Красно-белый чемпион. Том 1 (СИ) - Порошин Влад - Страница 12

А когда я вскочил с газона, то Олег уже нёсся к воротам итальянцев словно скоростная электричка. Защитники соперника тоже бежали в том же направлении, но отставали от нашего форварда на три-четыре метра. Побежал к воротам Джузеппе Дзинетти и я вместе с Давидом Кипиани. А через три секунды Олег Блохин, на которого вышел из ворот кипер хозяев, вдруг пошёл в очень рискованный обыгрыш через левый край. «Не забьёт», — тут же мелькнуло в моей голове, и я рванул из последних сил на помощь партнёру по команде.

Блохин тем временем сместился ещё левее и пробил по пустым воротам, находясь под очень острым углом. И упрямый мяч вместо сетки ударился о штангу и отлетел в поле. Зрители на трибунах радостно загомонили, защитники итальянцев остановились, а Джузеппе Дзинетти, не видя меня, неспешно побежал к медленно катящемуся мячу. А когда ему закричали все, кто был на стадионе, что игрок сборной СССР сзади, было уже поздно. Так как я прыгнул двумя ногами вперёд и пропихнул мяч в сетку молодёжной сборной Италии.

— Дааа! — радостно заорал я, словно забил в финале Кубка кубков.

— Никон — молодец! — похлопал мне с бровки Николай Старостин. — Всем брать пример с Никона. Вот так надо играть от свистка и до свистка.

«Это ещё не всё, Николай Петрович, — усмехнулся я про себя. — Мне нужен пятый гол. Мне четырёх мячей мало».

* * *

После игры я без задних ног валялся на кровати крохотного гостиничного номера. Нашу сборную поселили в маленький дешёвый отель на берегу реки Арно, поэтому двуместные номера здесь были под стать отелю — три на четыре метра. На такой метраж еле-еле влезали две тумбочки и две кровати. Но сейчас меня это нисколечко не беспокоило. Мышцы ныли, тело откровенно побаливало. Ибо в прошедшем футбольном поединке я отдал для нужно результата всё до капельки, всё без остатка. Кстати, 5-й гол у нас забил Виталий Старухин. Кипиани получил небольшое повреждение и Старухин вышел на замену за 2-е минуты до финального свистка. Он, словно палочка выручалочка, прибежал в штрафную площадь итальянцев, выиграл верховую борьбу и кивком головы забил очень нужный мне мяч, сделав счёт — 0:5.

— Никон, а ты ничего нам рассказать не хочешь? — спросил Юрий Гаврилов, войдя в комнату вместе с Сашей Заваровым.

— Хочу, но не могу, — пробормотал я. — Сил нет. Сегодня чуть на поле не помер.

— Та мы это и так поняли, — хмыкнул Заваров. — Для кохо ты так стараешься?

— Кто-то зарядил деньги на нужный результат? — напрямую спросил Гаврилов.

— Было дело, — признался я. — От меня хотят, чтобы сборная выиграла все игры, забивая не менее 5 мячей. Не думал, что итальянская молодёжь нам создаст столько проблем. А перед «Ромой» я планировал всё рассказать и вам.

— Чтобы основными деньгами не делиться? — усмехнулся Юрий Васильевич.

— Ну да, — буркнул я и уселся на кровати, — я — не ангел. Каюсь. Пожадничал. Я тут посмотрел, как живу, какая у меня мебель, какой ремонт и удивился, что Милана ещё раньше от меня не сбежала. Да и потом, если я куплю машину, то мы с «Запорожца» твоего отца все вместе пересядем либо на новенькие «Жигули», либо на новенькую «Волгу». А кое-кому придётся ещё сдать на права и учиться водить в городе, — я покосился на Сашу Заварова. — И на твоём, Василич, «Запорожце» это делать нельзя.

— Просто надо было о заказе рассказать ещё там, в Москве, — обиделся Гаврилов.

— Извините, виноват, — пожал я плечами. — В общем так, мужики, мне дали 5 тысяч рублей и пообещали столько же по приезде в столицу. Предлагаю перед матчем с римской «Ромой» разделить эти 5 тысяч между тобой, Юрий Васильевич, тобой, Завар, а также выдать премию Черенкову, Андрееву и Шавло. Каждому по тысяче, если мы забьём итальянцам 5 штук до перерыва.

— А шо? Нормальный расклад, — захихикал Саша Заваров. — И правильно, шо забивать надо именно до перерыва. А то потом нас усех поменяют.

