Око Индры - Тимошев Рафаэль - Страница 6

Владимир Иванович посмотрел на сверток и медленно вернул его в ящик стола.

Елена Владимировна встала и вышла из кабинета.

– Завтра же отнеси! – донеслось уже из кухни.

Но через минуту она появилась в дверях с конвертом в руке.

– Пришло письмо от какого-то Фральцева…

– От кого?

– От «Фральцева Михаила Михайловича», – прочла она надпись на конверте. – Ты его знаешь?

– Кажется, да… Меня знакомил с ним Данилин.

– Вячеслав Владимирович?

Владимир Иванович кивнул.

– Этот Фральцев слушал мой доклад на Ученом совете. Потом пожелал познакомиться со мной. Через Данилина. Правда, я так и не понял для чего… Странная личность…

– Вот как? И почему?

Владимир Иванович пожал плечами:

– Трудно сказать… Мне его представили профессиональным антикваром, умным и деловым. Но, знаешь, он какой-то ненастоящий – дурацкие бакенбарды, слащавая улыбка, страсть говорить загадками… В общем, оставляет странное впечатление. В его присутствии чувствуешь себя как-то неловко. К тому же… Покажи-ка письмо, – неожиданно попросил он.

Елена Владимировна протянула мужу конверт.

– К тому же Володин упоминал некоего Фральцева, который якобы и направил его ко мне. Но сам Фральцев уверяет, что никакого Володина не знает.

Он развернул листок и вслух пробормотал:

«Уважаемый Владимир Иванович! Как и договаривались, высылаю приглашение Хагерта Мартина Марковича посетить с супругой его отель. Адрес и телефоны указаны в приглашении. О вашем согласии сообщите. Я все устрою. С глубоким уважением – М. Фральцев».

Дочитав, Владимир Иванович достал из конверта открытку.

– И кто этот «Мартин Маркович»? – спросила Елена Владимировна в то время, когда муж пробегал глазами по строчкам.

– Бывший ученик Данилина. Он, кажется, и познакомил Фральцева с Вячеславом Владимировичем…

Дочитав, Владимир Иванович поднял глаза.

– А что за «отель»? – спросила Елена Владимировна.

– Отель? Ах, да… Хагерт деловой человек. Чем занимается – не знаю, но имеет несколько отелей на юге…

– И что?

– Ну, и Фральцев предлагает отдохнуть этим летом у него, на берегу моря.

– И хорошо, давай отдохнем.

– Давай…

Неожиданно проиграла мелодия мобильного телефона.

– Володя, твой, – прислушавшись, сказала Елена Владимировна. – В прихожей, на консольке…

Владимир Иванович скрылся за дверью. Вернувшись, он уже прижимал телефон к уху:

– Алло!

Голос, который Зеленин узнал сразу, спросил:

– Владимир Иванович?

– Да… Слушаю.

– Это Михаил Михайлович Фральцев. Помните такого?

– Да, узнал. Легки на помине – только что с женой говорили о вас. Здравствуйте!

– Здравствуйте! Рад вас слышать, – сказал голос. – Владимир Иванович, вы получили приглашение?

– Да, хочу поблагодарить.

– Так вы приедете? С какого числа? – оживились в трубке.

– Пока не скажу, мы с женой не решили…

– Как решите – обязательно позвоните! Вас встретит Мартин и сделает все, чтобы вы хорошо отдохнули!

– Спасибо, Михаил Михайлович!

– Кстати, вы спрашивали меня о своем сотруднике…

Владимир Иванович изменился в лице:

– О Володине?

– Да, о нем. Я вспомнил, о ком шла речь.

– Так вы его знали?

– Встречался… Так что вы хотели о нем услышать?

Зеленин помолчал, раздумывая. Наконец, произнес:

– Михаил Михайлович, Володин пропал…

– Как пропал? Совсем? – после паузы спросил голос.

– Уже месяц, как о нем ни слуху, ни духу… Он говорил, что у него есть некая дальняя родственница. Может, он у нее? Вы случайно не знаете что-либо о ней?

В трубке молчали.

– Михаил Михайлович, вы слышите меня?

– Слышу… Она живет во Франции.

– Где?! – поперхнулся Зеленин.

