Влюбиться на скорости - Белова Дарья - Страница 8

— Может, и принцесса, — соглашаюсь на данное прозвище.

— Хорошо, что я тебя не задавил, — протянув бокал с ледяным белым вином, громким шепотом касается ушной раковины. Губами царапает красные от смущения щеки.

— Ты ее хотел задавить? — возмущенные трели ребят вызывают смех.

Классные они.

— Ну ты и дурак, Макс.

— Полный.

— Он ослеп от ее красоты!

Дружный хохот расслабляет, а постоянные переглядывания с Максом повышают температуру до озноба. Становится неважным, что наше первое свидание бьет все странности и правила.

— Где предпочитаешь быть во время концерта: за кулисами или в первом ряду? Если выбираешь зал, знай, у нас бешеные и отбитые на всю голову фанатки. Все дело в его красоте и харизме, — Тор улыбается по-мальчишечьи очаровательно. А у меня в груди оседает пепел от моего вранья и неприятный привкус на языке. Я — отбитая на всю голову фанатка. Была?...

Но Макс и правда концентрация мужской красоты и чертовской харизмы.

— За кулисами, — отвечаю.

Глава 11. Макс

Мои мысли должны кружиться вокруг предстоящего концерта. Это не бог весть какое место, но люди заплатили деньги, кто-то и вовсе последние, а у нас не отработана программа и расстроена бас-гитара. И это за полчаса-то до выхода.

Всему виной она…

Принцесса покорила моих гномов.

Сижу на подлокотнике кресла и рассматриваю свой трофей. Длинные, аккуратные ножки, неширокие, но соблазнительные бедра, тонкая талия, очень тонкая. Я в силах обхватить ее ладонями. Грудь… почти крошечная. Странно, но меня совсем не отталкивает. Даже вставляет. И, главное, острый язычок.

Помимо честности, а я не врал, когда говорил про то, что она — самая сексуальная для меня вещь на земле, обожаю еще и острых на язык девчонок.

Ну и личико… Как куколка. Папина дочка. Сокровище. Невинный цветок, который жуть как хочется сорвать и испортить.

Ох, Пауль, ни хрена ты не джентльмен!

— Я влюбился, — Тор закатывает глаза, и из них сейчас точно посыпется водопад сердечек.

Подхожу к Оливии и смело кладу руки на ее талию. Девчонка краснеет, ее взгляд бегает. Вдыхаю ее чистый запах, и меня раскручивает как на волчке. Быстро-быстро, до тошнотворного головокружения.

Убираю прилипшую к ее лбу прядь, замечаю, как шея Оливии стала влажной, а грудь покрылась тонким слоем пота. В каморке и правда температура пустыни.

И мне хочется целоваться. Невозможно объяснить, как хочется. Желание обжигает губы, стирает остальные мысли, подкручивает все процессы под кожей к одному единственному — к ней.

Щелк где-то под коркой, и…

… Я наклоняюсь. Чувствую едва уловимый запах женских духов. Цветочный, нежный, он очень подходит Оливии.

— Прости, — девчонка отталкивает и отходит.

Остаюсь стоять с дырой в груди. Ее отказ… больно ударил по моему самолюбию, моим чувствам. Да я ощутил себя каким-то идиотом! По-детски хочется объясниться, типа: «у тебя вообще-то соринка». Или пойти от обратного: «Ты думала, я поцеловать тебя хочу?»

Боже, Пауль, ты такой дебил!

На сцену мы выходим, опоздав на целых сорок минут. Между песнями переговариваемся о следующей композиции. Я несколько раз фальшивлю.

Никогда еще концерт не проходил под таким напряжением в моем теле. Обычно моя музыка, несмотря на драйв и громкость, расслабляет. Отдаюсь весь без остатка каждой ноте, каждому написанному мной слову. Но… не сегодня.

Все сглаживает, когда я вижу за кулисами танцующую Оливию. Зависаю даже. Она поет, двигается в такт, а когда наши взгляды встречаются, подмигивает. Не могу не засмеяться. И теперь я полон решимости во что бы то ни стало поцеловать эту строптивую принцессу.

— Тебе понравилось? — спрашиваю, когда мы оказываемся вместе в каморке за сценой.

— Допустим.

Ее щеки цвета вишневого варенья. И мне хочется их сожрать.

Встряхиваю головой, прогоняя навязчивые картинки.

