебе пусто было, товарищ Чурбанов, — прошипел про себя капитан, оказавшись в коридоре здания на Огарёва-6. — Я — хороший сыскарь, а ты из меня сделал какого-то холуя. Зря я из Рязани приехал. Зря».

* * *

В пятницу 21-го марта наш московский «Спартак» тренировался на лысом песчаном поле где-то в пригородах города Сочи. Так как главный сочинский «Центральный стадион» берегли для матчей на Кубок СССР. Правда здесь поблизости, в Адлере, имелся стадион «Труд», но на нём тоже должны были пройти матчи кубка. А ещё кроме нас здесь на черноморском побережье тренировались наши соперники по первой отборочной группе: «Зенит» из Ленинграда, «Факел» из Воронежа, «Металлист» из Харькова, «Кубань» Краснодар и «Крылья Советов» Куйбышев. Поэтому мы работали там, где удалось договориться. По крайней мере эта футбольная поляна имела высокую ограду из сетки рабицы, и здесь не было грязи, больших ям и огромных луж. Переодеваться только приходилось в автобусе, а так всё было хорошо.

Кстати, почти все команды, кроме краснодарской «Кубани» жили в бетонной 10-этажке дома отдыха «Спутник». Из-за чего мы с будущими соперниками часто пересекались в местном клубе. И я даже заключил два десятка пари на результат завтрашнего хоккейного матча между сборными СССР и США. Я, конечно, же поставил на победу североамериканцев со счётом 4:3, а мои оппоненты все как один предрекали лёгкий разгром американских студентов нашей мощной «Красной машиной». Юрий Гаврилов со своей стороны ходил и радостно потирал руки, так как на выигранные деньги я обещал устроить культурный поход в какой-нибудь сочинский ресторан. Давненько мы не балагурили.

— Собрались! Не спать! Не спать! — прикрикивал на нас помощник главного тренера Георгий Ярцев, когда мы катали тренировочные двухсторонки в формате пять на пять.

Подобными мини-футбольными турнирами мы как правило заканчивали все тренировки. И по результатам их Николай Петрович Старостин решал, кто должен выйти на первый матч нового футбольного сезона против харьковского «Металлиста». Харьковчане в этом 1980 году стартовали в Первой лиге, но легким соперником я бы «Металлист» не назвал. Поэтому готовился к предстоящей игре основательно.

Так в этом мини-футбольном турнире моя четвёрка: Гаврилов, Заваров и Андреев вновь вышла в финал. На ворота нам отдали Алексея Прудникова. И кроме нас добрались до финала: Черенков, Родионов, Шавло и Хидиятуллин, к которым в рамку поставили Рината Дасаева. К слову сказать, вчера мы тоже с ними в финале зарубились. Выиграли еле-еле со счётом — 4:3. И сегодня все футболисты болели против нас. Команде просто надоело, что мы постоянно побеждаем.

— Играем один тайм по 15 минут! — выкрикнул Ярцев.

— Почему не по 16? — съязвил я.

— На глупые вопросы не отвечаю, — пророкотал он и отдал мяч нашему сопернику.

— Взял Черенкова, — буркнул я своим партнёрам и приклеился к Фёдору Фёдоровичу.

Я полагал, что если прикрыть самого опасного диспетчера, то игра соперника быстро расстроится. Но не тут-то было. Шавло, Хидиятуллин и Родионов вполне уверенно контролировали мяч и через мелкий пас приближались к нашим воротам. Поле естественно для такой игры имело нестандартные размеры, всего 30 на 15 метров, дабы мы меньше бегали и больше работали с мячом. Поэтому после небольшой перепасовки Вагиз Хидиятуллин влепил по нашим воротам. И Прудников с большим трудом поймал сложнейший мяч.

И теперь мы уже пошли в атаку. Сергей Андреев открылся на свободное место на левом краю. Получил мяч от Прудникова и в касание отдал его Юрию Гаврилову. Гаврилов так же одним касанием переправил мяч на правый край, где соперник забыл Сашу Заварова. И Заваров, заметив мой рывок по центру, на высоте в полтора метра запустил резкую нацеленную передачу. Я же ещё сильнее ускорился и в падении рыбкой пробил головой по воротам Рината Дасаева. И Ринат обязательно бы этот удар взял, если бы мяч не полетел в ворота с отскоком от неровного футбольного поля. А так Дасаев прыгнул в левый угол, мяч же, заметно изменив направление, перелетел через его ноги и влетел в сетку по центру ворот.

— Твою дивизию! — разочарованно вскрикнули остальные футболисты «Спартака», которые болели, выстроившись вдоль боковой линии.

— 1:0, — прокомментировал эпизод Георгий Ярцев и дунул в свисток.

— Н-да, сегодня видать опять Никон и компания победят, — крякнул Николай Старостин.

— Хуже не умеем, Николай Петрович, лучше не можем, — захохотал я.

Глава 8

В субботу 23-го февраля в комнату, в которой я жил с Юрием Гавриловым потянулись футболисты из Воронежа, Харькова, Ленинграда и Куйбышева. Результат матча между сборной СССР и США, где наши проиграли со счётом — 4:3, передали по радио, обделив советских людей прямой трансляцией с Олимпийских игр из Лейк-Плэсида. И каждый футболист, отдавая проигранные деньги жаловался, что ради такой игры можно было бы устроить и прямой эфир. Так как смотреть футбол, хоккей или иной другой игровой вид спорта в записи, это всё равно что есть прокисший суп — ингредиенты те же, а послевкусие диаметрально противоположное. Кстати, матч в записи закончился только полчаса назад, и я его смотреть в фойе гостиницы не пошёл.

— Слушай, Никон, если ты такой предсказатель, то почему нельзя было послать в Штаты телеграмму? — спросил Гаврилов, пересчитывая выигрыш.

— Что бы что? — спросил я.

— Хотя бы ради того, чтобы Тихонов Третьяка не менял на Мышкина.

— Во-первых, старший тренер Тихонов, какого-то футболиста Никонова слушать не будет, — хмыкнул я. — Во-вторых, где гарантия, что Третьяк в рамке сыграл бы лучше, чем Мышкин. Да и потом, если тренер, когда твоя команда летит одну шайбу, не в состоянии снять с ворот голкипера и устроить последний штурм, то тут ничего не поможет. Зато Тихонов, проиграв на этой Олимпиаде, победит на следующих. Подчас поражения, которые указывают на слабые места, учат гораздо лучше, чем победы.

— Кстати, через год стартует Кубок Канады, может ты результат и этого кубка знаешь? — хитро усмехнулся Юрий Гаврилов.

— Пока нет, но не исключено, что узнаю, — соврал я и подумал, что неплохо было бы познакомиться с Харламовым и не дать ему погибнуть 27-го августа 1981 года.

В этот момент в дверь опять постучали. И в комнату вошёл голкипер харьковского «Металлиста» Юрий Сивуха, кучерявый амбал с цыганским лицом под 190 сантиметров ростом.