— Это точно, — закивал головой Юрий Гаврилов и, заметив смущение на моём виноватом лице, пихнул меня в бок и подбодрил. — Да ладно. Мы все не без греха. Ты лучше скажи — когда пойдём сапоги покупать? А то жена меня в Москве съест.

— В Риме пойдём по магазинам, в Риме всё есть, — буркнул я и снова завалился спать.

Глава 6

14-го февраля наша сборная СССР всё ещё квартировалась в небольшом флорентийском отеле на берегу реки Арно. Начальник сборной Андрей Петрович Старостин посчитал, что так будет выгодней с финансовой точки зрения. В Рим, по мнению Андрея Старостина, команда должна была прибыть в день игры, в воскресенье 17-го февраля, и в ночь с воскресенья на понедельник мы должны были улететь в Москву. Поэтому сегодня футболисты полдня потратили на походы по рынкам и магазинам.

Гаврилов и Заваров приобрели зимние женские сапоги. Дасаев купил себе джинсовый костюм фирмы «Ливайс» и кроссовки «Адидас». Я тоже обзавёлся подобными кроссовками за 10 долларов и купил замшевую куртку с мехом за 60 зелёных американских рублей. Мне подумалось, что в городе Сочи, куда наш «Спартак» улетал уже 20-го февраля, в такой обновке я буду неотразим. И осталось у меня в карманах всего 5 баксов на всякий пожарный случай. А вот наша талантливая молодёжь ограничилась джинсами и кроссовками. Остальные деньги парни потратили на молодое итальянское вино. Правда к 14-му числу у них и так мало что оставалась. Вот они и решили сегодня гульнуть на последние баксы.

А вечером хозяин отеля принёс цветной телевизор в фойе гостиницы и устроил для нас просмотр зимних Олимпийских игр. Они как раз только-только стартовали. И конечно же почти вся команда уселась перед голубым экраном. В эфире сегодня шёл хоккейный матч между сборными СССР и Нидерландов. И пока мы занимали места перед телевизором, пока толкались и пререкались, Фетисов, Крутов, Васильев и Петров, сделали счёт 4:0. Но и потом наши ребята за ту же зарплату наседали на ворота бедного соперника. И Харламов через полторы минуты воткнул 5-ю шайбу. Затем голландцы смогли счёт размочить. Мышкин, прямо скажем, не выручил. Но следом в ворота соперника Лебедев, Мальцев и ещё раз Лебедев отправили ещё три шайбы. И если сначала игры мы все яростно болели за нашу хоккейную дружину, то ближе к концу первого периода стали слышаться шутки о том, что после такого хоккея сборная СССР просто обязана жениться на игроках сборной Нидерландов.

— Пошляки, — обозвал нас Николай Старостин.

— Николай Петрович, это суровая правда жизни, обесчестил — женись, — буркнул Юрий Гаврилов, вызвав громкий гогот в фойе гостинцы.

— Не согласен, Юрий Васильевич, в обыгрыше слабаков большой славы нет, — возразил я. — И за разгром хоккейных карликов золотые медали не дают.

— А кто, по-твоему, выиграет Олимпиаду? Канада что ли? — прогудел Саша Бубнов.

— Почему Канада? — усмехнулся я. — Выиграет сборная США.

— Кто выиграет? — захохотали почти все двадцать игроков сборной СССР по футболу.

— Ты, Никон, говори, да не завирайся, — улыбнулся Старостин. — Наша будет победа. Нет у нас на этой Олимпиаде соперников.

— Хорошо, — кивнул я, затем прошёл к телевизору и, взяв итальянскую газету, где была напечатана телепрограмма, уверенно заявил, — сегодня ночью сборная США сыграет с очень сильной сборной ЧССР. Спорим на 5 баксов, что Штаты вынесут чехов со счётом 7:3, — я вытащил из кармана бумажку с портретом Авраама Линкольна. — Уже не смешно? Штаты очень основательно подготовились к домашней Олимпиаде. Прибавьте к этому преимущество своих стен, горячую поддержку своих зрителей, благожелательное судейство и наша сборная в финале получит опаснейшего соперника.

— Та ерунда! — ответил мне Олег Блохин. — На шо спорим? На 5 доллАров? Та лехко. Чехи этой ночью не проихрают. Либо проихрают, но разхрома ни будет.

— Кто ещё готов поспорить? — усмехнулся я, окинув взглядом партнёров по сборной. — На каждые ваши 5 долларов, если я окажусь не прав, то выплачу столько же. Правда долларов у меня больше нет. Но я готов отдать рублями по курсу один к пяти. То есть готов заплатить по 25 рублей каждому, кто рискнёт заключить пари.