— Ты первый раз на концерте?

Оливия останавливается, и ее спина напрягается. Я могу сосчитать позвонки под ее платьем.

— На таком — да.

Подхожу со спины и кладу руки на ее живот. Голова Ливи откидывается на мое плечо, ее волосы щекочут ноздри, как и запах и дыхание.

Веду ладонью к груди и застываю под косточками лифчика. Пульс подскакивает, пах нагревается. Чувствую себя несколько обезумевшим, когда разум твердит — она как все, она обычная. Сиськи, ляжки, киска, текущая от имени Макса Пауля.

— Чтобы ты был в курсе: кнопка «SOS» на моем телефоне по-прежнему включена, — говорят прямо в мои губы, опаляя их вкусом клубничной жвачки.

— Это значит «нет»?

— Определенно «нет», Макс Пауль, — и обворожительно хохочет.

Мое имя она произносит с придыханием и обожанием. Широко улыбаюсь, подавляя разыгравшуюся тахикардию.

— Это мой первый отказ, представляешь?

Отходить от девчонки не спешу. Я благородно положил руки по обе стороны от ее манящего тела. Она же не может мне запретить дышать ей и любоваться?

— Скажу так: тебе будет полезно.

И незаметно проскальзывает под моей рукой, оказываясь на свободе. Шумно выдыхаю. Я всегда славился своей орлиной реакцией, но этот вечер точно не мой, раз не мог поймать Оливию, убегающую прямо под моим носом.

— Помнится, ты говорил что-то про бар, — прикусывает нижнюю губу.

— Если здесь есть что-то приличное, — добавляю.

— Самое время найти, Макс Пауль.

Глава 12. Оливия

Бар, куда меня привел Пауль, ужасный. Я не рассчитывала на что-то люксовое, но это…

Липкие от пролитого алкоголя столики, такие же стулья. В углу ютятся девушки легкого поведения. Они размалеванные и почти раздетые. Бармен, познавший виды старичок, облизывается при взгляде на тех дам.

— Что будешь? — А Макса ничего не смущает. Его рука уже какую минуту покоится на моей пояснице. Мне тепло, спокойно. Внушаю себе, что так Пауль выражает обеспокоенность за меня, а не потому, что хочет полапать.

— Воды. Из закрытой бутылки, — добавляю тише, практически уткнувшись в его шею, от которой пахнет вкусным мужским парфюмом. — А ты что будешь?

— И я тогда воды, — наши взгляды встречаются. Он улыбается одними глазами, на губах расползается тонкая ухмылка.

— Макс…

Хочу сказать, что он не обязан свои желания подстраивать под мои. Сегодня был его концерт, и, думаю, ему со своей группой хочется отметить. Я со своей водой выгляжу явно как чернильное пятно на гладкой белой бумаге.

Не успеваю оформить мысли в слова, как до моих губ дотрагиваются теплые, мягкие губы Макса. Одно касание, невинное, по-детски скромное, а я улетаю на седьмое небо, промычав что-то несуразное через закрытый рот.

Глаза нараспашку. Я вижу все, что происходит за спиной Макса, пока он притягивает меня к себе ближе и теснее. Его твердое, накачанное тело плотно прижимается к моему, заставляя сердце слететь с катушек. Оно бьется точно в каменную грудь Пауля, и он не может не чувствовать мой сбившийся пульс.

Это мой первый поцелуй…

Черт. Не так я себе его представляла.

— Прости. Не удержался, — говорит без капли сожаления. — Кнопка «Sos» будет применена в действие?

Закатываю глаза и легонько бью по плечам Макса. Он смеется, не отпуская меня из своих рук. А я пытаюсь устаканить в своей голове, что мой первый поцелуй произошел в старом, ужасном баре на глазах у проституток и извращенца бармена, но… со своим кумиром и мечтой тысячи девчонок. Так что плевать на обстановку.

Открываю бутылку трясущимися руками и выпиваю добрую половину. Внутри пожар. Щеки пылают и окрашиваются в классический красный.

— Весь вечер смотрел на них, — второе признание выбивает почву из-под ног. — Наверное, стоит извиниться еще раз?

— Это всего лишь поцелуй, — пробую отмахнуться. Но только слепой не увидит моего волнения. — Самый обычный.

— Обычный, говоришь? — Его хриплый смех заставляет дрожать. В его же руках.