– Во Франции, в Ницце… По просьбе одного человека я разыскивал ее, тогда же узнал и про Володина.

– Значит… это вы направили его ко мне и…

– Нет! – оборвал Зеленина голос.

Владимир Иванович смолк.

– Но вполне возможно, что Володин у нее.

– Во Франции??

– А почему бы и нет? У меня, кстати, есть ее телефон. Вам дать?

– Конечно!

– Сейчас, погодите, поищу… Не бросайте трубку.

– Жду…

Владимир Иванович спешно прошел к столу и, схватив первый попавшийся под руку карандаш, приготовился записывать. Но прошло еще несколько минут, прежде чем в телефоне вновь послышался голос Фральцева:

– Пишите: Марианна Бош. Номер телефона 33……. Записали?

– Да. Огромное спасибо!

– Не за что… Жду вашего звонка по отпуску!

– Ну, что? – спросила Елена Владимировна, как только муж отключил телефон.

– Представляешь, оказывается, родственница Володина живет в Ницце! Невероятно! Неужели он действительно подался к ней? Тихо удрал, балдеет, лежа на песочке, а мы здесь переживаем!

Зеленин облегченно вздохнул.

– Ты же говорил, родных у него нет, – напомнила Елена Владимировна.

– Вообще-то, он упоминал о дальней родственнице. Но ее никогда не видел… Черт возьми! – Владимир Иванович хлопнул себя по лбу. – Она же приглашала его к себе!

– А как же паспорт?

– Что паспорт? – не понял Владимир Иванович.

– Для загранпаспорта нужны, кажется, какие-то справки с места работы…

– Нужны, – подумав, согласился Владимир Иванович.

Он опустился на диван. Елена Владимировна села рядом.

– Действительно, в институте ничего про это не знают… Хотя паспорт у него мог быть. Но вот зачем ему надо было оставлять у меня сверток?

– Может потому, что его нельзя было перевозить через границу? – предположила Елена Владимировна.

Владимир Иванович встал и в раздумье прошелся по комнате.

– Значит, дело все-таки в этом проклятом свертке? Может, все-таки вскрыть его?

– Нет! – твердо возразила Елена Владимировна. – Лучше позвони родственнице.

– А если он не у нее? Только напугаем женщину…

– А если у нее?

Владимир Иванович запустил пальцы в тронутую сединой шевелюру:

– Однако вопрос… Может, еще сам объявится?

IV. Пропавшая экспедиция

В Ниццу Владимир Иванович так и не позвонил. Разговор был отложен на пару дней – вдруг и без звонка Володин даст о себе знать. Однако прошла неделя, вторая – о сотруднике по-прежнему ничего известно не было. И вновь самые худшие предположения стали овладевать Владимиром Ивановичем, невольно порождая угнетающее чувство причастности к исчезновению человека. И постепенно это чувство настолько охватило его, что он вообще отказался от мысли выяснять что-либо самому и все более склонялся к совету жены – отнести свиток в органы, несмотря на все опасения быть обвиненным в чем-либо. Но неожиданно произошло событие, совершенно изменившее его отношение к происшедшему.

Это случилось вечером, когда, порядком устав от писанины, Владимир Иванович присел у телевизора и, включив «тарелку», стал просматривать каналы. Неожиданно на экране всплыл информационный ролик CNN – какая-то ухоженная старушка, окруженная со всех сторон микрофонами, прорывалась сквозь ряды репортеров, повторяя одну и ту же фразу: «Non commentaire, non commentaire[6]». Зеленин уже хотел было переключиться на следующий канал, когда его внимание привлекло лицо старика, то и дело, появляющееся за спиной пожилой женщины. Вглядевшись, Владимир Иванович от удивления чуть не сполз с дивана – из-за плеча старушки на него пристально смотрели черные глаза седого индуса. Того самого – в этом он не сомневался! – с которым уже дважды сталкивался в институте! И когда камера выхватила его лицо крупным планом, Владимир Иванович от ужаса вздрогнул – кивком головы он явно указывал ему на старуху!

Через секунду ролик прервался, улыбающаяся дикторша стала что-то быстро комментировать, и Зеленин торопливо перевел взгляд на бегущую внизу экрана информационную строку, пытаясь хотя бы что-нибудь выудить из нерусских слов: