Малыш для наемников (ЛП) - Вулф Криста - Страница 26

Она не осталась в доме, когда ей приказали, но я не мог ее за это винить; по-видимому, она была женщиной действия. Куинн не из тех, кого можно загнать в угол и сказать «сиди здесь» — ей нравилось быть вовлеченной и добиваться своего.

Она такая же, как мы…

Я содрогнулся при мысли о том, что могло бы произойти, появись я на минуту или две позже; но как бы то ни было, будущая мать нашего ребенка смогла постоять за себя — судя по тому, что я видел, она более чем успешно перекроила этому парню лицо; она также обезоружила его и удерживала на расстоянии — она спасла себе жизнь.

— Эй…

Положив руки ей на бедра, я снова развернул ее; не то чтобы я мог продолжать намыливать ей задницу в четвертый или пятый раз — по крайней мере, не имея на то веских причин.

— Ты в порядке?

Куинн улыбнулась мне снизу вверх, втирая шампунь в волосы. — Я? Да, — ее взгляд на мгновение скользнул по моей груди, а затем снова встретился с моим. — Благодаря тебе.

— Нет, я имею в виду, ты действительно в порядке? — сказал я более серьезно. — С тем… ну, с тем, что произошло сегодня ночью.

Она задумчиво посмотрела на меня какое-то мгновение, а затем пожала плечами. — Ты имеешь в виду, в порядке ли я с тем, что ты убил того человека?

Я промолчал, и ее улыбка сменилась усмешкой.

— Или с тем, что остальные, вероятно, прямо сейчас избавляются от тела?

Боже, а она довольно лаконична, не так ли? Но она также попала в самую точку, и я должен был отдать ей должное.

— Послушай, Куинн…

— Тот парень чуть не убил меня там, — сказала она как само собой разумеющееся. — Я бы убила его сама, если бы смогла.

Я кивнул. — Я знаю.

— То, что ты убил его первым, ничего не меняет: он пытался причинить нам боль. И теперь он мертв.

Она откинулась назад, закрыв глаза и позволив волосам попасть под горячую струю: естественный изгиб ее спины имел удачный эффект — он выпятил ее великолепную, намыленную грудь в мою сторону. Я подавил в себе триста тысяч лет эволюционных мужских инстинктов, чтобы не схватить ее.

— Я рада, что он мертв, — сказала она мне. — И мне плевать, что вы с ним сделаете. Что до меня, то всего этого вообще никогда не было; и если кто-нибудь спросит, я в жизни не видела этого человека.

Черт, — осознал я. Она действительно такая же, как мы. Большинство женщин рыдали бы, всхлипывали и требовали позвонить в полицию; их бы сбило с толку нечто настолько простое, как то, что мы берем решение проблемы в свои руки.

Но не она.

Я наблюдал, как это прекрасное создание продолжает мыть волосы, выглядя при этом абсолютно спокойно и непринужденно: это было сексуально до чертиков. Завтра у нее появятся болячки и синяки, которые были целиком и полностью нашей виной, и от этого я приходил в бешенство; но то, как она держалась, заводило больше всего на свете.

Не задумываясь, я потянулся и дотронулся до ее живота: он слегка выпирал? Или это было лишь мое воображение?

Блядь. Одна только мысль об этом была еще сексуальнее…

Руки Куинн нежно легли поверх моих: она заставила мои ладони раскрыться, а затем сдвинула их немного вниз, туда, где внутри нее рос наш ребенок.

— С малышом все в порядке, — улыбнулась она, глядя на меня. — Я знаю, что ты волнуешься, но не стоит.

Мое сердце набухло и отяжелело; у меня возникла внезапная потребность обхватить ее руками — прижать к себе и держать так до скончания времен.

Вместо этого я просто наклонился и нежно поцеловал ее в щеку ее опухшего, ангельского лица.

— Я уже знаю, что вы трое будете оберегать меня, — пробормотала Куинн сквозь пар; она многозначительно прижала мои руки к своему беременному животу. — Или, скорее, вы будете оберегать нас.

Хорошо, что душ был включен, потому что, хотя я и не был уверен, мне показалось, что мои глаза могли выдать слезу.

— Но мне нужно, чтобы ты пообещал мне кое-что еще более важное, Коул.

Еще более важное? Ничто не может быть более важным.

— Все что угодно, принцесса, — выдохнул я.

— Вы трое тоже должны беречь себя, — пробормотала Куинн, прижимаясь к моей груди: ее прекрасное лицо идеально уместилось между моих грудных мышц — словно оно было создано именно для этого места.

— Потому что я не думаю, что смогу жить без вас.

Тридцать

КУИНН

Наверное, это должно было казаться странным — сидеть за столиком за завтраком после, пожалуй, самой безумной ночи в моей жизни. Ночи, которая принесла такие невероятные взлеты и шокирующие падения, не говоря уже о том, что заставила погрузиться на неизведанные эмоциональные глубины.

Но, черт возьми, я действительно обожала бекон.

Душ и кофе помогли мне встретить рассвет, но с каждым часом мое тело напоминало мне о недавних событиях: мышцы, о существовании которых я даже не подозревала, все еще ныли, а мои бедные израненные ступни, казалось, горели огнем. Я была физически истощена и эмоционально опустошена. Ах да, а мое лицо выглядело так, будто я провела шесть или восемь раундов на ринге с бойцом UFC.

Последние пятнадцать минут мы сидели в относительной тишине, наслаждаясь завтраком, который парни на скорую руку сообразили: на этот раз они постарались на славу — оладьи, сосиски, яйца, бекон, тосты… и даже нечто отдаленно напоминающее хашбраун, что Эван назвал «картофелем для завтрака».

— Так тот парень, который ворвался на нашу маленькую вечеринку прошлой ночью… — наконец сказала я, пытаясь добавить немного юмора, чтобы растопить лед. — Его послал тот, э-э, полевой командир?

— Феррера, — кивнул Коул. — И да.

— И кто из вас успел его отделать до того, как он добрался до меня?

Мужчины переглянулись, выглядя немного сбитыми с толку.

— Он прихрамывал, когда дошел до меня, — объяснила я. — И он держался за бок…

— Ах, это, — Джошуа тут же кивнул. — Он пришел из леса с севера и вскоре после того, как перелез через стену, задел один из клейморов.

Теперь настала моя очередь недоумевать.

— Клейморов?

— Да.

— Что такое клеймор? — спросила я.

Коул небрежно макнул тост в жидкое яйцо. — Это направленная противопехотная мина.

Если бы я все еще держала в руках кофе, я бы точно его расплескала; вместо этого у меня отвисла челюсть в полном неверии. — У вас вокруг дома расставлены мины?

— Несколько, — ответил Эван. — Но только по внешнему периметру.

— И только в узких местах, — добавил Джошуа.

— Да, — прорычал Коул. — И каким-то образом этот кусок дерьма все равно прорвался, — он продолжил уплетать яичницу, обвинительно указав вилкой. — Я же говорил вам, что масштаб нашей системы защиты слишком мал; даже с шестидесятиградусной зоной поражения нам нужны были дополнительные…

— Ну да, клеймор и не был спроектирован так, чтобы уничтожать все цели, — перебил его Эван. — Пятьдесят две тысячи стальных шариков, летящих со скоростью четыре тысячи футов в секунду, также были предназначены для того, чтобы калечить.

— Калечить… — в неверии пробормотала я.

Он потянулся, взял пригоршню бекона и улыбнулся. — Ничто так не замедляет наступающие силы, как необходимость тащить на себе раненых.

Звук моей вилки, громко и намеренно стукнувшей по тарелке, привлек их внимание ко мне.

— Противопехотные мины не звучат как нечто «безопасное для детей», — холодно сказала я. — Вы ведь их снимете, когда я буду ближе к родам, верно?

Они снова переглянулись и снова пожали плечами.

— К тому времени, как ты родишь, вся эта история с Феррерой уже закончится, — сказал Эван. — Но да, конечно; после этого мы все уберем.

— Мы ведь говорили тебе оставаться в доме, — напомнил мне Джошуа. — Помнишь?

— Ну да, только вы ничего не упоминали о минном поле.

— Это не минное поле, — поправил меня Коул. — Ни один из клейморов вообще не закопан: они либо вбиты в землю, либо натянуты между деревьями таким образом, что…

— Ей не обязательно слушать кровавые подробности, — вмешался Эван.